– Ваше Высокопреосвященство! Вы приехали в Россию впервые в качестве главы отдела Государственного секретариата Ватикана по отношениям с государствами по приглашению вашего российского коллеги Сергея Лаврова. В каких сферах сотрудничают столь непохожие друг на друга государства как Российская Федерация и Святой Престол? Какова динамика их отношений? Можно ли отметить какие-то изменения за последние полгода, прошедшие после восшествия на престол св. Петра Бенедикта XVI?
– Святой Престол присутствует на международной арене, не опираясь ни на какую политическую, военную, финансовую или экономическую власть. Он осуществляет своё присутствие исключительно силой той человеческой и нравственной вести, носителем которой является в своей евангельской миссии, апеллируя к принципам естественного права. Немало политических вопросов предполагают нравственные оттенки, поскольку содержат аспекты, касающихся человека как такового, независимо от его национальных интересов.
Подумаем, например, о таких вопросах современности как международное сотрудничество и диалог между различными культурами, трагедия бедности и недоедания, защита человеческой жизни, свободы совести и вероисповедания, развитие биогенетики в уважении к достоинству человеческого индивидуума с самого начала его существования и т.д. Именно на этих темах Святой Престол сосредотачивает свою международную активность. Следует заметить, что в международных организациях его голос выслушивается с большим интересом и уважением, более того, представители многих государств нередко сами спрашивают его мнение или просят его о содействии. Но, к сожалению, не всегда позиция Святого Престола воспринимается во всей полноте. Ещё одним, очень специфическим пунктом, на котором фокусируются двусторонние отношения между Святым Престолом и отдельными государствами, является правовое положение Католической Церкви.
Святой Престол не просит о привилегиях в пользу Католической Церкви, но повсеместно настаивает на уважении права на свободу вероисповедания – на личном и общественном уровне, – провозглашаемого Всемирной декларацией прав человека и другими важными международными пактами, а также на признании равного достоинства и равной свободы Католической Церкви и ее членов по отношению к другими христианским конфессиям и религиям. Не сомневаюсь, что при понтификате Папы Бенедикта XVI Святой Престол продолжит действовать в названных направлениях, в поисках все более глубокого и всеобъемлющего сотрудничества со всеми соответствующими властными структурами различных государств.
– Одна из проблем, которую приходится решать дипломатическим ведомствам европейских держав, – это европейская интеграция. Как вы видите место и роль России, безусловно относящейся к Европе, в этом процессе? Мне доводилось слышать из уст высокопоставленных представителей Римской Церкви, что Россия – неотъемлемая часть Европы. Что это: только ли их частное мнение или отражение позиции Ватикана?
– Совершенно очевидно, что Россия – часть Европы, и притом – очень значительная. Нельзя серьезно размышлять о Европе, о ее целостности и идентичности, носящей скорее нравственный, чем даже географический или, скажем, политический, характер, не имея в виду великий вклад России во всех областях науки, искусства, культуры, религии и особенно христианской духовности. Никто, насколько мне известно, в этом не сомневается. С другой стороны, Россия охватывает собой огромные пространства на двух континентах, распространяясь также на широчайшие азиатские просторы. Такая ее позиция определяет, как мне кажется, уникальность её миссии в мире.
– Теперь мне хочется спросить вас – как католического епископа – об отношениях между Римско-Католической Церковью и крупнейшей Церковью православного мира – Русской Православной. Ни для кого не секрет, что эти отношения сегодня далеки от идеала, и – что особенно печально – во многом хуже, чем 20 лет назад. В чем, по-вашему, причина – или причины – этой напряженности? Каковы пути установления взаимного доверия между двумя крупнейшими Церквами христианского мира? Входят ли в программу вашего визита встречи и переговоры с представителями РПЦ?
– Хочу ответить на ваш вопрос, исходя из основополагающей данности, о которой мы никогда не вправе забывать, и которая призвана позволить нам постоянно использовать позитивную и предельно открытую позицию в экуменических отношениях: из сознания того, что все мы хотим искренно принять волю Того, Кого исповедуем нашим единственным Господом: Иисуса Христа.
Сказав это, приходиться также признать с искренним смирением, что отношения между Католической и Русской Православной Церквами остаются достаточно сложными. Мне кажется, что речь здесь идёт, скорее всего, о прискорбной неспособности выработать единый подход к решению существующих разногласий. Помимо всего прочего, мы не можем не видеть определённых различий – например, в оценке права каждого человека самостоятельно осуществить свой вероисповедный выбор. Вместе с тем я глубоко убеждён, что для нас нет неразрешимых проблем, если только мы будем руководствоваться Евангелием. Нам необходимо много молиться, чтобы Дух Святой постоянно очищал наши сердца, просвещал наш разум и направлял наши действия. Единство Церкви – дело Святого Духа. Трудясь в качестве Его инструментов в этом направлении, нам следует также быть терпеливыми по отношению к себе, свой неспособности сразу "узреть" пути Господни. Католическая Церковь в России, вместе с представительством Святого Престола в Москве, всегда готова обсуждать совместно с Православной Церковью причины существующих расхождений и возникающих порой недоразумений. Хочу также напомнить, что даже в самые трудные в истории наших взаимоотношений моменты каналы общения между Святым Престолом и Московским патриархатом не прерывались.
Господь сказал: "Пребудьте в любви моей… Сие заповедаю вам, да любите друг друга" (Ин 15,9.17). Если мы примем этот призыв, или, скорее, исполненный любви и заботы совет Господа нашего Иисуса Христа, то никогда не сможем прервать диалог. Я вспоминаю в этой связи слова Папы Иоанна Павла II: "Поскольку мы действуем во имя полного единства, сделаем же вместе то, что нам не должно делать порознь. Потрудимся же вместе, в духе полного уважения к имеющимся различиям в нашей культурной идентичности и традициях" (26 сентября 2001 года). Есть много возможностей для совместных действий в области культуры, позволяющих с достоинством оценить духовное наследие обеих Церквей. Но прежде всего, мне кажется, необходимо развивать и укреплять личные отношения, чтобы преодолеть преграды взаимной подозрительности и открыть новые пути к богословскому диалогу. С этими предложениям я и собираюсь посетить митрополита Кирилла, председателя Отдела внешних связей Московского патриархата, и его сотрудников.
– Будете ли вы встречаться с представителями российской католической общины? К сожалению, в последние годы с этой стороны часто приходится слышать упреки в том, что Ватикан и руководство РПЦ стараются решать свои проблемы "через их голову". Доводилось ли вам слышать такие упреки и насколько они, по-вашему, справедливы?
– Возможно, порой действительно были невольно задеты чувства некоторых российских католиков. Если такое и случалось, то никак не вследствие проявленного пренебрежения, но, скорее, из-за направленности на установление, укрепление и развитие новых дружественных связей, невольно оставлявшей на втором плане отношения с единоверцами-католиками, братское единство с которыми представлялось само собой разумеющимся… Кроме того, могла иметь место обычная нехватка времени, вследствие необходимости следовать программе, возможно – достаточно насыщенной, составленной приглашающей стороной. Было бы несправедливо говорить о том, что диалог между Святым Престолом и Московским патриархатом велся без ознакомления и согласия российской католической иерархии. Например, католические участники совместной комиссии, учрежденной в феврале 2004 года, после визита кардинала Вальтера Каспера, для совместного обсуждения возникающих спорных вопросов, были избраны и назначены по указанию российских католических епископов именно чтобы обеспечить необходимое представительство местной Церкви и тем самым помочь ей принять деятельное участие в процессе сближения двух Церквей. Хочу также добавить, что и те личные дружеские контакты с православными епископами и представителями различных церковных учреждений, которые представитель Святого Престола в Москве неустанно старается устанавливать и поддерживать, имеют своей главной целью именно создание атмосферы взаимопонимания между двумя Церквами, что безусловно послужит на пользу также и российским католикам.
Я надеюсь, что и этот мой визит будет способствовать тому, чтобы московская католическая община смогла ещё раз убедиться, насколько уважает и любит ее Апостольский Римский Престол. Святейший Отец Папа Бенедикт XVI поручил мне специально передать от него всем российским католикам заверение в его глубочайшей отцовской любви и апостольское благословение.
– Когда светские СМИ ведут речь об отношениях между РКЦ и РПЦ, они часто поднимают две тесно связанные между собой темы: возможность визита Римского понтифика в Россию и перспективы его встречи с Патриархом Московским. В последние месяцы некоторые печатные и сетевые органы вновь подняли эти темы. Можно ли сказать, что за этими слухами стоят реальные надежды на такое развитие событий или, скорее, опять кто-то выдает желаемое за действительное?
– Визит Его Святейшества в Российскую Федерацию мог бы стать очень важным и значительным экуменическим событием. Однако такое событие нуждается в очень ответственной и обстоятельной подготовке. Как сказал несколько месяцев тому назад кардинал Анджело Содано, государственный секретарь Ватикана, такой визит, имеющий прежде всего духовное значение, должен был бы стать поводом для радости и надежды не только для католиков, но для всей России, включая верующих других христианских конфессий и других религий. Не думаю, что Его Святейшество Папа Бенедикт XVI предпримет визит, который, вместо взаимопонимания, мира и любви среди верующих христиан, привел бы к росту напряженности, усилению недоверия. Можно только молиться о том, чтобы Господь ускорил постепенное созревание предпосылок для этой, безусловно, желанной для Его Святейшества, возможности.
– А планируется ли сейчас очередной визит президента РФ в Ватикан? Ведь Владимир Путин много лет работал в Германии, он хорошо знает эту страну, менталитет ее народа – может быть, личная беседа с Папой-немцем открыла бы новую страницу в истории отношений России и Ватикана?
– Президент Путин посетил Папу Иоанна Павла II в июне 2000 года и в ноябре 2003 года. В случае визита к Папе Бенедикту XVI Его Превосходительство был бы, конечно, принят с надлежащими почестями и большой сердечностью – как личность и как глава Российского государства, то есть как представитель великого народа, к которому Святой Престол неизменно питает дружбу и восхищение. Мне неизвестно, чтобы такой визит уже стоял на повестке дня – также и в силу того, что новый российский посол при Святом Престоле господин Николай Садчиков приехал в Рим только несколько недель тому назад.
– В заключение хочу задать более "общий" вопрос. Он стоит перед христианами – и не только перед ними – на протяжении всей истории Церкви: что такое христианская политика? Какие приоритеты устанавливает в своей внешней политике государство Ватикан, которое невозможно рассматривать в отрыве от Римско-Католической Церкви?
– Политическая деятельность, говорил Папа Пий XI, может и должна быть высшей общественной формой милосердия по отношению к ближнему: в самом деле она призвана устремляться к всеобщему благу, а не к удовлетворению эгоистичных интересов отдельных людей. "Христианской" можно назвать только ту политику, которая в своём стремлении ко всеобщему благу одухотворяется величайшими евангельскими ценностями: вниманием к обездоленным, безусловным признанием достоинства каждого человека, созданного по образу Божию, братством, великодушной солидарностью с бедными и нуждающимися, даже если они очень далеки. Приоритеты внешней политики Святого Престола определяются также, кроме названных идеалов, являющихся ее неизменным содержанием, и разными текущими потребностями, которые могут варьироваться изо дня в день в силу меняющихся местных политических событий или трагичных природных катастроф. В последние десятилетия были некоторые регионы, такие, например, как Ближний Восток или африканские земли к югу от Сахары, трагичные проблемы в которых постоянно привлекали к себе особое внимание Святого Престола, равно как и других государств.
Джованни Лайоло родился 3 января 1935 года в Новаре (область Пьемонт на севере Италии). В 1960-м в родном городе был рукоположен во священника. В 1970 году поступил на ватиканскую дипслужбу. Работал в представительстве Святого Престола в Германии, затем – в Совете по внешним делам Церкви. Назначен секретарем Администрации имущества Апостольского Престола и титулярным архиепископом Чезаринским 3 октября 1988 г. 7 декабря 1995 г. был назначен Апостольским нунцием в Федеративной республике Германия. 7 октября 2003 года был назначен секретарем Ватикана по отношениям с государствами. Доктор канонического права. Владеет английским, немецким и французским языками.
26.10.2005
Источник: Благовест-Инфо
