Воскресение Христово остается самым парадоксальным днем в календаре России. Его нет в реестре государственных праздников, при этом президент поздравляет с ним граждан, отмечает его публично, а государственные каналы ТВ транслируют это событие на всю страну. И если раньше советские дружинники не пускали в храмы прихожан, то теперь пресс-служба администрации президента не пускает в храмы журналистов.
Улица Волхонка перед главным фасадом храма Христа Спасителя к 9 часам вечера субботы уже была перекрыта для машин, а через полчаса ее закрыли и для пешеходов. Желающие посмотреть первое в России световое шоу по иконописным мотивам Страстей Христовых сгрудились за загородками в начале улицы и ее конце. Перед самим храмом, откуда следовало бы наблюдать шоу, стояла довольно редкая цепочка счастливых, загодя пришедших зевак. Тут же довольно густо расположились журналисты. Спиной к храму вытянулись цепи охранников, по отечески загонявшие всех на газон. "Кого боимся?" – осведомилась я. "Террористов" , – незамедлительно последовал ответ.
Едва стемнело, как с небес грянул хор, а по всему фасаду храма справа налево и снизу вверх задвигались громадные световые изображения икон, ломаясь о сложные очертания храма. Через 20 минут храм покрылся черно-белой проекцией страницы Писания на церковнославянском языке. Картинка застыла, хор замолчал, а зрители запричитали – мол, аппаратура заела.
Посреди пустынной Волхонки стоял Патриарх Московский и всея Руси и с интересом взирал на изображение. Буквы исчезли, едва за спиной Патриарха притормозил кортеж из четырех машин мэра Москвы Юрия Лужкова. Мэр подошел под патриаршее благословение, и шоу повторилось, после чего Патриарх и мэр удалились в храм. Обещанного народу третьего сеанса так и не последовало.
Ближе к газону остановилась машина с черными стеклами – из приоткрытого окошка шел столб дыма. "Жириновский!" – убежденно сказали студенты МГУ, стоявшие рядом со мной. Действительно, из машины вышел лидер ЛДПР и несколько нетвердо двинулся было к народу, но, описав дугу, выбрал дорогу к храму.
"снимут как нужно"
Справа, возле рамки, тек жидкий ручеек из гостей с приглашениями. Их было так мало, что журналисты начали гадать: либо президент приедет, либо все уехали на дачу. Внезапно по маршруту крестного хода деловито прошагали люди, отвечающие за охрану президента. "Вот теперь вы поймете, почему я всегда волнуюсь, – оглядел коллег фотограф с лестницей. – Сейчас заставят стремянку по шурупам разбирать!"
К журналистам, уже два часа ждущим на ветру, вышли суровые люди со списками и объявили: "Аккредитованные в Патриархии, в храм не допускаются". "Но ведь там не только для одного президента служба идет, да и никого не предупреждали, где он будет на Пасху", – не сдавалась я. "Вот когда президент уйдет, вы и сможете войти!" – расплылась в широкой пасхальной улыбке единственная девушка из президентской пресс-службы. – А уедет он не раньше часу. Мы отобрали четырех фотографов, которые снимут президента в храме так, как нам нужно". Фотографы, ездившие с Путиным в Иерусалим, возроптали: "Там Путина снимай, а здесь – пошел вон?" "А что вы расстраиваетесь? Ведь трансляция по телевидению будет", – ободрила нас всех президентская пресс-служба.
Пасха на экране
Когда еще увидишь Пасху по ТВ? Спасибо администрации президента. Буду знать, чем жив народ православный, – ведь большинству и в обычный храм на Пасху не пробиться...
Минут десять операторы показывали, как мэр Юрий Лужков идет крестным ходом по левую руку от Патриарха и что-то говорит. Вскоре полпред президента Георгий Полтавченко выбрался из толпы и уравновесил мэра – встал по правую руку от Патриарха и тоже стал участником беседы. Свечи у обоих гасли на ветру. Полпред не смирился с ветром и зажег свою зажигалкой. Тогда мэр вообще остановил крестный ход и взял огня у полпреда.
Когда камера снимала сверху, было видно, как непривычно мало народу идет крестным ходом. Почему-то операторы упорно не снимали монахов в черном, ни разу не показав их строгое пасхальное построение – один из замечательных элементов патриаршей Пасхи.
Ровно в полночь Владимир Якунин, председатель попечительского совета Фонда Андрея Первозванного и первый вице-президент РАО "Российские железные дороги" , запыхавшись подошел к Патриарху с зажженным фонарем – это был тот самый Благодатный огонь из храма Гроба Господня, доставляемый в Москву уже три года подряд. В следующую секунду раздался патриарший возглас: "Христос воскресе!" Слабые голоса ответили: "Воистину воскресе!" Камера стыдливо прошлась по лицам молчащих людей.
"радость требует движения"
Когда клир вернулся в храм, президент уже ждал на виповском клиросе вместе с Фрадковым, Полтавченко, Якуниным, Лужковым и главой президентской администрации Медведевым. Все стояли без свечей, расставив ноги на ширину плеч. Когда президенту передали красную свечу, он облегченно вздохнул. Закадровый голос произнес: "Радость требует движения". Президент перекрестился.
По обычаю перед обменом подарками Патриарх обратился к президенту, напомнив, перед какой великой святыней тот недавно молился – перед Гробом Господним. Самое удивительное, что, когда президент принялся отвечать и вручать свои подарки, звук выключили. Минут пять операторы показывали шевеление президентских губ. Наконец режиссер опомнился и стал показывать чьи-то руки, которые разворачивали вазы и кому-то их передавали. Короче, воистину!
03.05.2005
Источник: Газета
