У книги Александра Щипкова "Традиционализм, либерализм и неонацизм в пространстве актуальной политики", может быть, не самое удачное, чересчур академическое название с изобилием "измов". Дело в том, что читатель будет иметь дело не с учебником и даже не с сухим изложением политических программ или политологических определений. Книга Щипкова – это прежде всего очень страстное и страшное, но неумолимое в своей точности объяснение самого пугающего явления нашей сегодняшней жизни, а именно – агрессивности западных стран, до последнего времени имевших в России почти не запятнанную репутацию. И, что сегодня особенно редко, эта же книга содержит предложения о выходе из кризиса – она предлагает пути развития на основе нового "традиционализма", совмещающего в себе христианскую традицию и лучшие элементы так пока и не случившегося у нас демократического социализма.
Как так могло получиться?
Но сначала – об объяснении ужасов. Книга Щипкова объясняет, как так могло получиться, что почитаемые всем миром вершинами цивилизации страны – США, Великобритания, Франция и другие члены ЕС, – вдруг оказались в одной лодке с самыми мракобесными силами в самых жестоких сегодняшних войнах. Ну, как так могло получиться, что США и ЕС вместе с "Аль-Каидой" и другими суннитскими экстремистами несколько лет ПЛЕЧОМ К ПЛЕЧУ воевали против пусть несовершенного, но все же светского и не нападавшего на своих соседей режима Башара Асада в Сирии? Как так получается, что давно уже в десятки раз превзошедший по жестокости любые криминальные практики времен Януковича, убивший не менее 4 тысяч человек националистический режим Петра Порошенко в Киеве не слышит ни слова критики в свой адрес со стороны западных политиков? Почему против использования авиации и артиллерии при осаде Донецка и Луганска, против отключения зарплат и пенсий миллионам дончан не выступают западные президенты и правозащитники? Ведь эти люди еще год назад были готовы обложить Украину санкциями и поместить страну в политическую изоляцию из-за судьбы ОДНОГО человека – угодившей тогда за решетку экс-премьерши Юлии Тимошенко?
Ответ Щипкова на эти вопросы не укладывается в рамки современной "политкорректной" картины мира, но он логичен и подкреплен фактами. Вкратце он звучит так: никакого противоречия в действиях Запада нет, поскольку на самом деле за современным западным "либерализмом" скрывается все та же жажда обогащения и власти, все та же жестокость "европоцентричного" Запада по отношению к колониальной периферии, которая двигала всеми потом проклятым Гитлером. Просто Гитлер оказался неудачником – он побежал "впереди паровоза", да еще и рассорился с центром мировой либерально-капиталистической метрополии – США и Англией. Нынешние "либеральные" гегемонисты такой ошибки не совершают – они все время говорят о необходимости говорить с Россией (Сирией, Ираном и т.д.) единым голосом. И они действительно им говорят. То факт, что в голосе этом звучат и нотки, скажем, украинского нацизма а-ля Олег Тягнибок, – этот факт сегодняшних "либеральных" мыслителей и политиков не смущает.
Нацизм как колониализм внутри Европы
"Совершенно очевидно, что так называемый германский тоталитаризм, – это всего лишь классический западный колониальный расизм, – пишет Александр Щипков. – Правда, несколько задержавшийся (по причине раздробленности германских земель) и потому опоздавший к разделу колоний. Именно по причине этого исторического опоздания Гитлер был вынужден перенести колониальные практики с окраин мира (где они воспринимались как нечто естественное) внутрь Европы, где те же самые методы вызывали шок".
Книгу Щипкова лучше всего читать людям, уже имеющим определенные знания о реальных практиках тех режимов, о которых он ведет речь. Еще лет двадцать назад я поставил бы рядом с вышеприведенной цитатой большой знак вопроса. Но сегодня, ознакомившись с немецкими подлинниками писаний и высказываний Гитлера о "России как немецкой Индии" (где неариизированные славяне должны были стать низшей кастой), я смотрю на эти строки другими глазами. А еще лучшей иллюстрацией к вышеприведенной цитате был бы маленький стенд в современном польском Музее варшавского восстания 1944 года. На этом стенде – фотографии с варшавскими трамваями времен немецкой оккупации, где рядом с набитым общим салоном имеется пустой отсек с надписью: "Места только для немцев". На полках варшавских лавочек – пачки масла с теми же словами: "Только для немцев". Поляки вспыхивали от возмущения, но чего еще они хотели от режима, который в Европе всего лишь повторял практики, скажем, белых завоевателей Северной Америки? Для США надписи типа "только для белых" или "только для лиц нееврейской национальности" вплоть до конца 1960-х были вполне обычным явлением у входа в кафе и "салуны"...
Против теории "тоталитаризмов"
В своей книге Щипков убивает одну из главных священных коров современного западного "нацизмоведения" – постулат об "идентичности двух тоталитаризмов" (советского и германского). В свое время этот постулат, впервые высказанный еще социал-демократами до второй мировой войны, а потом "канонизированный" западными общественными науками с подачи Ханны Арендт, с трудом пробивал себе путь к читателям в Советском Союзе. А потому и был легко и некритически принят на веру многими в сегодняшней России.
"Если не рассматривать понятие "фашизм" в узком значении (режим Муссолини), то это идея неполноценности той или иной группы, в отношении которой "закон не писан", – формулирует Александр Щипков. – "Неполноценность" может иметь разные маркеры: национальный, культурный (для оправдания колониальной экспансии), цивилизационный. Этот комплекс превосходства выступает обоснованием биологического и социального неравенства людей... В любом случае фашизм направлен против той части идентичности, которую человек не может в себе изменить. То есть человеку не оставляют выбора. При обычном авторитарном (тоталитарном?) режиме выбор есть: или скорректировать свои взгляды в публичном пространстве, или стать жертвой режима. Отличие фашизма в том, что он не оставляет человеку даже этого "или". Именно поэтому отождествление коммунизма при всех его недостатках и преступлениях с фашизмом – грубейшая ошибка".
Западные предтечи
Что ж, Щипков тут не одинок: и многие западные исследователи еще много лет назад пришли к выводу, что наличие внешнего сходства (бодряческие песни, шагистика, культ государственного коллективизма и т.д.) не должно вводить в заблуждение о тождественности сталинского и гитлеровского режимов.
Вот, например, строки из статьи американского историка Эрика Гольдхагена, написанной еще в 1960-е годы, когда теория Ханны Арендт только пробивала себе дорогу:
"При некотором внешнем сходстве суть коммунистического и нацистского режимов была принципиально разной. В случае еще хоть недолгого господства нацистов над Европой лицо Старого Света изменилось бы до неузнаваемости и над входом в это царство страха можно было повесить надпись "Оставь надежду всяк сюда входящий". В случае же с Советским Союзом даже в самые мрачные годы сохранялась надежда на способность режима изменить себя. В великом движении Просвещения большевизм был как бы ересью – отвергая некоторые важные элементы Просвещения, он сохранял веру в науку, искусство, в знание. Нацизм же был апостасией Просвещения – тотальным вероотступничеством от всего, что создало и во что верило человечество с самых темных варварских времен".
"Ватники" как новые евреи
В чем-то повторяя аргументы Гольдхагена, Щипков, однако, идет дальше – и в поиске корней нацизма, и в поисках его современных продолжателей. Щипков отмечает, например, что нацизм вовсе не был 13-летним сиротой посреди двадцатого века – фашизм как идея "неполноценности некоторых групп" старше коммунизма (вспомним расистские методы эксплуатации черной Африки), а потому называть его "реакцией на 1917 год" значит ставить телегу впереди лошади. И вовсе он не умер в 1945 году – сегодня на Украине неполноценной группой считают даже не этнос, а саму советскую идентичность: на востоке страны объявлена война "ватникам", которые "ходят в трениках, пьют водку и смотрят программу "Время" (так определял врагов нового режима его пламенный публицист Виталий Портников). Впрочем, в сознании украинских националистически настроенных инфантилов "ватник" – это скорее всего русский, так же как в сознании их предшественников в сороковые "палаческий большевизм" воплощался прежде всего в евреях.
Не был фашизм, как доказывает Щипков, и вовсе чужд столь прославляемой теперь экономической целесообразности и эффективности. Вслед за левым философом Борисом Кагарлицким, Щипков отмечает бесчеловечную, но отнюдь не выдуманную экономическую рациональность нацизма. Как рыночная конкуренция отбраковывает лишние предприятия, так фашизм отбраковывал людей и целые народы (по Щипкову, "фашизм – это либерализм, уже не прикрывающийся правом и доводящий свой основной принцип, принцип тотальной конкуренции, до логического конца"). Впрочем, и право теперь – ненадежная защита от "выбраковки", поскольку, как отмечает Щипков, "право не предшествует политике, а постфактум оформляет реальный расклад сил и конфигурацию власти". Лучше не скажешь...
Не верите? А как, с правовой точки зрения, объяснить откровенное вмешательство США и ЕС во внутренние дела Сирии (с поддержкой действующих там повстанцев) – при истерических требованиях уберечь от такого вмешательства союзный им украинский режим Петра Порошенко? (А ведь тот же суверенитет Украины при режиме Януковича США и ЕС, напротив, ни в грош не ставили, откровенно участвуя в Майдане, который глава центра Stratfor Джорджа Фридмана.)
Вывод как предупреждение
Страшен ли вывод Щипкова о том, что современный "либеральный" фашизм, вроде бы весь устремленный к прогрессу и будущему, заставляет работать на себя самые мрачные, самые реакционные "мифокострукции" (Щипков приводит мрачный исламизм атиасадовских "фронтов" в Сирии и бандеровскую идеологию на Украине)? Да, очень страшен. Но такова уж наша судьба – и мы должны смотреть ей в лицо. В свое время мы уже испытали крайние формы двух из трех идеологий, бросивших вызов христианству еще на рубеже девятнадцатого и двадцатого веков, – коммунизма (явившегося нам в форме сталинского режима) и национализма (напавшего на нас в форме режима нацистского). Теперь, как видно, придется испытать и крайнюю форму либерализма – третьего и до последнего времени якобы самого тихого сына начавшейся еще при рождении Гитлера и Сталина безбожной эпохи. Впрочем, теперь у нас есть опыт и предупреждение. А предупрежден – значит, вооружен.
Книгу Александра Щипкова "Традиционализм, либерализм и неонацизм в пространстве актуальной политики" вы можете найти в магазинах "Москва" и "Фаланстер". В Петербурге обращайтесь в из-во "Алетейя" по тел. +7-921-9519899
Источник: Русская idea
