Понять, что тебя вербуют в секту, практически невозможно, за исключением разве что сатанистов, где от "козлиной" символики никуда не деться. Но те, кто вербует, – редко ошибаются в выборе жертвы. У человека ведь его проблемы написаны на лице, видны в глазах. Секты любят проблемных людей – взять их можно голыми руками. Ласковые слова, забота и внимание – и вот уже человек поплыл по сладким волнам эйфории. Но пробуждение – всегда тяжелое. В лучшем случае бывший сектант лишается материальных благ, в худшем – теряет психическое
Достаточно одной "таблетки"
– Навязчивые видения, голоса, приступы удушья – наиболее распространенные симптомы для моих посетителей, – говорит заведующий миссионерским отделом Душепопечительского центра имени святого праведного Иоанна Кронштадтского, психолог-эксперт Изяслав Адливанкин.
Вместе с Изяславом Александровичем мы сидим в церковном подвале, которому 300 лет. Вокруг громоздятся полки с фолиантами, журналами, пухлыми папками. Все они посвящены одной теме – сектам и их пагубному влиянию на людей.
– Через наш центр с 1997 года прошло более 15 тысяч пострадавших от воздействия всевозможных сект. Каждый день открывается дверь моего кабинета, и каждый раз я удивляюсь тому, насколько сильно может быть поражена человеческая личность! Одним для возвращения к нормальной жизни хватает простой беседы, других приходится спасать курсом лечения, третьих – чуть ли не вытаскивать с того света. Ни для одного человека общение с сектами не проходит бесследно.
Контакты с ловцами человеческих душ заканчиваются для жертв тяжелейшими психическими расстройствами: шизофренией, паранойей, как минимум депрессией. Достаточно заглянуть в журнал посещений центра, чтобы убедиться в этом. Вот, пожалуйста, на прием приходил мужчина средних лет. Полтора года находился в секте Хаббарда (создатель секты сайентологии). Через некоторое время стал слышать голоса. Они стали им управлять. Это не просто голоса, а, как правило, в итоге зовущие к суициду. Для психиатра все понятно. Классический диагноз – шизофрения. Потерянная личность. Для специалистов центра не совсем так, но без психиатра действительно не обойдешься. Это классический случай.
По состоянию человека Адливанкину не составит труда определить, в какой секте он был. Более того – он даже может примерно сказать срок его нахождения там.
– Допустим, вчера ко мне пришел на прием мужчина. То говорит нормально, то начинает быстро-быстро что-то бормотать и кивать головой. Психиатр бы поставил диагноз – шизофрения. А для меня совершенно понятно, что человек был в протестантской секте, у американских харизматов. Он мог попасть туда всего один раз. Они вместе помолились, и на него, как они считают, сошел Святой Дух. В понимании православных – это чистое беснование, в результате которого человек на всю жизнь становится психиатрическим больным, калекой. Мы делаем так, что это тяжелейшее психическое поражение оставляет человека за несколько минут.
В последнее время в России особенно много развелось сатанистов. Их вообще на приемах большинство. В журнале, в графе "секта", только и видно – готика, сатанизм. Родители приводят своих детей-подростков, не осознавая, до какой степени поражения дошло дело. Им не говорят всю правду, чтобы они не сошли с ума от ужаса, узнав, что происходит с их детьми.
– Сатанизм – страшная вещь. Льется кровь. Каждый день собираются группы, которые приносят кровавые жертвы. Я не могу забыть девочку с невинным взглядом, у которой я спрашивал: "Какие жертвы вы приносите?" "Да ничего особенного, – невозмутимо хлопала она длинными ресницами.
– Котов режем. Ножиком по горлышку – чик, а потом кровь выпиваем". – "Из стакана?" – "Да нет, так, из горла..."
Ловля на живца
С каждым разом сектанты придумывают все более изощренные способы захвата человеческой души. А сознание людей все более открыто губительному духовному влиянию. Специалисты называют это феноменом открытой личности, для которой смешалось понятие добра и зла. Они убеждены, что налицо духовная дезориентация общества.
– Каждый день в мире просыпается какой-то человек и вспоминает, что он, оказывается, Иисус Христос, – иронизирует Изяслав Адливанкин. – А дальше все зависит от его способности манипулировать людьми и выколачивать из них деньги. Я далек от толерантных идей в отношении сектантства. Речь идет о геноциде.
Практика показывает, что обычно люди попадают в секты под гнетом жизненных проблем, внутреннего кризиса, душевного надлома. Одних здесь привлекает возможность поплакаться в жилетку, других – найти единомышленников, третьих – просто выжить в сложившихся обстоятельствах. Человеку обещают именно то, что он сейчас хочет: успокоение, спасение, повышение интеллекта, получение сверхъестественных возможностей и т.д.
– Идет бомбардировка любовью, основанная на лести, – поясняет вице-президент Центра религиоведческих исследований дьякон Михаил Плотников. – У сектантов даже есть специальный термин – "медовый месяц", когда иллюзии всеобщей любви поглощают новичка. Но как только он отказывается от выполнения какой-либо обязанности (например – продать квартиру и принести деньги в секту), начинается "холодный душ". Чтобы вернуть расположение, жертва готова на все.
Иногда контроль сознания в сектах основывается на дозировании отношений с другим полом или разрыве с прежним кругом общения: родителями, друзьями, любимыми... Подобные методы особенно эффективны при "работе" с молодежью. Ведь большинство тоталитарных сект на 80% состоят из парней и девушек от 15 до 30 лет. Характерная особенность – молодой человек редко остается приверженцем нетрадиционной религии на всю жизнь. Например, в церковь объединения сколько вербуется, столько и уходит. Но проблема в том, что человек за годы сектантства нередко теряет даже те социальные навыки, которые имел. А ведь зачастую его заманивают туда перспективой сделать карьеру.
– Около институтов, в том числе областных, нередко ходят муниты, – говорит Плотников. – Не поступившим абитуриентам стыдно возвращаться домой, а тут появляются люди, которые предлагают помочь устроиться работать, учиться, говорят добрые слова... Родители потом годами не знают, куда пропал их ребенок.
Молодежь не только самая удобная мишень для охоты, но и самый перспективный материал (именно так рассматривают людей секты). Сектанты стараются вербовать лучшую молодежь: студентов, идеалистов, выходцев из семей со средним и высоким достатком.
Знание – сила
– Единственное противоядие против сект – это правдивая информация о том, что они из себя представляют и кто является их лидером, – считает председатель Комитета по делам молодежи Московской области Юрий Бойко. – В Подмосковье сегодня проживает около полутора миллионов молодых людей. Мы просто обязаны оградить их от влияния сект. Шесть лет подряд мы совместно с Московской епархией Русской православной церкви реализуем совместные программы по сохранению духовного здоровья молодежи, по предотвращению распространения подобного насилия.
Реальный опыт борьбы с сектантством имеет молодежное православное братство Дмитрия Донского в Коломне.
– Мы не скрываем, что противопоставляем себя сектантам, – рассказывает преподаватель Коломенской духовной семинарии и руководитель братства протоиерей Игорь Бычков. – Секты чужды нашей духовности, а русская церковь всегда была за патриотизм.
Недавно в Коломне назрела реальная угроза посвящения большого количества людей в секту адвентистов. Члены братства подготовили листовки, стали ходить в места скопления людей и беседовать с ними. В назначенный день сектанты подогнали два автобуса, чтобы везти людей на "крещение". К разочарованию ловцов человеческих душ, пришло всего несколько пенсионерок и ни одного представителя молодежи.
– Необходимо устранение недостатков в уголовном и административном законодательстве, – считает дьякон Михаил Плотников. – Последний закон об экстремизме написан под исламистские радикальные секты, а остальные деструктивные организации оказались вне его действия. Чтобы закрыть московскую организацию "Свидетелей Иеговы", прокуратуре и суду понадобилось много лет, да и то это закрытие ни к чему не привело. Они были лишены печати, счета и возможности арендовать здания и залы от имени юридического лица. Теперь это делается от имени частных лиц. Да, есть статья 239 УК, карающая за создание объединений, посягающих наличность, права, свободы и здоровье граждан, но она никогда не применяется к сектам, поскольку доказать это невозможно. В законе нет термина "психологический вред".
29.03.2006
Источник: Московский комсомолец-Московия
