Великое изобретение – телевидение! Если бы не ящик с голубым экраном, только счастливчики, получившие приглашение, могли бы рассказать, что происходит во время пасхальных богослужений в храме Христа Спасителя. Как пел хор, что говорил Патриарх, как держали свечи президент и премьер-министр, кто за кем стоял. А телекамера делает праздник ближе. Настолько ближе, что фактически предлагает телезрителю настоящую анатомию этого самого праздника.
Телетрансляции пасхальных богослужений из храма Христа Спасителя чем-то напоминают репортажи с футбольных матчей: на экране люди заняты какой-то рутинной, порой тяжелой работой, а комментатор пытается придать происходящему форму события. Или форму праздника. На экране группа людей совершает неспешный вечерний променад, мэр Москвы Юрий Лужков ведет вполне будничную беседу с Патриархом Московским и всея Руси Алексием II (интересно, о чем?). При этом в руках у московского мэра погасла свеча. А может, если бы не отвлекся на разговор, донес бы "свет Христов" до храма...
О празднике напоминают лишь свечи, хоругви, литургические облачения духовенства и сосредоточенные лица монахинь. И голос за кадром, повествующий о "торжественности крестного хода".
В Русской Православной Церкви (РПЦ) в последние годы нередко говорят о "коммерциализации" и "обмирщении" духа главных христианских праздников, будь то Рождество или Пасха. Однако обмирщение и коммерциализация – это не только пасхальные открытки, рассылаемые по электронной почте, или куличи с экзотической начинкой за 600–700 рублей на прилавках магазинов. Это и постные продукты с "визой" (благословением) Патриарха. Это и крестный ход, скорее напоминающий представление-хеппенинг, в которое "актеры"-священнослужители вовлекают "зрителей"-мирян, чем мистериальное действо, требующее исключительной серьезности и молитвенной сосредоточенности. Религия "понарошку" – это уже не религия. А крестный ход – это все-таки не прогулки по вечерней Москве, а часть пасхального богослужения, во время которого все, как священнослужители, так и миряне, поют пасхальный тропарь: "Воскресение Твое, Христе Спасе, Ангели поют на небесех..."
Всю Страстную неделю пассажиров, поднимавшихся и спускавшихся по эскалаторам в Московском метрополитене, выводил из состояния задумчивости льющийся из динамиков бодрый голос: "В субботу, в 15.00, смотрите на "НТВ" трансляцию схождения Благодатного огня из Иерусалима!" А ведущий субботнего шоу "Минута славы" на Первом канале Гарик Мартиросян за полчаса до полуночи 7 апреля возгласил, поглядывая для верности в бумажку: "А сразу после нашей программы – прямая трансляция пасхального богослужения из храма Христа Спасителя!" Обычно так анонсируют свежие голливудские блокбастеры, которые телеканалы запускают в прайм-тайм после вечерних выпусков новостей. Сегодня даже празднование события, в котором, по сути, заключен смысл христианства, не обходится без современной, громкой и в чем-то агрессивной рекламы.
Алексий II, обращаясь к телезрителям в преддверии крестного хода, сообщил, что "Воскресение Христово уже отпраздновали на Дальнем Востоке и в Сибири". Как если бы Новый год "шагал по стране"! На глазах у простого россиянина, прильнувшего к экрану, происходит любопытный лексический синтез: вполне мирские поздравительные формулы переползают в язык иерархов Церкви. Налицо абсурд! Представьте себе, что житель Владивостока звонит в Москву и поздравляет родственников: "Христос воскресе!" А в ответ слышит: "А мы еще ждем!" Зачем вспоминать о часовых поясах, когда речь идет о воскресении Христа?! Состоявшемся однажды и уже на века!
По окончании трансляции из храма Христа Спасителя всегда задаешься вопросом: а на кого они рассчитаны? На "колеблющихся в вере", которым нужно показать, как дивно и красиво праздничное богослужение? Тогда это выстрел "в молоко": скучающие лица чиновников со свечами, толчея прихожан в храме и толпа, двигающаяся вокруг церкви по продуваемой всеми ветрами площадке, скорее отпугнут "колеблющихся", чем привлекут. Праздничные телетрансляции – тот случай, когда установка РПЦ на использование современных средств массовой коммуникации для христианской проповеди просто не работает. Это не благовестие. Скорее – антипроповедь.
10.04.07
Источник: Независимая газета
