На прошедшей неделе телевидение активно обсуждало три внутрироссийские темы: 15-летие распада Советского Союза, 25-летие спектакля "Юнона и Авось" и гибель семьи священника Васильева в Тверской области. Странным образом, как и все в нашей жизни, переплетались эти истории, на первый взгляд друг с другом не связанные.
В СССР было немало хорошего и славного. В том числе – и великолепные спектакли, которые создавались в разгар "застоя" (так нынче именуют эпоху правления Леонида Брежнева). Одним из таких безусловных шедевров для многих поколений стала постановка рок-оперы Алексея Рыбникова и Андрея Вознесенского "Юнона и Авось" в Московском театре имени Ленинского комсомола. В праздничной эйфории юбилейных телерепортажей как-то забылось, что спектакль сей появился на свет в самом что ни есть глухом году – 1981-м, когда весь социалистический мир и прогрессивное человечество готовились отмечать 75-летие "дорогого Леонида Ильича".
Никто и подумать не мог, что в самом центре столицы СССР появится на сцене Богородица, а в финале все участники спектакля Марка Захарова будут хором петь "Аллилуйя!". Многое кажется странным тем, кто начал подзабывать ту эпоху, в которой мы росли и жили. И те, кто хотел высказаться вслух, находили для этого возможности. Религиозные театральные символы "Юноны и Авось" тогда воспринимались не как клерикальные "фиги в кармане", а как знаки святости и возвышенности необычной любви. Замечу, что точно так же я воспринимаю их и сейчас. Однако в нынешнем юбилейном славословии упор почему-то делался именно на эти церковные православные приметы. Складывалось упорное ощущение, что кому-то очень хотелось вписать одну из лучших постановок советской эпохи в контекст сегодняшних дискуссий о роли церкви в нынешней российской реальности.
Еще не окончились дебаты о том, стоит ли преподавать основы православия в школе, как возникала темы борьбы за святую православную веру. И поводом к тому стало, похоже, уголовное преступление, жестокое и бессмысленное по своим последствиям. Гибель целой семьи – это трагедия. Но то, как погибла семья священника Васильева в одном из сел Тверской области, поразило всех. Тогда-то и начались спекуляции на возможных причинах трагедии. Заговорили даже об идеологической подоплеке: мол, христианской вере угрожают неправоверные злодеи, которые хотят погубить душу русского народа. А душою русского народа в подобном рассуждении, конечно, является вера в православного Бога.
Со времени убийства отца Александра Меня гибель священнослужителя никогда еще не вызывала такого медийного резонанса. Правда, и фигура самого Меня была не во всем адекватной канонам православия. Да и погибший священник в Тверской области тоже вел деятельность, далеко выходящую за принятые каноны отправления религиозных культов. Но наши журналисты продолжают подбрасывать идеологические "дрова" в костер полемики о роли церкви. И вот уже Владимир Познер в программе "Времена" бросается обсуждать столкновение религий. И вот уже святые отцы православия делают широковещательные заявления о том, что надо отстаивать веру.
Никто к крестовому походу никого не призывает, но тенденция в наших электронных СМИ налицо. Оживление церковных деятелей в связи с трагедией в Тверской области – знак того, о чем все давно догадывались: иерархи православия стремятся занять пустующую нишу в духовной сфере российской жизни. Отсюда – прямые трансляции основных богослужений в первопрестольные праздники, присутствие проповедников в эфире телеканалов, которые считаются государственными. При этом в эфире тех же каналов почему-то отсутствуют представители других конфессий. Не говоря уже о том, что всякого рода сектанты заполняют эфиры негосударственных телеканалов буквально целыми часами, без перерыва на обед.
Как известно, в Конституции РФ присутствует пункт о свободе совести, а также о том, что наша страна является социальным государством, где церковь отделена от всех остальных институтов. И очень бы не хотелось, чтобы в очередной раз из человеческой трагедии с явно уголовным подтекстом создавали апокриф о злодейски убиенном последователе православной веры. Почему-то и раньше происходили такие трагедии, и раньше воровали иконы (одна из версий преступления), но никогда подобное горе не становились поводом для пиара религиозных идей. Телевизионные хоругви лучше поднимать по-другому но поводу, чем в целях создания агрессивного мифа о необходимости защиты православной веры.
14.12.2006
Источник: Санкт-Петербургский курьер
