На экранах реальная история экзорцизма – "Реквием" Ханса-Кристиана Шмида
Этот фильм сделан чисто и честно, а работа Сандры Хюллер, актрисы театральной, фактически дебютировавшей этой ролью в кино, была награждена в Берлине полтора еда назад "Серебряным медведем" при единогласном одобрении критиков и публики Однако для тоге чтобы оценить "Реквием" по достоинству необходимо отрешиться от объективные оценок и, так сказать прочувствовать его. Такое кино буквально требует субъективизма хотя бы потому, что режиссер Ханс-Кристиан Шмид ("Дальний свет"), рассказывая историю немецкой студентки, одержимой бесом, никак не настаивает на своей точке зрения и предлагает зрителю решить самостоятельно, был Сатана или нет.
Интрига – проще некуда. Жила-была девушка Михаэла где-то на юге Германии, когда-то в начале 1970-х. Воспитывалась в строгости, ходила в церковь, а однажды поступила в университет и уехала учиться в город по больше. Нельзя сказать, что студенчески! быт предложил ей полный набор дьявольских искушений. Училась хорошо, завела подруг, а потом и молодого человека – симпатичного, приличного, с серьезными намерениями. Только вдруг, без особых на то причин, Михаэле стало трудно произносить вслух слова молитвы и противно прикасаться к кресту. Не иначе – проделки лукавого. Или все-таки диагноз? Выяснение этого сакраментального вопроса становится с середины фильма его центром. Участие в диспуте вокруг несчастной девушки принимают все: безвольный добряк-отец и деспотичная мать, лучшая подруга) бойфренд, мудрый пожилой исповедник (он в одержимость не верит) и молодой священник, готовый провести обряд экзорцизма. Финал истории печален. Коготок увяз, и далее по тексту.
Интереснее всего не конкретная судьба, а конфликт как таковой. Вера в данном случае – синоним покорности судьбе, а признание существования Бога и Дьявола равноценно самоуничтожению. Атеизм (которого придерживается и режиссер Шмид) дает призрачный шанс на спасение. Однако для того чтобы этот шанс использовать, человек должен не только отказаться от религии, но и возложить всю ответственность за собственную участь на себя Пытаться силой воли одолеть свой недуг, что в случае Михаэлы кажется почти невозможным. Это, впрочем, не умозрительная дискуссия, а болезненная операция на сознании зрителя (если тот захочет включаться в спор на той или иной стороне). Игра Хюллер буквально вынуждает сочувствовать, соучаствовать; она и есть скальпель, безупречный хирургический инструмент в руках постановщика. А роль наркоза сыграл сладостный гимн конца 1960-х – ранний шедевр группы Deep Purple Anthem.
Источник: Московские новости
