Российские мусульманские активисты требуют убрать православные символы из нашей государственной символики. Почему это требование возникло именно сейчас, не ясно. Но ясно, что это – симптом глубоких и болезненных для нашего общества процессов.
На протяжении постсоветского периода Россия быстро и неуклонно превращалась из федерации, в которую входили вроде бы даже суверенные национальные республики, находящиеся с ней в договорных отношениях, в унитарное государство с квази-монархической президентской властью. Разумеется, при такой модели нерусские окраины полностью подчиняются русскому центру. Более того, унитарная и авторитарная трансформация государства сопровождается его переосмыслением как традиционно русского. Крайним выражением этой тенденции является лозунг "Россия для русских" , приобретший сейчас даже некоторую интеллектуальную респектабельность.
Но естественно, что чем более централизованным и осознающим себя как национально-русское, и даже православное, становится государство, тем менее оно воспринимается, как "свое" для тех, кто не русский и не православный. В нашей истории можно четко проследить связь между "национализацией" многонационального государства и усилением сепаратистских тенденций нерусских народов, в конечном счете приводивших к его распаду.
Так было в конце XIX – начале XX века, когда под давлением русского национализма власть стремилась ликвидировать особые права Финляндии и Остзейских провинций (как мы "привели в соответствие с российской Конституцией" законодательство национальных республик) и запретить литовцам писать на латинице (как мы недавно запретили татарам). В результате вместо поставлявшей кадры российского офицерства и бюрократии остзейских баронов в Прибалтике возникли мощные сепаратистские движения латышей и эстонцев, ранее спокойные и довольные финны взбунтовались, литовцы все равно писали на латинице, а в 1917 году империя распалась.
Так было и в СССР, когда с упадком наднациональной коммунистической идеологии он все более стал осознаваться как русское государство. В нерусских республиках постепенно вызревали национальные движения, в конце концов СССР развалившие.
В нынешней России иное соотношение национальных сил. Русские составляют значительное большинство, что придает государству большую устойчивость. Но нацменьшинства все равно велики, и их удельный вес будет расти. Кроме того, "унитаризация" государства загоняет противоречия внутрь, и при первом же кризисе они стремительно выйдут на поверхность, как в 1917 или 1991 году.
Если Россия – для русских, то Чечня - для чеченцев, а Татарстан – для татар. Если Россия требует, чтобы татары писали на кириллице, значит, переход на латиницу станет "великой мечтой татарского народа". Если в символике российского государства – крест, то для мусульманских народов символом должен стать полумесяц.
ЕС отказывается от религиозной символики, и это делает возможным в дальнейшем включение в него мусульманских Албании, Турции и полумусульманской Боснии. В очень религиозных США, где президент ничуть не менее верующий, чем Путин, Рождество и Санта-Клаус стали не "политкорректными" символами. Поэтому требование наших мусульман – вполне в духе современного мира. Вот только очень мало шансов, что наши власть и общество прислушаются к нему. А если и прислушаются, то услышат лишь очередную попытку внутренних и внешних врагов развалить Россию.
13.12.2005
Источник: Известия
