О приспособленчестве советских интеллигентов написано много и подробно: от "Гибели и сдачи советского интеллигента" Белинкова до "Шапки" Войновича. Сняты все покровы, разоблачены все уловки. Тома написаны про "двойную мораль" – про то, как "одни слова для кухонь, другие – для улиц". Но в разоблачительном раже мы сделали обычную русскую ошибку – приписали грех двуличия одним себе. Предположили, что на "цивилизованном Западе" люди уж точно говорят только то, что думают.
Как не колебаться вместе с линией
Если посмотреть в корень проблемы, можно заметить, что такой взгляд в чем-то определяется "христианской матрицей" русского сознания. Мир рассматривается в привычной парадигме ада и рая. Если Россия – не рай, то значит, она – ад. А Запад, соответственно, рай. (Даже в сознании советских либералов-шестидесятников сохранялась эта матрица: в роли ада и рая выступали социализм и капитализм, причем оба активно мифологизировались – то в позитивную, то в негативную сторону.) Потихоньку устоялось мнение, что рай – это капитализм: в нем не только еды больше, но и отношения между людьми должны быть непременно лучше. Люди при капитализме в основном честны и не "колеблются вместе с линией". Таков был вывод, сделанный советским "поколением 1968-го года" – людьми, сделавшими перестройку и начавшими процесс демонтажа Советского Союза.
Не надо преувеличивать способность человеческого сознания к изменению: очень многие люди, включая часть нашей интеллектуальной элиты, так и остались в этой примитивно прозападной матрице сознания.
Но давайте посмотрим на вещи реально. Возьмем нынешнюю истерию с призывами к бойкоту Олимпийских игр в Сочи из-за якобы "антигейского" закона. Неужели все авторы этих статей (а многие из них живут в России) не понимают, что пишут неправду, что сравнения "путинского режима" с нацистким режимом, бывшим хозяином Олимпиады-36, пошлы? Неужели, проклиная Россию за отказ поддержать исламистскую оппозицию в Сирии, авторы соответствующих статей в западной прессе вполне искренни? Что они, забыли про оккупацию Ирака в 2003 году, когда Россия тоже была против? Ведь все эти авторы теперь признают решение Буша о вводе войск неправильным (почему-то умалчивая о собственной поддержке той войны)? Даже если мы предположим, что все это – детали, давайте взглянем на картину в целом. Огромный поворот, который западное общественное мнение совершило за последние сорок лет: от цивилизации, основанной на христианских ценностях, к сегодняшним ЕС и США, раздражающимся при любой попытке применить библейские принципы к сегодняшней жизни, – неужели это все принято единогласно? Неужели все мыслители и ученые этой великой цивилизации вполне искренне "колебались вместе с линией"?
Тем хуже для фактов
Нет, конечно. Двойная мораль (или даже двойное мышление – оруэлловский doublethink) давно уже достигла на Западе такой изощренности, что сталинская "акробатика мысли" (так назвал советскую двойную мораль в разговоре с Ивом Монтаном в 1956 году Илья Эренбург) – эта самая акробатика мысли кажется сегодня на фоне сегодняшней западной эквилибристики грубой и примитивной. Сталину вряд ли пришло бы в голову в постановке по "Оливеру Твисту" переделать злодея Фейджина из еврея в чеха ради соображений политкорректности. А в сегодняшнем Лондоне это делается. Не потребовал Сталин и переделать Катерину Измайлову в "Леди Макбет Мценского уезда" из развратной женщины-убийцы в борца за равенство полов (а именно это делается сегодня на европейских оперных подмостках – под лицемерные выражения сочувствия "умученному советской властью" Шостаковичу). Не заметило этой новой двойной морали на Западе только "шестидесятническое" поколение нашей интеллигенции и его наследники, ныне держащие в руках большую часть качественных СМИ современной России.
Вера этих людей в черно-белую "двухполярную" картину мира с западным раем и восточным адом была так сильна, что вместе с множеством советских мифов они выбрасывают и основанные на вполне реальных фактах темы советского американоведения и отечественных штудий о современной Европе. Между тем раскрученная еще в "Семнадцати мгновениях весны" тема довоенного сотрудничества английских, американских и даже польских правящих кругов с нацистами – факт. Закулисные соглашения американской и британской разведок с нацистскими лидерами и военными специалистами накануне конца войны и в первые послевоенные годы – тоже факт. Оттого, что факты эти в свое время "раскручивал" Андропов пером Юлиана Семенова, – от подобной раскрутки они не перестают быть фактами.
Итак, как же работает doublethink на Западе?
Грехопадение немецких интеллектуалов
Чтобы понять это, обратимся к работе одного из ведущих западных интеллектуалов – к статье в немецком журнале "Шпигель", принадлежащей перу Витторио Хесле, ректора Института продолженного обучения при университете Нотр-Дам в США (штат Индиана). Немец по происхождению, Хесле обращается к следующему важному вопросу: как так получилось, что множество ведущих интеллектуалов Германии, да и нескольких других развитых стран Европы – целый ряд этих людей поддержал нацистский режим? Как так получилось, что Мартин Хайдеггер и Карл Шмитт писали в честь Гитлера хвалебные статьи, обосновывая "новое язычество" фюрера. Хесле отмечает, что объяснять это одними материальными причинами нельзя. Многие "прониклись" соответствующими идеями еще задолго до прихода нацистов к власти. Одним из первых почитателей Гитлера в немецкой научной среде был Готлоб Фреге – логик, специалист по математической лингвистике. Фреге, чье восторженное отношение к Гитлеру выдают его дневники, умер в 1925 году – за восемь лет до прихода Гитлера к власти.
Философы Мартин Хайдеггер, Арнольд Гелен и Карл Шмитт, вступившие в НСДАП вместе и в один день – 1 мая 1933 года, вскоре после прихода Гитлера к власти, могли бы быть обвинены в тривиальном приспособленчестве. Но и оно не было абсолютным: Хайдеггер и Шмитт после войны не раскаялись, хотя сделать это им было выгодно и по соображениям карьерным, и даже ради собственной безопасности. Шмитт жаловался только на тяжелые условия, в которых ему пришлось жить после ареста в 1945 году в лагере на контролировавшейся западными союзниками территории.
Если вглядеться пристальнее, то, по мнению католика Хесле, можно рассмотреть у этих нацистских прислужников общие черты. Во-первых, все они стали жертвами слепой веры в прогресс по праву сильного: национал-социализм был якобы прекрасен уже потому, что побеждал (сначала в Германии, потом – почти во всей Европе). Раз ты победил – значит, за тобой будущее. Следовательно, ты прав. Знакомая логика, не правда ли? Во-вторых, все трое отвернулись от христианства (даже Шмитт, называвший себя до прихода Гитлера к власти "консервативным католиком").
Приспособленцы против христианства
Как видим, во многом мотивы отступничества нацистских прислужников совпадают с мотивами, по которым приемлют нынешнюю дехристианизацию Европы и США западные интеллектуалы. Мол, рыночный фундаментализм и либеральный моральный релятивизм победили (главный показатель – развал СССР и общее отступление альтернативных проектов общественного устройства в девяностые годы). А раз так – значит, отжило свое и европейское христианство, и особенно его православная ветвь, упорствующая в неприятии антихристианских по сути учений – ростовщической "монетаристской" экономической доктрины, агрессивного феминизма, теории "равноценности" гомосексуальных и гетеросексуальных отношений.
То, как легко меняют свои взгляды западные "говорящие головы" в угоду монетаризму, "секстремизму" группы "Фемен" и массе других измов, – сегодня очевидно всем. Одним из частных проявлений этого двоедушия стал поворот на 180 градусов во взглядах западного "мейнстрима" на Русскую Православную Церковь. От сочувственного приятия в середине 80-х годов к кричащей ненависти сегодняшнего дня.
На самом деле и "антиклерикальный" крен интеллектуалов-приспособленцев – не новость, если вспомнить отношения "третьего рейха" и христианских церквей. О ней нам напоминает и Витторио Хесле. Попытавшись сначала подчинить себе церкви через конкордат (с католиками) и создание националистической так называемой Немецкой евангелической церкви (для протестантов), Гитлер в конце 1930-х готов, и особенно начиная с 1942 года перешел к своеобразной пиар-кампании против церкви. Причина была в том, что к 1937 году стало ясно: христиане, особенно католики, отвергают нацистское неоязычество, отказываясь обожествлять нацию и расу, а также отказываясь признать эвтаназию (нацисты ее применяли к слабеньким детям и к больным взрослым, особенно к людям с психическими заболеваниями).
Христианские пастыри, в первую очередь представители католической и православной церквей подверглись шельмованию, очень похожему на нынешнее. Вот отрывок из книги "Национал-социализм: документы", изданной и откомментированной Вальтером Хофером в издательстве "Фишер" в 1957 году: "Государство ответило на сопротивление католиков настоящим нашествием (Feldzug) лжи и клеветы, направленным прежде всего против духовенства. В результате целого ряда показательных процессов сотни католических монахов и священников были осуждены за якобы аморальное поведение в быту и операции с иностранными валютами. Пропаганда, сопровождавшая эти процессы, отвечала самым низким инстинктам масс". (стр.125, Nazionalsozialismus, Dokumente, herauzgegeben und kommentiert von Walther Hofer, Fischer Bucherei, 1957).
Думаю, тут параллели настолько видны, что их и не нужно раскрывать. Про "аморализм" наших священников мы слышим от определенных господ каждый день. Некоторые на этом делают карьеру, даже не задумываясь, на каких приспособленцев они при этом похожи.
И напоследок ещё одна "информация к размышлению". В 1942 году кампанию "разоблачения" католических священников возглавил Мартин Борман – второй человек в нацистской партии, неофициально называвшийся главным Антихристом третьего рейха.
