Долгожданная экранизация книги, которую принято сравнивать с трилогией Толкиена, принесла неожиданное разочарование. Эндрю Адамсон, которому доверили перенести на экран "Хроники Нарнии" Клайва Льюиса, заигрался в спецэффекты, потеряв по дороге саму суть повести-притчи.
Новогодние праздники в этом году надвигаются под прикрытием всевозможных магических штучек и банальной чертовщины. В новом "Гарри Поттере" и телевизионном "Мастере и Маргарите" главные герои рассекают верхом на метлах, в "Дневном дозоре" зрителя ждут вампиры и оборотни, да и в "Хрониках Нарнии" – совсем уж детской и нравоучительной сказке – самым живым и привлекательным персонажем опять-таки оказывается злая ведьма. Поневоле пожалеешь детей, которым уготован такой пример для ролевых игр и дальнейшего подражания.
Впрочем, экранизация "Хроник Нарнии" сделана из расчета на тех семилетних зрителей, что способны искренне восхищаться видом говорящего бобра, не замечая мрачного обаяния, которое источает элегантная и уверенная в себе чародейка. Во всяком случае бобр – еще не самый плохой вариант, поскольку быть похожим на юных героев "Хроник" нормальному ребенку совсем не захочется. Английские дети, которых подальше от немецких бомбардировок отправили из Лондона в отдаленное поместье, одинаково пухлогубы и розовощеки, подчеркнуто неуклюжи, и если им по сценарию положено затевать игру в прятки, делают это со всей старательностью домашней театральной постановки.
Оказавшись в зачарованной стране по ту сторону шкафа, в замороженном злой колдуньей королевстве благородного льва Аслана, они ведут себя как типичные советские Маша и Витя накануне встречи с Дикими Гитарами. Деланно и неохотно перетаптываясь возле растущего посреди сказочного леса фонарного столба, удивляются диковинам вроде фавна во плоти или запряженной оленями ведьминской повозке. Из книги Льюиса, и так довольно простодушной и наивно-поучительной, создатели фильма последовательно убрали даже то обаяние, которое крылось в случайных репликах или поступках героев.
Сразу становится понятно, что публику собираются брать за душу именно цифровыми диковинами. Чем дальше, тем больше на экране будет злобных волков, кентавров, циклопов и грифонов. Все они достаточно милы, тщательно нарисованы, но почему на их месте не могли бы оказаться орки с эльфами, а то и ситхи с джедаями, непонятно. Фильм катится от завязки к финалу ровно и последовательно, как колобок, и любая беседа героев служит вынужденной прелюдией к очередной погоне или сражению. Но при этом все, что относится к непосредственному действию, оказывается выхолощено (не дай Аслан, напугать маленького зрителя видом крови).
Схватка двух армий – сторонников льва-мессии и подданных чародейки – превращается в смазанное мельтешение копыт и рогов, и публике даже не дают толком проникнуться важностью этого игрушечного Армагеддона. Особенно переживаешь как раз за "плохих парней". В сцене, где ведьмино воинство казнит царя зверей на жертвенном камне, смысл церемонии (лев приносит себя в жертву вместо одного из мальчиков, совершившего невольное предательство) волнует режиссера меньше всего. Зато как подробно показаны всевозможные свиные рыла монстров, пришедших поиздеваться над поверженным богом! Жалко, что в решающей битве им уготовано полное уничтожение. Да и Тильда Суинтон, которой в этой сказке досталась роль самозваной Снежной королевы, выглядит гораздо убедительнее и непрофессиональных актеров-детей, и компьютерных зверушек. Лучше бы, право слово, она победила в том сражении и до скончания времен сидела в своем замке, заставляя забредших через шкаф человеческих детенышей выкладывать из кусочков льда слово "вечность".
Дружба-вражда Льюиса и Толкиена
Имена этих двух английских писателей вовсе не случайно упоминаются в одном ряду. И тот, и другой были филологами, преподавали в Оксфорде (позднее Льюис перешел в Кембриджский университет), были верующими христианами. Более того, Льюис и Толкиен были приятелями, основали кружок "Инклингов", писали мифологические романы для детей и сходство "Хроник Нарнии" и "Властелина колец" сразу бросается в глаза. При этом Льюис слыл поклонником туризма, часто совершал пешие походы – Толкиен походам предпочитал прогулки, хотя и не был полным домоседом. Льюис был убежденным холостяком – Толкиен являл собой образец семьянина. Льюис был протестантом, Толкиен – католиком. Льюис открыто выражал религиозность в своих произведениях (достаточно вспомнить "Письма Баламута"), Толкиен сторонился прямой проповеди. Плюс к тому Толкиен был не в восторге от того, как сделаны (в литературном плане) "Хроники Нарнии", и не слишком благосклонно отнесся к браку Льюиса (в 1957 году Льюис женился на американке Джой Давидман. Она умирала в больнице от рака. После брака Джой чудесным образом выздоровела. Вместе с Льюисом они прожили три года).
Николай Александров
Плюшевая Нарния
Если "Властелин колец" был впервые экранизирован в 1977 году (правда, это был мультфильм), а потом регулярно появлялся в качестве компьютерной игры, то "Хроники Нарнии", до того как за них взялся Эндрю Адамсон, переносились на экран лишь однажды – в начале 1990-х. Зато это уже было настоящее кино.
Британское телевидение экранизировало три части "Хроник": "Льва, колдунью и платяной шкаф", "Принца Каспиана" (сюда же включили и сюжет "Покорителя зари, или Плавания на край света") и "Серебряное кресло". Предназначалось все это для самых маленьких зрителей – тех, кому совершенно не нужна компьютерная графика, чтобы поверить, что звери могут разговаривать, а люди – летать. В результате по английским лесам бродил чудесный плюшевый Лев, ведьмы были раскрашены зеленой краской, а рыцари сражались на мечах не искуснее дворовых мальчишек.
Все это страшно напоминает сказки Александра Птушко – мастера примитивных, но чудесных трюков, вклад которого в фантастическое кино (в том числе и в жанр фэнтези), кстати говоря, признан во всем мире.
Анна Федина
22.12.2005
Источник: Известия
