"Олигарх", "Такси-блюз", "Бедные родственники", сериал "Мертвые души", "Остров". Намечается премьера фильма "Ветка сирени". Все эти фильмы – "дети" режиссера Павла Лунгина. Самой знаковой из них оказалась картина "Остров". Жизнь старцев на маленьком острове в Северном море пришлась по сердцу тысячам людей, порой далеких от любой религии и духовных, душевных терзаний. По зрительскому интересу явление "Острова" в России, по крайней мере, сопоставимо с... Да сложно сравнить, с чем. Его называют уже сенсацией, лучшим фильмом 2006 года, выдвинули на отечественного "Золотого Орла" сразу по 8 номинациям. Фильм купили Греция и Испания. Такие же намерения имеют Франция и США.
Особый интерес к картине в России. И во многом потому, что "Остров" единодушно признала Русская Православная церковь. Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II вручил создателям картины свою грамоту.
За первые четыре недели проката кассовые сборы по "Острову" достигли двух с половиной миллионов долларов, хотя в прогнозе не предполагалось больше двухсот тысяч. Вместо планируемых изначально двадцати копий на сегодня сделали двести. И этого мало, до провинции фильм пока не дошел. И это притом что бюджет картины был меньше дух миллионов долларов. Фильм предполагался стать заведомо убыточным, так как не относился к прокатно-успешной "глянцевой" масс-культуре. Но нашлись люди, которые поддержали "этический и идеологический российский проект", и не прогадали. Не только в финансовой составляющей.
Почему случился именно сегодня этот своеобразный и неожиданный прорыв в сознании россиян, обсуждают и в частных беседах, и в средствах массовой информации.
На самом деле ответ у всех один: пришло время собирать камни. По крайней мере, приводить истерзанную социальными, историческими потрясениями душу в состояние некой целостности, форму которой надежнее и традиционнее всего придает подобие небесной сферы. Такая душевная гармония предполагает некоторую замкнутость, даже невозможность дойти до горизонта конечного Познания. Ибо это опасно для разума человеческого. Некая высшая сила и не позволяет достигнуть земных рубежей Непознанного, а только приоткрывает ненамного ищущим и жаждущим путь к иным мирам.
На первый взгляд история, положенная в основу "Острова", проста. Отец Анатолий, истинный старец, наделенный великими дарами: прозрения, предвидения будущего и знанием прошлого и настоящего, возможностью исцеления людей от болезней, изгнания из них бесов, к которому приезжают отовсюду за советом и исцелением, несет на себе, как тяжкий крест, страшный груз прошлого: вынужденное убийство товарища – шкипера Тихона. И война не оправдывает его страх перед Запредельным. И в душевных метаниях проживает он оставшуюся жизнь, посвятив ее Богу во имя искупления грехов. Роль отца Анатолия "пришла" к Петру Мамонову. И оказалась во всех смыслах его Главной ролью. Как бы ни сложилось будущее этого актера с непростой судьбой, уже видно: он пришел к Богу. И видно, что молится он не по роли в кино, а так, как проживает свой человеческий день в реальности. Это его молитва, его Остров. Воцерковленным человеком оказался и актер Дмитрий Дюжев, который сыграл в фильме монаха – келаря (управляющего хозяйством монастыря) отца Иова. Киношный "бригадир" в реальности нередко уезжает на несколько дней в монастырь, ранее об этом мало кто знал. "Брат" Виктор Сухоруков, в фильме – игумен отец Филарет, предстает монахом-дитем. В принципе он по жизни и вправду чем-то напоминает ребенка: ранимого, обидчивого, искреннего в своих метаниях.
Приступая к съемкам "Острова", Лунгин еще не знал, что случится фильм-попадание, но готовился к нему особо. Много общался со священниками, у всех исполнителей главных ролей были духовники, а главным консультантом картины стал монах Даниловского монастыря.
Фабула фильма проста. Но она – как Молитва. Смысл наших молений тоже ведь незамысловат: избави, Господи, исцели, пошли... И заповеди Божий говорят о встречном: не укради, не возжелай, не прелюбодействуй, не убий... Это-то "не убий" – самое тяжкое покаяние. Ибо за убийством ближнего прячется и душевная смерть погубителя. Не будем сейчас рассуждать, чем может быть оправдано убить "во имя". Фильм-молитва – это, скорее, фильм-притча. О любви к ближнему, через которую приходит к нам Бог.
Ради этого можно не бояться терять материальное, суетное. Как отец Филарет теряет милые его сердцу мягкие сапоги и роскошное греческое одеяло из-за отца Анатолия. Но как же он потом благодарит его за избавление от того, к чему он был "привязан". Как в заботе о не так уж и необходимых мирских вещах радеть о спасении души?
Отцу Анатолию постоянно выпадает неблагодарная работа "вытаскивать" ближних из русла привычных мирских представлений с непонятой многими целью: помочь увидеть Небо и осознать божественное предназначение человека.
Может ли живой человек быть идеальным? Нет, говорит перед своей кончиной отец Анатолий отцу Иову. "Все – люди, все – грешники". Чтобы познать Искупление, надо грешить? Но как найти мерило личного греха, с которым придет и его искупление с последующим прощением Господом? Ответ каждый ищет самостоятельно, в этом и есть путь к Отцу небесному...
Замечательно, что морализаторством, излишней философичностью фильм не отягощен. Удивительным образом в "Острове" нашлось место и доброй улыбке. Здесь надо отдать должное режиссеру: он нигде не "пережимает". И ответ, за какие же заслуги наделяет Господь отца Анатолия великой духовной силой, тоже несложен. Хоть и считает себя старец убийцей, на самом деле он шкипера только ранил в руку. И тот чудесным образом спасся. Здесь нестыковка: почему же провидец отец Анатолий не знает, что его товарищ жив? Да здесь не в исходном результате дело, а в САМОМ ВЫСТРЕЛЕ. В самой возможности той смерти. На острове – 1976 год. Стрелял отец Анатолий в далеком 1942-м. За это время его "жертва" из шкипера доросла до адмирала. И волею Божьей привозит Тихон Петрович свою бесноватую дочь на остров и просит об ее исцелении именно отца Анатолия, о котором слава шла даже в те атеистические советские времена. И даже узнавание Тихоном своего "убийцы" режиссер поставил без истерик. Как-то сразу понятно, что шкипер давно его простил. Он – сильный человек, имеет на это право. Крепко стоит на земле, знает цену жизни, но при всем этом тянется к Небу. За это дочь его и получает душевную свободу. И именно такое прощение необходимо отцу Анатолию, чтобы прийти к истинному: соединению с Богом. Теперь он не боится смерти, потому что тоже знает ей цену. Цену вечного искупления.
Все чаще режиссеры всего мира обращаются к религиозным темам. Может, талант, ниспосланный им, подсказывает: пора. Пора показать людям, как многолик грех, сколь мы суетны в поисках удобных жизненных дорог. И как эта суета уводит все дальше с пути к "Острову"...
Мы ждем чуда не потому, что верим в него. Просто нам однажды сказали: оно может быть. Но чуда без искупления не бывает. Только веря и молясь, можно получить дар великого раскаяния. И тогда истинным чудом станет спасение собственной души.
В церквушке на острове, которую реально построили к съемкам, идут службы. Ее освятили, и теперь она стала действующим храмом. Бывший подсобный рабочий съемочной группы живет в ней послушником. Такой вот переход от созидания фильма – к созиданию Храма.
...Писать о таком фильме тяжело. Кто-то ведь его еще не смотрел, а подробно излагать сюжетную линию вряд ли стоит. У кого-то есть сугубо свое понимание режиссерского замысла. Мне же хочется передать читателю личное отношение к "Острову", как к фильму-молитве. Молитве обо всех нас. Ведь все мы хоть однажды, да взываем к помощи Господа. И важно знать, что Он нас слышит.
24.01.2007
Источник: Красная звезда
