Я стал членом Православной Церкви в Сурожской епархии в 1987 году, после года интенсивного обучения православному богословию и практике. В то время перед епархией стояли две важные задачи. Свет епархии, направленный на восток, был лучом вдохновения и надежды для верующих в России, которые все еще страдали от душащих ограничений, которым подвергалась их религиозная жизнь в советское время. Службы, транслируемые из собора на Эннисмор Гарденз, многим помогали пережить это темное время. В то же время епархия укоренилась в Англии. Многие не принадлежащие к русской диаспоре впервые нашли свой путь к красоте и полноте Православия после посещения собора на Эннисмор Гарденз. Еще большее число людей, к которым отношусь и я, были привлечены глубокой мудростью и духовностью частых выступлений митрополита Антония на британском радио и телевидении. Таким образом, одновременно с выполнением важной задачи по поддержанию страждущей церкви в России, Сурожская епархия также стала предвестником установления православного присутствия в Британии, которое не было этническим анклавом, а охватывало православных христиан всех традиций: православного присутствия, которое разнеслось из Лондона в приходские общины по всей стране, часто в места с минимальным числом русских жителей.
После падения коммунизма казалось, что Сурожской епархии больше не придется направлять свою энергию в два русла, а можно будет сконцентрироваться на развитии в Великобритании миссии, направленной вовне: [задаче укрепления] православного присутствия бесспорно русской традиции, но доступного и открытого для православных других традиций и новоначальных, пришедших из различной среды. Таковым и было видение митрополита Антония, и я верю, что это видение сохраняет большинство из тех, кто в течение многих лет создавал епархию.
Однако другим последствием краха коммунизма стали совершенно неожиданные масштабы потока иммигрантов (и быстрота этого потока): людей, которые теперь имели возможность в поисках лучшей жизни приехать в Великобританию, и в особенности в Лондон, поток, который количеством людей быстро превзошел устоявшуюся общину епархии. Я думаю, что большинство из них вело себя как тактичные гости и было благодарно за то, что в городе, который стал их вторым домом, нашлась действующая церковь русской традиции. Однако некоторые, кажется, приехали совсем с другими намерениями и решимостью воплотить их в жизнь. Я думаю, что лучше всего она выражена еще одной цитатой из статьи, появившейся 13-го мая на веб-сайте ВВС, а именно словами Ивана Леонидова. Он говорит: "Это право наших людей, наше культурное право – сохранить эту собственность" (то есть церковь на Эннисмор Гарденз). Я не буду останавливаться на вопросе о собственности: для меня непостижимо, что община, воспринимаемая как христианская, может быть разодрана на части из-за споров по поводу собственности. Что вызывает у меня беспокойство в данном заявлении, это ссылка на "культурные права". Я могу интерпретировать это лишь как желание со стороны некоторых новых прихожан перестроить Сурожскую епархию как сосредоточенное на самом себе, этноцентрическое культурное гетто, отгороженное от более широкого общества и довольное таким положением вещей. Ничто не может быть более далеким от видения митрополита Антония и ничто не может быть более губительным для будущего православной веры в Великобритании. Христос, чьей Церковью мы являемся, запрещает нам таким образом скрывать свет: "И, зажегши свечу, не ставят ее под сосудом, но на подсвечнике, и светит всем в доме". (Мф, 5:15)
Однако я опасаюсь, что священноначалие Московского Патриархата может в большей степени симпатизировать концепции "Русская Церковь для русских", чем открытому, многонациональному православному присутствию в Великобритании. Я думаю, что, вероятно, еще при жизни митрополита Антония готовились действия по "нормализации" Сурожской епархии путем усиления контроля из Москвы. (Разумеется, напряженность была налицо уже в январе 2003 года, приблизительно во время пребывания в епархии епископа Илариона, когда я почувствовал необходимость написать открытое письмо о будущем епархии. Я прилагаю здесь это письмо как доказательство того, что нынешние сложности возникли до смерти митрополита Антония и не могут рассматриваться, как утверждают некоторые лица, результатом неумелого управления епархией епископом Василием.) Если я прав, то уход епископа Василия из Московского Патриархата вместе с теми из нас, кто разделяет его – и митрополита Антония – видение будущего, неизбежно должен был в какой-то момент произойти. Разумеется, епископ Василий самостоятельно пришел к такому выводу, и поэтому, я уверен, с тяжелым сердцем, он просил разрешения выйти [из Патриархата] для служения в другой юрисдикции. Несомненно, в этом случае надлежащим ответом Патриарха были бы слова: "Мы глубоко огорчены Вашим решением, но если Вы решили уйти, мы даем на это наше благословение". Что такого угрожающего нашла Москва в возможном уходе одного епископа, горстки священников и нескольких сотен мирян? Настолько угрожающего, что не только прошение епископа Василия было отклонено, но и сделаны зловещие намеки на то, что Москва может порвать отношения с Константинополем и разделить православный мир?
Или это, в конце концов, (чего я боюсь, хотя верить в это не хочу) сводится к вопросу применения власти Московским священноначалием просто потому, что оно эту власть имеет, и желает применить ее вне зависимости от последствий?
"Иисус же, подозвав их, сказал: вы знаете, что князья народов господствуют над ними, и вельможи властвуют ими; но между вами да не будет так: а кто хочет между вами быть большим, да будет вам слугою; и кто хочет между вами быть первым, да будет вам рабом; так как Сын Человеческий не для того пришел, чтобы Ему служили, но чтобы послужить и отдать душу Свою для искупления многих."
Евангелие от Матфея, 20: 25-28
ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО, АДРЕСОВАННОЕ ВСЕМ, КТО ОБЕСПОКОЕН БУДУЩИМ ПРИХОЖАН СУРОЖСКОЙ ЕПАРХИИ
В последние несколько месяцев высказывалось множество догадок и предположений относительно будущего Сурожской епархии, часть которых, очевидно, основывается на слухах сомнительной достоверности. Это письмо предлагается в качестве вклада для более открытого обсуждения. Оно представляет точку зрения рядового мирянина, члена провинциального прихода епархии, который беспокоится о том, чтобы уникальная природа созданного здесь за последние семьдесят лет не была утеряна.
В ноябре 1987 года, в праздник Введения Богородицы во Храм, я и моя семья стали членами Православной Церкви после года подготовки в качестве оглашенных. Наш переход в Православие произошел в храме св. Анны в Эксетере, таким образом, мы стали членами прихода святого пророка Илии Сурожской епархии.
В Православии я нашел Церковь, которая проповедует Благую Весть Христа не одним голосом, а со всей полнотой, которой я нигде до этого не встречал. Я нашел Церковь, которая проповедует свою веру с уверенностью, но без догматизма. Церковь, чье учение о природе Святой Троицы выражает ее опыт единства божественного и человеческого, а не является сложной интеллектуальной абстракцией. Церковь, чей взгляд на состояние человека настаивает на связи между телом, умом и духом; на том, что пост и праздник являются важными реалиями христианской жизни, а не отвлеченными упражнениями для чересчур благочестивых; настаивает на трагической реальности смерти, без которой Воскресение мало что значит. Я нашел общину, которая считает детей равноценными членами, которые вместе с остальными постигают, что означает "облечься во Христа". Короче говоря, я нашел традицию духовности, которая включает все, с чем я вырос как член Англиканской Церкви в юности, но также включает неизмеримо более того.
Я также нашел Церковь, которая кажется воистину вселенской. В очень английском провинциальном городе англичане, пришедшие в Православие из всевозможных западных деноминаций и просто ниоткуда, молятся вместе с православными, приехавшими из России, Греции, Румынии, Болгарии, Сербии, Грузии, Сирии. Гости из православных стран, из различных юрисдикций – Московской, Константинопольской, Антиохийской или Александрийской – молятся с нами в полном евхаристическом единстве. Когда мы чтим память местных британских святых, они празднуют с нами. В канун великих праздников мы регулярно молимся "за служащих во всем мире". На каждой Божественной Литургии мы молимся за православный приход в Уганде, с которым мы являемся побратимами. На всех службах звучит греческий и церковнославянский, но основным языком является английский. Православные гости из-за границы, как кажется, довольны таким положением вещей. Неправославные англичане, приходящие в нашу церковь, слышат учения Православной Церкви на понятном им языке, и это их обогащает. Многие приходят вновь. Некоторые остаются, как остался я, переходят в Православие. Мы можем сказать о нашем приходе, что, воистину, в нем "нет ни эллина, ни иудея, нет раба или свободного, нет мужеского пола или женского: все во Христе Иисусе".
Это во многом стало реальностью благодаря неослабевающим усилиям со стороны священнослужителей прихода, направленным на создание православного прихода в английском окружении, а также благодаря вдохновению митрополита Антония, чьи просветительские беседы по радио и опубликованные работы привели так много людей в Англии к переоценке своей духовной жизни. Вне зависимости от происхождения этого явления, кажется, что здесь появился маленький росток вселенской Православной Церкви, укоренившейся в Англии, но доступной для всех. По исторической случайности, он оказался на территории Московского Патриархата. Тем не менее, он питается не только от русских корней, но от полноты православной традиции.
Сурожская епархия, в которой я нашел эту необычайную общину, сейчас находится в состоянии кризиса, связанного с тем, кто унаследует мантию митрополита Антония. Я не в том положении, чтобы выдвинуть свое мнение относительно того, кто это должен быть. Я бы только хотел высказать просьбу, чтобы это был человек, который потратил достаточно времени, чтобы понять уникальную природу того явления, которое пустило здесь корни, и был готов взрастить и укрепить его. Мне трудно понять, как мы сможем сказать 'АКСИОС' тому, кто не знает нас и кого не знаем мы.
Мартин Олссон
Bondleigh, Devon , 18-го января 2003 года:
Св. Макария Египетского
Св. Брюарда Корнуолльского
Св. Сюльписа Буржского
Блаженного Феодора Новгородского
Св. Марка Эфесского
Источник: dioceseinfo.org
