Главную новость этой недели рассказал журнал New Musical Express. Шалун Кит Ричардс признался в интервью, что пять лет назад он вынюхал – вперемежку с кокаином – прах собственного отца. Ричардс тщательно измельчил родительский пепел, перемешал с недешевым ослепительно белым порошком, выложил дорожку и ... Что использовал он в качестве инструмента? Банальную банкноту? Специальную серебряную трубочку, которую, быть может, носит в потайном кармане джинсов вместе с заветным медиатором, подаренным Джоном Ли Хукером? "Хорошо пошла!", – вспомнил мемориальную понюшку морщинистый сынок. Папа Берт скончался в возрасте 84 лет и был кремирован незадолго до достопамятного происшествия. "Ashes to Ashes", – так пел Дэвид Боуи в те времена, когда Берти еще был полным бодрячком, а его отпрыск не смахивал на мумию второстепенного египетского фараона.
Вообще, огненное погребение предоставляет массу удивительных возможностей – как для самого погребаемого, так и для его близких. Самая простая: украсить домашний интерьер урной с дорогим прахом. Пепел – субстанция компактная и неприхотливая, сосуд для него может являть собой образец как добродетельной скромности, так и необузданного расточительства. Часто пепел развеивают над любимым сердцу покойного местом: многие знаменитости, от Энгельса до Харрисона, так и распорядились. Еще лучше придумал писатель Хантер Томпсон: он завещал соорудить огромную пушку и выпалить его прахом в небо (продублировав, некоторым образом, способ, с помощью которого он отправился в мир, где нет страха, отвращения и Лас-Вегаса). Пушку соорудили при деятельном участии Джонни Деппа и прочих знаменитостей, и теперь Хантер Томпсон присутствует в самом составе воздуха и почвы в нехилом радиусе вокруг собственного ранчо.
Впрочем, стрелять совсем необязательно. Есть люди поскромнее изобретателя "гонзожурналистики". Или нет, лучше так: на каждого центробежного покойника придется свой центростремительный. Пепел можно не только выпаливать и рассеивать, его можно концентрировать и прессовать. Скромный аристократический обычай – носить на пальце прах близкого человека. В тот самый день, когда в свет вышел New Musical Express с совершенно тарантиновской историей о понюшке с папашей Бертом, суд в Висбадене воспрепятствовал некоей 19-летней немке превратить пепел своего отца в алмаз. Судьи встали на сторону 86-летней матери покойного, которая считает более пристойным поместить урну с прахом в колумбарии. Здесь история уже не тарантиновская, а вайдовская. В Швейцарии существует специальная фирма, которая специализируется на превращении кремированных останков в алмазы. Технические детали опускаю за собственным невежеством, но очевидно, что главную роль в процессе играет огонь и высокое давление. Операция недешевая: производство одного карата стоит около семнадцати с половиной тысяч долларов. Получившийся алмаз можно с благодарностью носить на пальце, в ухе, на груди, просто положить в бумажник или в специальный футлярчик, отделанный бархатом и серебром (когда-нибудь такие футлярчики займут видное место в музее XX – XXI веков рядом с серебряной трубочкой Кита Ричардса). Что же до алмазов, то они – навсегда, как пела Ширли Бейси в одноименном фильме, вышедшем на экраны в год расцвета славы живых, не мумифицированных Rolling Stones. Кстати говоря, именно в "Алмазах навсегда" Джеймса Бонда уложили в гроб и отправили в пещь огненную. Что его, притащившего из Европы в Штаты целую пригоршню поддельных алмазов, спасло? Уже не помню.
Не меньшие перспективы открывают и процедуры, обратные кремации: бальзамирование и мумифицирование. Опустим фараонов, которых со всеми удобствами (и предосторожностями!) обустраивали в недрах пирамид. Не упомянем мумии Ленина и Мао Цзэдуна. Обратимся к примеру той самой страны, в которой родились и Кит Ричардс, и его отец Берт. В Лондонском университете, если повезет, вы можете полюбоваться на философа, основоположника "утилитаризма" Иеремию Бентама, умершего в 1832 году. Бентам завещал, чтобы его набальзамированное тело выставили на всеобщее обозрение в стенах учебного заведения, которое он сам и основал. В чем утилитарная важность такого рода распоряжения, сказать сложно; не исключено, что философ хотел на собственном примере продемонстрировать возможность посмертного воздаяния при тщательном соблюдении принципа небессмертия души. Или это просто типичная английская practical joke? Вряд ли. Вспомним, что в 1927 году на той стороне Ла-Манша скончался маркиз Морис д'Юрр д'Обэ, который завещал государству немалое состояние на следующих условиях: его тело следует набальзамировать и посадить в кресло, помещенное в специальный стеклянный шкаф, который должен быть установлен лицом к морю в открытом для посещений месте, около маяка и телеграфа. Необходима также подсветка и охрана шкафа.
И все же, именно католики более склонны к театральным посмертным жестам. В манипуляциях с мертвым телом особую роль у них играет сердце. Cor ardens. Ирландец Дэниэл О'Коннел, умирая в Риме, распорядился сердце свое похоронить в городе Святого Петра, а тело – в Дублине. Французский эмигрант виконт Мирабо-Тонно скончался в 1792 году. Сердце его набальзамировали, положили в свинцовый ящичек, а ящичек привязали к знамени батальона, которым командовал виконт. Так и сражались с революционными антихристами – под сенью знамени и сердца. Увы, возвышенное шествует по миру в сопровождении самого что ни на есть низменного. В 1723 году во Франции закончилась "эпоха Регентства" – умер герцог Орлеанский. Тело, как обычно в таких случаях, вскрыли, а сердце вынули, чтобы похоронить отдельно. Хирурги настолько увлеклись бальзамированием, что не заметили, как датский дог регента украл сердце своего хозяина и отъел от него немалый кусок. Упокоение Берта в ноздрях своего непутевого сынка Кита мне почему-то нравится гораздо больше.
Источник: Полит. Ру
