В ряде работ, опубликованных автором в 2003-2004 гг., была подвергнута критике концепция "методологического атеизма", согласно которой подлинно научным является объяснение всех исследуемых феноменов, "как если бы Бога не было". Во-первых, методологический атеизм является принципиально нефальсифицируемой теорией, а во-вторых он основывается на бездоказательно принимаемом на веру общеотрицательном высказывании. Ввиду появившихся в журналах "Религиоведение" и "Вопросы философии" критических замечаний д.ф.н. В. А. Бочарова и д.ф.н. Г. Л. Левина, представляется целесообразным продолжить обсуждение проблемы.
Вышеприведенное основоположение методологического атеизма В. А. Бочаров именует "прескрипцией", побудительным высказыванием, к которому процедура фальсификации неприменима. Однако, на самом деле, это высказывание предписывает не просто совершать определенные действия, но принять в качестве истинного и исходного для проведения научного исследования конкретное высказывание о действительности ("бога нет"). Если воспользоваться приемом бочарова, любую научную гипотезу или аксиому, принимаемую в качестве отправной точки, можно переформулировать в виде "надо принять, что…" и, объявив побудительным высказыванием, снять вопрос о ее истинности или ложности.
В наши задачи не входило и не входит "оправдание" или придание статуса научности теологии. Наиболее важной проблемой, разногласия в понимании которой подтвердила последняя дискуссия, является определение критерия научности применительно к изучению религии. Традиционная материалистическая точка зрения вновь сводит все к логическому кругу: "научно только исследование, не допускающее вмешательство бога, потому что исследование, допускающее вмешательство бога, не научно". Возражая мне, Г. Л. Левин пишет: "научное объяснение – это частный случай материалистического объяснения", а В. А. Бочаров утверждает, что допустивший вмешательство бога исследователь автоматически перестал быть ученым и стал теологом.
На наш взгляд, исследования, проводимые на основе методологического атеизма, ничуть гносеологически не "чище", не свободнее от недоказуемых исходных предпосылок, чем допускающие "гипотезу бога" и не соответствуют реально недостижимому идеалу "строгой научности". Сохранение в религиоведении иллюзий о монопольной научности материалистических или позитивистских исследовательских программ объясняется недостаточным осмыслением результатов развития философии науки в XX в., в т.ч. разработки темы демаркации научного знания.
Альтернативой методологическому атеизму является вовсе не признание "наукой" теологических догматов. Но гипотезы креационизма, божественного происхождения христианства и другие не должны ipso facto исключаться из числа приемлемых наукой для критического осмысления. При господстве материалистической философии это делалось по метафизическим соображениям, а не на эмпирическом основании. Но в настоящее время нет оснований для того, чтобы принимать утверждение "наука = материализм". Вопрос о мере соответствия высказывания действительности (т.е. О его истинности) важнее вопроса о соответствии процесса выработки этого высказывания неким формальным критериям. Несмотря на утверждение В. А. Бочарова о том, что возможно разными способами доказать, что бога нет, и противоположная точка зрения может адекватно описывать мироздание, и настоящему ученому нельзя не считаться с такой возможностью, хотя бы как с вероятной.
