Отец моего друга в выходной решил перенести старый хлам на балкон. Нужно было что-то открутить, что-то отломать, а потом тяжелыми вещами заставить балкон. Дело было не срочное, но мужчина в годах так доблестно таскал разные предметы, что потом больше недели не мог разогнуться.
У нас в стране такой героизм поощряется, а спокойная рассудительная работа – нет. Люди хвастаются тем, что пишут 5 статей в ночь после дедлайна, диплом за неделю до сдачи. Мы строим дома в режиме подвига, каждую неделю убиваемся на своих дачах, ходим на работу с температурой и еще хвастаемся способностью к 20-часовому рабочему дню.
В социальных сетях никто не пишет: "Я делаю свою работу в срок и стараюсь не создавать завалов". Автора такого поста тут же назовут скучным человеком, у которого слишком много свободного времени, зато человек, который расскажет в соцсетях о том, что спит в офисе, поскольку накануне смотрел трансляцию хоккейного матча из Канады, получит кучу лайков.
Я это по себе знаю. Когда был олимпийский четвертьфинал Россия-Канада, я ставил будильник на полтретьего ночи, смотрел хоккей до 6 утра, а потом еще полчаса пересказывал содержание матча жене, уходившей на работу.
Отдыхать мы тоже не умеем. В январе мы делимся рассказами о том, как весело был встречен Новый год, существует еще вечер пятницы и суббота, когда мачо соревнуются друг с другом в количестве алкоголя, принятого на грудь. Мы не можем пить бокал вина за ужином – не наш это размер. Праздник для нас – средневековый карнавал, битва со временем, а потому чувство меры – нечастый гость в наших домах и офисах.
Не успевая пожить, мы также быстро умираем. Мужчина после сорока, если он не депутат, бизнесмен или чиновник, а тем более после пятидесяти лет считается у нас стариком, который должен играть в домино, воспитывать внуков, и доживать свои дни.
Мы не заботимся о своем здоровье, мы хотим жить быстро и бесшабашно. Умереть в возрасте Пушкина – смерть достойная, в возрасте Солженицына – почти постыдная, поскольку неприлично жить так долго.
Мы не заботимся о себе, поскольку считаем, что живем для кого–то другого, что кто-то иной заставляет нас что-то делать. По социологическим опросам больше половины россиян не любят свою работу, еще больше наших сограждан ненавидят свое начальство. В результате, люди проводят значительную часть своей жизни, как рабы на плантации, занимаясь ненавистным трудом за копейки (размер зарплаты при этом значения не имеет, все равно кто-то получает много-много денег и при этом "ничего не делает").
В семейной жизни у нас тоже не все хорошо. В ссоре мы говорим своей половинке о том, что "он или она испортили мне всю жизнь", периодически вспоминаем свою первую школьную любовь, и вместо решения реальных проблем стремимся убежать в прошлое, будущее или налево.
Митрополит Сурожский Антоний говорил о том, что современный человек не умеет жить в настоящем, он либо предается воспоминаниям о прошлом, либо мечтает о будущем. Эти слова – диагноз почти каждому из нас.
Человек будет заботиться о своем здоровье, стремиться к умеренности лишь в том случае, если он наслаждается жизнью здесь и сейчас, ценит каждый ее миг и хочет сохранить свою способность к ней на долгие годы.
Бесполезно говорить 30-летнему мужчине, выпивающему по 3 литра пива ежедневно и посещавшему спортзал лишь в школе о том, что в 60 лет он будет развалиной, либо его не будет совсем. Он ответит, что хочет прожить на полную катушку сейчас, а не откладывать "счастье" на потом.
Бесполезно уговаривать нашего человека сходить к врачу, даже если он кашляет вторую неделю. Мы не любим докторов, поскольку наши поликлиники – это место, где может находиться только очень здоровый человек. Очереди в регистратуру и в кабинет, агрессия, невнимание врачей, и главное – полное отсутствие мотивации многих пациентов, превращают наши медицинские учреждения в места, где в лучшем случае покупают справки и санитарные книжки.
Если же мы сдали анализы и узнали, что серьезно больны, то начинаем вообще жалеть о том, что пришли на обследование. По себе знаю, что сознание человека видит в диагнозе не повод для начала лечения, а сильный стресс, как будто в моей болезни виноват анализ.
Мы так быстро стремимся получить удовольствие, так боимся, что оно станет для нас последним, что для некоторых попытки получить "все и сразу" действительно оказываются смертельными. Мы не ценим и не любим самих себя, мы не верим в свою способность жить долго и счастливо.
Точно также мы относимся и к окружающим нас людям, к стране, в которой живем. В известном анекдоте русский рабочий в диалоге с японским произносит знаменитую фразу: "А на Японию мне вообще плевать".
Мы не хотим жить ни для себя, ни для "хозяина", ни для страны. Мы вообще не хотим жить в "этой стране", работать на "этой фирме", общаться с "этими властями" и "этими соседями". Мы хотим, чтобы кто-то решил все наши проблемы, и вот тогда в "прекрасном далеко" мы уж позаботимся о себе и близких, начнем новую жизнь с понедельника.
Может, не стоит откладывать решение всех проблем до мифического "завтра" и начать жить уже сегодня?
Источник: Фома
