Светлана Солодовник C верой - в партию
Предвыборная кампания, считай, началась. Партии собирают съезды, устраивают межпартийные конференции, обсуждают программы, подытоживают сделанное и несделанное, формулируют новые цели и задачи. Социологи, между тем, твердят о том, что общество политически индифферентно и не склонно вникать в суть партийных лозунгов, не говоря уж о том, чтобы верить им. На третье место по стране вышло голосование «против всех». Есть угроза, что на выборы никто не придет. Да и зачем идти – чтобы у какой-нибудь фракции было на десяток кресел больше?
Неудивительно, что партии просто вынуждены использовать в предвыборной борьбе любые ресурсы, даже такой, как религиозный фактор. Представителей самых крупных в России конфессий открыто призывают занять более активную позицию: ведь никакая религия не одобряет уныния и индифферентности.
[вся статья]
Александр Верховский Между паствой и электоратом. Политики спят и видят, чтобы церковь подыграла им на выборах
Правила Русской православной церкви, закрепленные в принятых в 2000 году «Основах социальной концепции», прямо запрещают участие клириков РПЦ в политике, во всяком случае – в выборах. Тем не менее многие политики ждут этого от Церкви. Что и неудивительно: доверие граждан к Церкви, по многим социологическим опросам, сравнимо с доверием лично Владимиру Владимировичу Путину и, безусловно, превосходит доверие к любым государственным или партийным институциям. С другой стороны, церковное руководство в последние годы все более активно выражает свою позицию по самым разным общественно значимым вопросам (из последних событий – баталии из-за религиозного образования в школах, работа клириков в думских комиссиях). Тем самым Церковь создает у властной элиты ощущение, что и сама хочет участвовать в политическом процессе.
[вся статья]
Игорь Пылаев Число избранных. Опять на повестке дня вопрос, какие религиозные конфессии считать традиционными. А значит - привилегированными
Разговоры о том, стоит ли вводить в законодательном порядке понятие «традиционная конфессия», начались еще в 1997 году, когда принимали закон «О свободе совести и религиозных объединениях». Тогда ограничились тем, что подчеркнули в преамбуле к документу особую роль православия в истории России. Но споры на эту тему продолжаются до сих пор. Сторонники дефиниций аргументируют их необходимость тем, что новые религии не должны быть уравнены в правах с исконно существовавшими на Руси конфессиями. Противники утверждают, что такой подход приведет к антиконституционному ограничению прав граждан на свободный выбор вероисповедания. Ведь возможности конфессий, не удостоившихся звания «традиционных», наверняка будут ограничены. Предположения эти не лишены оснований. В интервью журналу «Закон и право» (2003, №3) председатель историко-правовой комиссии РПЦ митрополит Воронежский и Липецкий Мефодий откровенно сожалеет, что российские законодатели не готовы признать «традиционные конфессии, предоставив им особый статус». Чрезвычайно удобный, понятное дело, потому как гарантирует разные льготы, каковые митрополит Мефодий сам в конце концов и перечисляет: от снижения налогов до передачи Церкви земли.
***
Александр Чуев комментирует «Журналу» свой законопроект
– В преддверии выборов уже началась борьба за голоса верующих избирателей. Но не приведут ли инициативы по размежеванию религиозных организаций «на наших и не наших» к расколу в обществе?
– Над своим законопроектом я работаю уже несколько лет. Дважды беседовал с президентом Владимиром Путиным. Он ясно сказал, что такой закон нам нужен. Но в администрации президента и правительстве отношение к проекту прохладное. После доработки с участием представителей многих российских религиозных конфессий проект стал называться «О социальном партнерстве государства и традиционных религиозных организациях в Российской Федерации». Он не предусматривает ущемления прав одних религиозных организаций в пользу других. В законопроекте вообще не могут быть зафиксированы привилегии для каких-то организаций. Могут быть только установлены единые для всех правила, некие базовые понятия, что и сделано в моем законопроекте. Сейчас государство само определяет, с какой из религиозных организаций заключать договор о сотрудничестве. А проект призван помочь властям определиться, кто традиционно связан с культурным и духовным наследием страны, а кто нет. Для чего? Чтобы знать, с кем можно сотрудничать, а с кем – еще надо подумать... Мы не имеем права ограничивать ничью свободу совести, но, извините, выбирать приоритетных партнеров мы можем.
[вся статья]
Сергей Антонов Храм на «Газпроме». Отделенная от государства церковь не чурается государственных денег
В калужском селе Недельном 25 августа 2001 года был праздник – освящали только что восстановленный храм Покрова Пресвятой Богородицы. Съехались знатные гости: патриарх Алексий II в сопровождении трех епископов, а также недавно назначенный председатель правления «Газпрома» Алексей Миллер – храм, который в советское время использовали как склад, восстанавливали на «газпромовские» деньги. К тому же Святейший хотел переговорить с новым руководителем. Если с Ремом Вяхиревым отношения были выстроены давно и прочно, то новый глава компании был не только для патриарха, но и для большинства собственных подчиненных загадкой – «человек Путина», еще недавно никому не известный питерский менеджер средней руки.
[вся статья]
Галина Ковальская Вполоборота к исламу. Возрождение веры в Татарстане идет своим ходом, без заметных крайностей, истерики и кликушества
На пятничный дневной намаз все казанские мечети заполняются до отказа. Мусульманам в отличие от православных не обязательно посещать молельный дом – намаз можно творить где угодно, но пятничная молитва считается более приятной Всевышнему, если молящихся много: это символ единения верующих. Люди всех поколений, мужчины и женщины, от стариков до школьников, студенты и работяги – такое впечатление, что здесь вся Казань. На самом деле не так. Вышел из мечети – и ты снова в светском городе: редко встретишь нестарую женщину в платке или тем более в хиджабе (так называется длинная, свободного покроя одежда, в которой должны ходить мусульманки). Однако понемножку начинаешь примечать: бежит девушка в кожаных брючках и короткой курточке, добежала до мечети – сняла шарф, покрыла голову и вошла внутрь. У нее, видно, нет времени выстаивать пятничный намаз: вскоре она вышла из мечети, шарфик обратно на шею, и дальше зацокала каблуками.
[вся статья]
"Еженедельный Журнал", № 13/64, 8 апреля 2003 г.
