поиск:
RELIGARE - РЕЛИГИЯ и СМИ
  разделы
Главное
Материалы
Новости
Мониторинг СМИ
Документы
Сюжеты
Фотогалереи
Персоналии
Авторы
Книги
  рассылка

05 июня 2019 :: В.И. Немыченков

Церковно-канонические правила и гражданские законы Российской империи в защиту Священного

О текущем моменте

Икона была и остается важнейшим семантическим и духовным знаком христианского взгляда на человека как образ Божий и свидетельством веры Церкви в реальность Боговоплощения.

Еще в 2013 г. прот. Андрей Лобашинский [1] указывал, что сегодня икона из духовного знака и конструктивного элемента храмового и сакрального пространства превращается в обычный культурный артефакт. В обыденном сознании происходит расцерковление Святого образа, его обмирщение и духовное уничтожение как святыни. Икона, вырванная из контекста молитвы и литургического священнодействия, превращается из объекта веры и молитвы в предмет человеческого произвола.

Этому способствует и неумеренное тиражирование печатных икон, что превращает икону из предмета созерцания и молитвенного предстояния в китчевую составляющую массовой культуры. Разнообразная продукция, "оправославленная" священными изображениями, вроде бы призванная помочь церковной миссии и воцерковлению народа, в реальности превращается в мощный фактор формирования современной поверхностной религиозности – "гламурного православия".

Становясь предметом коммерции и превращаясь в общедоступную "православную" продукцию, икона попадает в не контролируемую Церковью ситуацию. А расцерковление художественного и общественного сознания провоцирует художников-модернистов на вызывающие арт-акции, которые, в свою очередь, усиливают обмирщение иконы. Обмирщение Святого образа привело к тому, что икона, выпавшая из своего литургического пространства и контекста поклонения и молитвы, пре-вращается в секулярном сознании в исторический или идеологический символ, становится объектом глумления, поругания или эксплуатации со стороны светской и антихристианской культуры.

Современная богоборческая культура стремится превратить православную икону в явление без реального содержания. И эта попытка может стать успешной, если Святой образ будет подвергаться попыткам вывести его из контекста литургической жизни Церкви.

Таким образом, сегодня отношение к иконе отражает многие проблемы, связанные с массированным обмирщением не только общества, но и самого христианского образа жизни. Если сейчас не остановить подмену подлинного церковного искусства и его творческой силы китчем и безвкусицей, то существует реальная угроза утраты уже нынешним поколением этого бесценного богатства Церкви. Указанные проблемы можно решить, если все мы: верующие миряне, иконописцы, церковная иерархия – станем относиться к церковному искусству как к унаследованному общему богатству, которое мы не имеем права профанировать, но, напротив, можем и обязаны использовать в миссионерских целях как действенное средство проповеди христианской веры. [2]

Предыдущие действия Иконсовета

В январе 2014 г. в рамках XXII Международных Рождественских образовательных чтений Иконсовет провел конференцию "Священное в Церкви и обществе: образы символы, знаки", резолюция которой была направлена Святейшему патриарху Кириллу с просьбой передать рассмотрение этой темы в Межсоборное присутствие с целью подготовки новой редакции церковно-правовых норм, относящихся к регулированию изготовления и использования священных изображений, а также проекта общецерковного регламентирующего документа.

В феврале 2015 года Комиссии по вопросам богослужения и церковного искусства было поручено в период 2015–2018 гг. исследовать тему: "Изготовление и использование священных изображений; эстетические и церковно-канонические нормы создания произведений современного церковного искусства".

Комиссия начала работу над проектом документа "Священные изображения и современная практика иконопочитания". В сентябре 2015 г. Иконсовет подал в названную комиссию свой проект общецерковного документа. Однако на текущий момент комиссия так и не выработала проект документа, который был бы представлен на общецерковное обсуждение. Работа продолжается.

Поэтому представляется, что сейчас было бы полезно напомнить о церковно-канонических правилах и гражданских законах православной Российской империи в защиту Священного. Поскольку РФ – светское государство, очевидно, что их нельзя копировать, но полезно знать и держать в уме как руководство к действию.

Законы Российской империи в защиту Священного

До 1917 года практическими источниками действовавшего в Русской Церкви права, кроме канонов и правил св. Апостолов, Вселенских и Поместных Соборов, и св. Отцов служили Духовный регламент, Высочайшие указы и определения Св. Синода; Устав Духовных Консисторий, Устав о цензуре и печати, Свод Законов Российской Империи в тех статьях, которые касались церковных дел и церковного управления.

Специалист по церковному праву, заслуженный профессор и магистр СПбДА протоиерей Василий Певцов [3] пишет, что в церковном уставе и гражданском законодательстве Российской империи существовали особые нормы по защите сакрального (храмов, богослужения, священных предметов), в том числе постановления о святых иконах, которые касались правил их написания, торговли, обращения с ними в церквях и частных домах.

Обязанности должностных лиц

В православной Российской империи обязанность пресекать преступления против сакрального вменялась всем должностным лицам государства. "Устав о предупреждении и пресечении преступлений"4 начинался словами: "Губернаторы, местные полиции и вообще все места и лица, имеющие начальство по части гражданской или военной, обязаны, всеми зависящими от них средствами, предупреждать и пресекать всякие действия, клонящиеся к нарушению должного уважения к вере или же общественного спокойствия, порядка, благочиния, безопасности и личной безопасности имуществ, руководствуясь как данными им наказами и инструкциями, так и правилами, в сем Уставе определенными" (ст. 1). При этом указывалось, что "правила сего Устава распространяются равномерно на все вообще состояния людей в государстве" (ст. 2).

Благоговейное поведение в храме

Первый раздел "Устава" называется: "О предупреждении и пресечении преступлений против веры". В соответствии с ним, по гражданскому законодательству империи, "все должны в церкви Божией быть почтительными и входить в храм Божий с благоговением..." (ст. 3), а "пред иконами стоять так, как благопристойность и святость места требуют" (ст. 6). "Во время совершения службы никаких разговоров не чинить, с места на место не переходить и вообще не отвращать внимания православных от службы ни словом, ни деянием или движением, но пребывать со страхом, в молчании, тишине и во всяком почтении" (ст. 7). "Во время совершения Божественной службы запрещается прикладываться к чудотворным местам и иконам, но исполнять сие пред начатием или по окончании службы" (ст. 8).

Профессор В. Г. Певцов добавляет, что "в 1742 г. было распоряжение Сената, которым назначались особые сборщики для взимания штрафа с разговаривающих во время литургии". Мир и тишину в храме должна была охранять местная полиция (Устав, ст. 10), а духовенству вменялась забота о благоговейном поведении прихожан (ст. 11). За отступления от правил о порядке и тишине в церквях виновные подвергались взысканию (ст. 12).

Прерывание богослужения

Сейчас участились случаи, когда в православные храмы врываются хулиганы (атеисты, сатанисты, иноверцы, "артисты" и "артистки") и прерывают богослужение. Вероятно, были таковые и в старину. Поэтому в "Уставе" говорится, что о случаях, связанных с прерыванием богослужения или его прекращением из-за чьих-либо действий или слов, производящих соблазн, духовное начальство должно немедленно доносить Св. Синоду и делать представления светской власти, которая сурово наказывала виновных (ст. 13). О важных происшествиях в церквях доносили Государю Императору (ст. 14). По "Соборному уложению" (1649) царя Алексея Михайловича, за бесчинство во время литургии, прервавшее ее совершение, положена была смертная казнь.5 Очевидно, что суровость такой нормы определялась должным отношением наших предков к сакральному: в Православной Церкви нет ничего более священного, чем Литургия, за которой совершается таинство Евхаристии – преложение хлеба и вина в Тело и Кровь Христовы.

Защита храма и прилегающей территории

По церковному и гражданскому законодательству защита сакрального распространялась на храм и прилегающую к нему территорию. Церковь требует от своих членов почтения к храму, как к дому Божию (Гангр. 21). Каноны строго осуждают тех, кто небрежно относится к священным местам (Трул. 97) и тем более тех, кто обращает их в обыкновенное жилище (VII Всел.собор, 13).

Даже сам материал храмов считается священным; поэтому в случае упразднения какой-либо церкви материал церковного здания может быть использован только на приличное употребление (например, на постройку другого священного здания). Не принято также строить других зданий на том месте, где стояла церковь, но водружать крест на месте престола.

Каноны (Трул. 76) требуют почтительного отношения и к местности, окружающей храм Божий (запрещается вести внутри церковной ограды торговлю или устраивать непристойные заведения типа корчмы).

Гражданские законы запрещали соседство со священными местами не-благопристойных домов и заведений (питейных и игорных и т. п.), а также близкое соседство иноверных храмов и молелен. [6]

Полиция была обязана наблюдать, чтобы "близ церквей, особливо во время службы, не было на улицах крику, драки и вообще никакого бесчинства" (Устав, ст. 15), а "в воскресные или торжественные дни или... храмовые праздники в городах и селениях, прежде окончания в приходской церкви литургии, не были начинаемы игрища, музыка, пляски, пение песен по домам и по улицам, театральные представления и всякие иные общенародные забавы и увеселения, а торговые лавки (исключая тех, в коих продаются съестные припасы и корм для скота) и питейные дома не были открываемы" (ст. 16).

О священных изображениях

Священным изображениям посвящены: особый раздел в церковном праве ("О священных вещах") и отдельная глава в гражданском "Уставе" Российской империи: Глава пятая. "О предупреждении и пресечении кощунства...". [7].

Церковные каноны запрещают обыкновенное употребление любых богослужебных принадлежностей ("вне алтаря устрояемые"). Особенно строгому осуждению как осквернению святыни подлежит профанное употребление освященных вещей ("из числа находящихся в алтаре") (Двукр. 10, Апост. 73).

Как пишет проф. В. Певцов, "самыми употребляемыми не только в церквах, но и вне их священными вещами являются святые иконы". Согласно каноническому праву "иконами называют изображения Ликов Господа Бога, Пресв. Богородицы, св. Ангелов и прославленных Богом святых людей". По определению VII Вселенского Собора, "иконы должны быть одним из средств к поддержанию, укреплению и выражению истинной веры и благочестия, а именно: а) иконы, как книги, написанные не буквами, а лицами и вещами, должны поучать христиан истинам веры и благочестия; б) они должны поддерживать внимание молящегося, возносить его мысли и чувства к тому, что изображено на них; в) они должны служить свойственному человеческой природе выражению благоговейных чувств молящегося и его любви к изображенным на иконах лицам, проявляющимся через поклонение, лобзание, каждение, возжигание светильников и проч.". [8] Поэтому Церковь требует, чтобы "иконы были сообразны с таким важным их назначением и по своему содержанию, и по характеру искусства".

О материале икон

Законы Российской империи определяли как должны быть украшены православные храмы. В "Уставе" (ст. 99) сказано: "Запрещаются в церквах Православных украшения излишние и не свойственные святости места, нарушающие достодолжное к дому Господню уважение и пристойнейшее для оного благолепие. Нигде по церквам не иметь никаких изображений, кроме святых образов, и самых портретов Его Императорского Величества не поставлять в оных; равномерно не употреблять в церквах православных иконы резные и отливные, кроме распятий искусной резьбы и некоторых других лепных изображений, на высоких местах поставляемых". [9]

На это проф. В. Певцов замечает, что изваянные и резные иконы не соответствуют характеру иконопочитания, поскольку представляют предмет более чувственным. Живописная же икона лучше способствует возвышению ума от образа к изображаемому предмету. Почитание Господа, Богородицы и святых в виде статуй "всегда было чуждо восточной Церкви еще и потому, что это служило поводом к сближению христианского иконопочитания с языческим богопочитанием и могло бы дать повод к соблазну для людей, склонных к идолопоклонству". Именно поэтому закон запрещал к употреблению резные и литые иконы и в частном употреблении, "в домах" (Устав, ст. 100), за исключением "малых крестов и панагий искусной резьбы". [10] И вообще дозволялось "лить из меди и олова и продавать в рядах только кресты, носимые на груди" (ст. 101). [11]

В наше время широко распространилась практика установки памятников святым, а также изготовление и повсеместная продажа священных изображений в виде настольных скульптур. Впрочем, известно и скульптурное изображение даже Св. Троицы в Ярославле.

С одной стороны, понятно, что после падения атеистического режима обратившиеся к вере скульптуры искали предмет для приложения своих профессиональных способностей и дарований и нашли его в священных изображениях. Но как же тогда быть с церковной традицией? В православной Российской империи устанавливали памятники царям и императорам, но не святым угодникам Божиим. Думается, что Церковь должна бы определиться с этим вопросом, а не отпускать все на самотек.

О характере иконописания

Как пишет проф. В. Певцов, Церковь также не должна допускать к употреблению "иконы, писанные по суемудрию", в изображениях которых заключается нечто произвольно измышленное и противное истинам веры, поскольку подобные иконы способствовали бы "распространению заблуждений больше, чем книги". Обращаем внимание на это замечание церковного канониста, сделанное сто лет назад. "Массовая публика" не читает духовную литературу, ни православную, ни еретическую. На дворе эра "визуальной культуры", почти вся информация поступает современному человеку через образы (фотография, видео, живопись, рисунок). Именно образ впечатывает в его сознание информацию, "знание" о чем-то. Искаженный образ впечатывает искаженное знание (лжегнозис) помимо его воли, на уровне подсознания. По той же причине Церковь запрещает изображения "обаяющие зрение, растлевающие ум, производящие воспламенение нечистых удовольствий". Дерзающие делать таковые под-лежат отлучению (Трул. 100). Очевидно, что в наше время под эту норму попадает эротика.

Канонами запрещается изображать на иконах одни только символические изображения, например, вместо лика Иисуса Христа писать агнца или вместо евангелистов – одних животных, которые их символически изображают (Трул. 82) То же запрещали и гражданские законы (Устав, ст. 102). Проф. В. Певцов поясняет, что подобные иконы могут подавать повод к смешению символов с предметами, которые под ними подразумеваются. Однако допускаются символические изображения как поучительные украшения в церквах и на церковных принадлежностях (например, всевидящее Око, змеи на архиерейских жезлах, символы заветов).

О качестве иконописания

Есть в "Уставе" предписания и о качестве иконописания: "Вообще наблюдать, чтоб ни в церквях, ни в продаже, и нигде не было икон, неискусно написанных, и тем более писанных в странном и соблазнительном виде. Где иконы таковыя усмотрены будут, духовные лица, при содействии местной полиции, немедленно оныя отбирают" (ст. 103). Очевидно, что современные нам "иконы" в защиту участниц панк-молебна в Храме Христа Спасителя [12] и иные кощунственные "произведения искусства" (типа Распятия Спасителя с головой Микки-Мауса) попадают под эту статью и не могут быть оправданы никакими изощренными "эстетическими" установками авторов и их покровителей.

В примечании к этой статье говорится о постановлении 1759 года: "чтоб иконы искусно были писаны, в Москве и по городам выбрать лучших мастеров и велеть им над такими художниками накрепко надсматривать и неискусною работою икон писать не допускать, а сверх того засвидетельствование в искусстве тех мастеров писать святые иконы в каждом месте первому из духовного чина должно быть поручено от Святейшего Синода".

С одной стороны, подобные юридические нормы вроде бы должны мешать творчеству иконописцев, ограничивая их право на поиск новых выразительных средств и т.п. А с другой, отсутствие запретов и всяких ограничений приводит или к кощунствам, или к засилию низкопробной продукции. И это особенно опасно, поскольку касается не бытовой, а сакральной сферы, которая действительно требует специальных мер регулирования. Поэтому эта норма имеет непосредственное отношение к современной ситуации, когда в иконописании в угоду неискушенному в богословии иконы и в церковной традиции заказчику распространился кич.

Как бы в ответ таковым проф. В. Певцов пишет, что в Русской Церкви предписывалось писать иконы по древним греческим образцам ("подлинникам").

В соответствии с заявленной высокой нормой отношения к иконе законы Российской империи предписывали контроль за качеством икон и священных изображений, соответствие икон канону, контроль за использованием священных изображений в печатной и прочей продукции, а также употреблением икон в частном быту. В "Уставе" сказано: "Полициею отбираются и отсылаются, по принадлежности, как эстампы неискусной работы, изображающие Святых, изданные без дозволения установленных мест духовной цензуры, так и доски, коими они напечатаны" (ст. 105). "В селениях и деревнях священники наблюдают, чтобы в домах православных прихожан святые иконы были содержимы во всякой чистоте" (ст. 106).

"Устав о цензуре и печати" (1890) содержал норму (ст. 229), контролировавшую обращение священных изображений в печатной продукции: "Предполагаемые к гравированию или литографированию при книгах духовного содержания или отдельно в виде лубочных картин изображения предметов, относящихся до веры, Христианского Богослужения и Священной Истории, также подлежат рассмотрению духовной цензуры, которая не должна допускать в оных ничего неприличного". [13]

Христианские святыни и иноверцы

Юридические нормы благочестия Российской империи в отношении священных изображений простирались так далеко, что не допускали иноверным приобретать и обладать святыми иконами, священными и освященными предметами.

Проф. В. Певцов пишет: "Из уважения к иконам наши законы запрещают продавать их с аукциона, если кредитор не примет их в счет уплаты за долг, и отдавать их иноверным (Ук. Сен. 1827 г. 28 Сентября; 11 мая 1836 г.). Нехристианин, получивший св. иконы по наследству, обязан передать их в православную церковь или в руки православных; иначе они должны быть изъяты властью и переданы духовной Консистории, в распоряжение духовного начальства. Это правило распространяется и на частицы св. мощей и другие освященные предметы благоговения православной Церкви (Св. Зак. X. ч. I., ст. 1188–1189)".

Для иноверцев существовал также запрет на изготовление и торговлю христианскими освященными предметами: "Лицам нехристианских вероучений воспрещается писание икон, изготовление крестов и других подобных сему предметов чествования христиан, равно как всякая вообще торговля всеми означенными предметами".14

Обыденное употребление священных изображений

Проф. В. Певцов пишет, что "иконы и кресты освящаются по уставу Церкви; но и независимо от церковного освящения, по самому предмету своих изображений, иконы и кресты должны пользоваться подобающим почтением. Поэтому, каноническими правилами запрещается начертание изображения креста на местах, попираемых ногами (Трул. 7315), что подтверждалось и христианским греко-римским законодательством (Cod. Justin. tit 8)". Эта каноническая норма опирается также на решения VII Вселенского собора.

В оросе (догмате) Седьмого Вселенского собора сказано: "Итак, мы определяем, чтобы осмеливающиеся думать или учить иначе, или по примеру непотребных еретиков презирать церковные предания и выдумывать какие-либо нововведения... [и] давать обыденное употребление священным сосудам... таковые, если это будут епископы или клирики, бываемы извергаемы [из сана], если же будут монахи или миряне, были бы отлучаемы [от общения]".16 Таким образом, по решению Собора профанное (обыденное) употребление священных сосудов карается для духовенства извержением из сана, а для монашествующих и мирян отлучением от Церкви (т. е. от Причастия).

Поясним. В оросе речь идет о профанном употреблении священных сосудов (потиров). С евхаристическими сосудами все ясно, но должен ли распространяться этот запрет на профанное употребление всех священных изображений и предметов с ними? Думаем, что так. Именно этой логике следовали дореволюционные законодатели.

В законодательстве Российской империи существовала следующая норма: "Запрещается делать и продавать какие-либо обыкновенные вещи с изображениями священными, как-то: печати и тому подобное". [17] Проф. В. Певцов поясняет, что закон запрещает делать священные изображения на вещах повседневного житейского обихода, например, на посуде, материи для платья, и торговать ими.

Более того, если нечто подобное обнаруживалось на импортных товарах, то по закону они подлежали конфискации: "Вывозимые из-за границы фарфоровые и другие вещи в сосудах и прочих изделиях, употребляемые в карманах, на столы и в стенные уборы, если на них представлены страсти Спасителя, Богоматерь и Святые Угодники и всякие другие священные изображения, конфисковать, а провозителей подвергать взысканиям как за провоз запрещенных вещей". [18]

Заключение

Как показывает юридический анализ современного российского законодательства, объективная оскорбительность того или иного деяния через действие, непосредственным объектом которого является священное изображение, священное пространство и т.п. возможно констатировать судом лишь при условии, что сам церковный народ своим поведением демонстрирует невозможность для себя самого неуважительного или небрежного отношения к священным предметам, понятиям и пространству, в том числе через отношение, запрещенное нормами канонического права. То есть государство предоставит внешнюю защиту лишь тем ценностям, уважение к которым мы безусловно храним сами.

Поэтому необходимо в ближайшее время актуализировать старые и выработать новые церковные правила по защите Священного.

Опыт многолетней работы комиссии Межсоборного присутствия по вопросам богослужения и церковного искусства показывает, что проблема церковно-канонического регулирования современной практики иконопочитания достаточно сложна и требует высокой профессиональной квалификации экспертов. В составе существующей комиссии присутствуют в основном специалисты по литургике, но практически нет иконоведов и иконописцев.

Поэтому представляется целесообразным:

1) В рамках Межсоборного присутствия создать отдельную специализированную комиссию по вопросам церковного искусства, которая изучит нормы церковно-канонического и гражданского права, относящиеся к регулированию изготовления и использования священных изображений, разработанные до 1917 года и приведенные в "Уставе о предупреждении и пресечении преступлений", в "Уставе о цензуре и печати", Указах Священного Синода и в других источниках церковного права. В случае необходимости следует доработать их, а также разработать новые правовые нормы, соответствующие современным реалиям.

2) Эти нормы должны быть утверждены священноначалием РПЦ в одном или нескольких документах (их пакете) и стать обязательными для синодальных, епархиальных, приходских и других церковных структур, монастырей, производственных предприятий РПЦ, православных издательств, а также для духовенства и мирян при изготовлении священных изображений (икон, предметов церковно-прикладного искусства, росписей храмов и т.п.), торговли ими, использовании в храмовом пространстве и в быту.

Ссылки:

1 Лобашинский, Андрей, прот. Икона и секулярный мир. Десакрализация святынь: можно ли ей противостоять // Парфенон сегодня. – 2013. – №2(5). – С. 68–73.

2 Лобашинский, Андрей, прот. Икона и секулярный мир. Десакрализация святынь: можно ли ей противостоять // Парфенон сегодня. – 2013. – №2(5). – С. 68–73.

3 Певцов В.Г., прот. Лекции по церковному праву. Петербург, 1914. (О священных вещах, с. 62–70) // http://lib.eparhia-saratov.ru/books/15p/pevcov/law/law.pdf.

4 Уставъ о предупреждении и пресечении преступлений. СПб.: Типографія Второго Отдела Собствен-ной Е.И.В. канцелярии, 1876 // http://mirknig.com/knigi/history/1181447045-ustav-o-preduprezhdeni-i-pres1164cheni-prestupleny.html Статьи "Устава" содержат правовые нормы, а также ссылки на конкретные законы и указы Российской импе-рии с указанием года их принятия.

5 "А будет какой бесчинник пришед в церковь Божию во время святыя Литургии, и каким ни буди обычаем, Божественныя Литургии совершити не даст, и его изымав и сыскав про него допряма, что он так учинит, казнити смертию безо всякия пощады" (Соборное Уложение 1649 г. Гл.1, ст.2).

6 В.Певцов приводит пример: "Питейные заведения должны находиться на расстоянии не ближе 40 саж.; бани и кузницы – не ближе 25 саж., а все прочие строения – не ближе 10 саж. Церковные дома могут быть и ближе; но тогда они не могут быть отданы в аренду для мирских жилищ или мирских потребностей (Строит. Уст. 29; реш. Сената 1 Мая 1886 г., см. Ц. В. № 40). Еврейские синагоги должны быть не ближе 100 саж. от церкви по одной с ней улице, и не ближе 50 саж. по другой (Мн. Госуд. Сов. 1844 г. Ин. 26)".

7 А именно "Глава пятая. О предупрежденiи и пресѣченiи кощунства и ограбленiя могилъ" // Устав... Указ.соч. С. 21–22. Название мало соответствует содержанию, поскольку из 11 статей этой главы только одна – последняя – посвящена могилам, а все остальные – священным изображениям.

8 Певцов В.Г. Указ.соч.

9 1722 Авг. 31 (4079); 1832 Ноябр. 30 (5794; 5795).

10 1722 Авг. 31 (4079); 1832 Ноябр. 30 (5794; 5795).

11 1723 Янв. 31 (4154).

12 См., например: http://www.newsru.com/russia/23apr2013/pussy_futbolky.html

13 1828 Апр. 22 (1981) § 20; 1851 Март. 12 (25023).

14 Устав о предупреждении и пресечении преступлений, 1890, ст. 100. См. также: Указ Св. Синода 1885 г. № 28; Наказ. Мир. Суд. 48, 1.

15 Правило 73 Пято-Шестого Трулльского собора (691–692).

16 Деяния Вселенских соборов. Т. 4. СПб.: Воскресение; Паломник, 1996. – Репр. Изд. Казанская духов-ная академия, 1908. С. 591.

17 Устав, ст. 107, 1820 Мая 27 (28289). По Уставу 1890 года эта норма содержится в статье 99.

18 Устав, ст. 108. В этой статье дается ссылка на две нормы: 1750 Окт. 3 (9803) и 1823 Февр. 3 (29299).

Источник: Православный Свято-Тихоновский гуманитарный университет

ЩИПКОВ
НОВОСТИ

12.12.2019

Предстоятель РПСЦ призвал учитывать церковные праздники при назначении дат экзаменов

Епископ Саак Машалян избран Константинопольским армянским патриархом

Патриарх Кирилл совершил отпевание Ю.М. Лужкова

Рособрнадзор запретил прием в лютеранскую семинарию

Региональное отделение Всемирного русского народного собора открылось в Воронеже

11.12.2019

На Рождественских чтениях в Рязани обсудили информационные войны

Российские муфтии приняли участие в Первом форуме исламской молодежи

Путин поддержал идею настоятеля храма на Бутовском полигоне создать реестр массовых захоронений репрессированных

/ все новости /
РУССКАЯ ЭКСПЕРТНАЯ ШКОЛА
КНИГА
МОНИТОРИНГ СМИ

29.11.2019

Инвест-Форсайт:
Константин Фрумкин
На похоронах либерализма было весело

28.11.2019

MK.RU Ставрополь Кавказ:
Элла Щербина
В Чечне законопроект о семейно-бытовом насилии считают неприемлемым

25.11.2019

Студия русской культуры Капитолины Кокшеневой:
Капитолина Кокшенева
Фирса велено забыть

Аргументы неделi:
Юрий Поляков
Кривой эфир

russculture.ru:
Анастасия Корсунская
О поэзии Олега Охапкина в контексте философии Татьяны Горичевой

/ весь мониторинг /
УНИВЕРСИТЕТ
Российский Православный Университет
РЕКЛАМА
Цитирование и перепечатка приветствуются
при гиперссылке на интернет-журнал "РЕЛИГИЯ и СМИ" (www.religare.ru).
Отправить нам сообщение можно через форму обратной связи

Яндекс цитирования
контакты