Пока в Ватикане идет революция со смыслом, известный православный священник предлагает обучать российских школьников "смыслу жизни", а православные верующие задумались о смысле запретов Великого поста. Корреспонденты РБК Александра Федотова и Кирилл Сироткин спросили у одного из самых ярких священников РПЦ, председателя отдела по взаимодействию Церкви и общества, протоиерея Всеволода Чаплина про церковь для бедных, потерю паствы, страну мигрантов и вино в пост.
Недавно начался Великий пост, который соблюдают многие россияне. Обязательно ли придерживаться всех ограничений или современному человеку есть какие-то поблажки?
Если человек хотя бы один раз попробует провести пост без поблажек, он поймет одну важную вещь: возможна другая жизнь. То, к чему он привык (чрезмерная суета, чрезмерный объем ненужной информации, пустого времяпровождения, пищи), абсолютно ему не нужно, без этого можно обойтись.
Поблажки хороши для пожилых людей, а молодым я бы посоветовал хотя бы раз в жизни отнестись к посту максимально серьезно – как в отношении пищи, так и в отношении более важных вещей. Пост – время для молитвы, для покаяния, для постоянного участия в богослужении, для того чтобы понять: отношения с Богом – самое главное в жизни человека. Это единственное, что важно, все остальное глубоко второстепенно.
Насколько совместим пост и такие современные вещи, как Интернет?
Пост несовместим с праздным и пустым времяпровождением. Есть каналы передачи информации, которыми мы пользуемся. Очень часто разговор через технический канал ничем не отличается от личного разговора. Мы же не накладываем на себя строгий пост в разговорах. Впрочем, некоторые подвижники весь пост молчали и уходили в пустыню, что современному человеку хотя бы раз в жизни удивительно полезно было бы попробовать.
Но мы все-таки работаем, общаемся с домашними, кто-то учится, и пост – время, когда важна не форма общения и не техническая сторона, а содержание общения. Если мы говорим гадости друг о друге в глаза и за глаза, если мы ведем пустые бессмысленные разговоры, если мы не понимаем, зачем смотрим ту или иную передачу, ведем тот или иной разговор, происходит обессмысливание жизни, обессмысливание общения. А пост – это время научиться жить со смыслом. Поэтому общение в социальных сетях должно быть в пост немножко другим – более осмысленным.
Многие верующие в пост отказываются от спиртного, заменяя его безалкогольным пивом. Как Церковь смотрит на заменители запрещенных в пост продуктов?
О посте существует много мифов. Один из них – что нельзя употреблять вино. По самому строгому монастырскому уставу, в дни, когда совершается полная литургия – суббота, воскресенье, праздники, вино употребляется. Это не значит, что нужно пьянствовать. Пьянствовать никогда не надо, но когда люди употребляют безалкогольное пиво, соевое мясо, соевое молоко – это иногда оправданно с точки зрения здоровья, кроме пива, конечно.
Однако здесь есть какой-то элемент лицемерия, как и в попытках приготовить постные блюда, в десять раз более дорогие и изысканные, а не скоромные. Пост предполагает и скромность в пище, и минимальное внимание к пище, минимальное время для ее приготовления. Это время думать и молиться, а не изводить себя часами, создавая какое-то суперсложное блюдо, которое формально будет постным, но станет торжеством чревоугодия.
Сейчас весь мир обсуждает Папу Франциска и, конечно, сравнений РПЦ не избежать. Не можем не спросить про Ваше отношение к политике нового Папы Римского, который сразу взял курс на революцию в Католической церкви, предложив переход от дворцов к хижинам. Ваш коллега, дьякон Андрей Кураев сравнивает политику РПЦ с новым курсом Ватикана: "Божий промысел предложил нам очень интересный эксперимент – две очень похожие социальные группы с довольно схожим набором болезней расходятся сейчас по разным путям реагирования на современный мир".
Деятельность нового Папы можно будет оценить не сейчас и даже не через пару-тройку месяцев. Перед Католической церковью действительно стоят серьезные вызовы, и самый серьезный – попытка подстроить ее под внешнее влияние, под влияние некоторых информационных трендов и мировых экономических игр.
Известно, что сейчас некоторые люди пытаются взять под контроль все финансовые механизмы, которые пока ими не контролируются в полной мере – швейцарские банки, банк Ватикана, кипрские офшоры. Я понимаю минусы закрытых экономических структур. Часто они связаны и с коррупцией, и с финансированием терроризма, и с другими абсолютно неправильными и безнравственными вещами. Но под маской борьбы с этими явлениями иногда очень четко прослеживается звериный оскал.
Вполне возможно, что некоторые действия связаны с Россией и также являются частью этой попытки закрепить или даже расширить контроль над всеми деньгами мира в условиях, когда складываются предпосылки для потери этого контроля.
По какому пути пойдет Католическая церковь, мы увидим в ближайшее время. Но уже понятно, что часть позитивных на настоящий момент эмоций СМИ и некоторых общественных кругов в связи с приходом Франциска могут сочетаться с попыткой переформатировать Католическую церковь под нужды тех самых интересов, о которых мы только что говорили. Что будет с Католической церковью, если она позволит мировым финансовым воротилам хозяйничать в своем доме, я не знаю.
И все-таки А.Кураев цитирует новоизбранного Папу: "Ах, как бы я хотел, чтобы Церковь была бедной для бедных".
Подобное очень давно говорилось и нашей Церковью. В начале 90-х гг. митрополит Кирилл сказал, что наша Церковь стала Церковью бедных. Так что в этих словах для нашей Церкви нет ничего нового.
На днях по телевизору показали, как новый Папа пришел в тюрьму и лично омыл ноги 12 малолетним преступникам.
В нашей Церкви подобное делается постоянно – наши епископы в ходе своего социального служения посещают больницы. Тот же патриарх Кирилл...
Но мы об этом не кричим на каждом углу и очень настороженно относимся к ситуациям, в которых наши недруги нас за что-то хвалят. Когда они хвалят нас за одну из сфер церковной деятельности и ругают за все остальные, сразу возникает вопрос: не хотят ли нас вытеснить только в одну сферу деятельности, а потом повесить на ней замочек? Мой принцип очень простой: выслушай недруга и очень крепко задумайся, если он тебя ругает, и в десять раз больше задумайся, если он тебя хвалит.
В конце 80-х гг. многие люди шли в церковь. Согласно недавним исследованиям "Левада-центра", за последние три года число православных уменьшилось на 6%.
Это абсолютный абсурд. Да, есть какое-то не очень большое число людей, которые отошли от Церкви – иногда разочарование, иногда чрезмерное внимание к быту и суете. Но за последние два-три года стало гораздо меньше неверующих или полуверующих людей, большинство из них стали православными.
Как Вы это определили?
Из разных данных социологических исследований – открытых и закрытых, из пастырской практики. Людей в храмах становится гораздо больше. Я служу в центре Москвы и вижу увеличение числа прихожан. Бабушки стали абсолютным меньшинством – их почти незаметно. В основном молодые семьи с маленькими детьми – народ новый. Именно за последние два-три года появилась значительная часть этого народа.
По собственному опыту скажу, что многие мои знакомые, которые были верующими, после серии последних скандалов с участием РПЦ отошли от нее.
Пожалуйста...
То есть Вы не наблюдаете такой тенденции?
Нет. Те, кто думает, что Бог соглашается с их грехами, а кощунство – это точно грех, беспорядок в личной жизни – это точно грех, гордыня и надежда только на себя – это точно грех, жизнь только ради денег и вещей – это точно грех, должны услышать голос правды. И дай Бог, они его услышат даже тогда, когда Господь пошлет какие-то скорби и трагедии, но все-таки это будет в этой жизни. Хуже будет, если это произойдет после ее конца.
Как Вы считаете, в связи с меняющейся демографической ситуацией – постепенным замещением населения России трудовыми мигрантами – останется ли православие титульным вероисповеданием в стране?
Может, останется, может, нет. Для христианина нормально существовать и в условиях, когда к его Церкви относится большинство общества, и тогда, когда меньшинство. Главное – не потерять отношения с Богом. Поэтому я не исключаю, что православные будут составлять меньшинство в Москве в частности или России в целом. Также не исключаю, что православных останется большинство, но это будут уже нерусские. Народы рождаются и умирают. Из ныне существующих народов очень немногие имеют более чем тысячелетнюю историю.
Христианин по этому поводу не должен впадать в гордыню, отчаяние или уныние. У нас нет ограничений, которые как-то связывали бы Церковь с одним народом, одним поколением, одной страной или одним континентом. Христианин должен проповедовать всем народам и надеяться, что каждый из них сможет обрести смысл жизни во Христе.
Расскажите о введении нового предмета в школе. Какие первые итоги Вы видите, как часто дети выбирают основы православия? Хватает ли учителей, чтобы преподавать этот предмет?
Самый главный итог – отсутствие каких-либо конфликтов в школах. Иногда имеет место рвение школьной администрации, чтобы все дети выбрали один модуль, а не два или три. Обычно это или основы светской этики, или основы мировых религиозных культур.
Модель, которую мы предложили – единственная работающая модель. Только она работает в странах Европы, где в обществе есть люди с разным мировоззрением. Загонять всех на мировоззренческом предмете в одну группу несправедливо и это не получится, поэтому единственным выходом является разделение на группы.
Педагогов, как показывает практика, подготовлено достаточно. Конечно, значительной их части нужно совершенствовать свои знания. Условия для этого есть и в рамках системы повышения квалификации педагогов, и в рамках институтов, которые есть у Церкви.
Если говорить о количестве семей, которые выбирают тот или иной модуль, получается очень интересная арифметика. Регионы с одинаковым этническим и религиозным составом населения иногда демонстрируют радикально разные показатели. Это говорит о том, что иногда местные администрации или директора школ пытаются, мягко говоря, активно склонять людей к тому или иному выбору.
Иногда речь идет о том, что людям раздают анкеты с уже вписанным вариантом выбора. А дальше либо ты ставишь подпись, либо ты нехороший человек и создаешь проблемы как любимому учителю своего ребенка, так и ему самому. Этого нужно избегать, нужно обеспечить осознанный свободный выбор.
А цифры, конечно, очень разные. В прошлом году, если я правильно помню, в Пензенской области ни одна семья не выбрала основы православной культуры, при этом чуть ли не 99% выбрали основы светской этики. Значит, выбор не был свободным.
На днях прозвучала интересная инициатива со стороны видного деятеля РПЦ – преподавать в школах предмет "смысл жизни". Могли бы Вы прокомментировать это?
Я не очень подробно знаю, что имел в виду отец Димитрий Смирнов – человек очень яркий, очень живой.
"Смысл жизни"... Конечно, молодые люди должны получить информацию о нем – отчасти собственными усилиями, отчасти через общение со старшим поколением. Получится ли сделать из этого отдельный предмет, не знаю. Мне было бы очень трудно написать учебник по этому предмету. Хотя у кого-то, может быть, это получится.
Мне кажется, о смысле жизни должны в гораздо большей степени, чем сегодня, говорить история, литература и обществознание в школе. Сегодня школа почти не говорит, зачем пытаться жить со смыслом и почему что-то хорошо, а что-то плохо, что-то является добром, а что-то злом. Школа – все-таки место воспитания, а не устройство для перекачки прагматических знаний.
Источник: Сайт РБК
