Отец Алексей Полиско родился в 1973 году в г. Сорочинске Оренбургской области. Его раннее детство и школьные годы прошли в г. Фергане Узбекской ССР. Довольно рано, уже в 15 лет, стал проявлять большой интерес к медицине и в 15 лет подрабатывал санитаром в одной из крупных хирургических клиник города. По окончании школы в 1990 году поступил в Оренбургское медицинское училище, где приобрел специальность фельдшера. Работал фельдшером выездной реанимации на оренбургской станции скорой помощи. С 1994 по 1996 годы служил в вооруженных силах РФ. В 1997 году поступил в Католическую высшую духовную семинарию "Мария – Царица Апостолов" в Санкт-Петербурге. В 2003 году был рукоположен в сан диакона, а 7 октября 2004 г. в праздник Пресвятой Девы Марии Розария, был рукоположен во священники. Служил в приходах г. Уфы, Калининграда, Волгодонска. В настоящее время несет свое служение в Санкт-Петербурге, с конца октября 2007 года является главным редактором "Радио Мария".
– Отец Алексей, в чем заключается работа главного редактора на "Радио Мария"? Каковы Ваши основные функции?
– Тут у меня много разных задач. Основная – это духовное руководство, потому что все сотрудники радио – христиане. Причем христиане разных конфессий – немного католиков, немного православных, немного протестантов. И я должен заботиться о них духовно. Духовно в данном случае значит – мудро. То есть, внеконфессионально – напоминая им о нашем общем христианском призвании, о евангельском духе.
– Насколько это возможно – вести внеконфессиональную проповедь? Как Вы объясняете это своим сотрудникам?
– Я говорю, что с одной стороны, мы должны говорить не о конфессиях, а о Евангелии. С другой, мы должны свидетельствовать о Христе не обобщенно, а таким образом, чтобы люди разных конфессий могли услышать от нас то, что касается именно их.
– А чем еще Вы занимаетесь как главный редактор?
– Еще я, конечно, должен контролировать все выходящие в эфир программы – по крайней мере, следить, чтобы они не содержали антихристианского духа, и каких-то явно еретических идей. Чтобы не было каких-то пропагандистских моментов, чтобы не разжигалась межрелигиозная рознь. Ну и третье – это общее руководство редакцией. Все текущие проблемы, связанные с формированием сетки вещания – это мое. Мне нужно следить, чтобы все важные события церковной жизни, все важные церковные праздники были отражены в наших программах. Чтобы внимание уделялось и католической, и православной части аудитории. Например, 24-25 декабря мы готовим Рождественскую программу для католиков – а 6-7 января аналогичную программу для православных слушателей. Потому что для нас очень важно, чтобы на радио был дух христианского единства.
– И все же, почему в ваших программах уделяется такое внимание именно православной традиции?
– Дело в том, что еще десять лет назад, когда отец Евгений Маццео создавал это радио, было ясно, что среди наших слушателей большая часть – это все-таки православные верующие. И мы понимаем, что раз они православные – мы должны говорить с ними на их языке. Поэтому мы приглашаем православных священников, чтобы именно они говорили со своей паствой, а не мы. У нас есть специальная техника, при помощи которой мы по субботам транслируем всенощные бдения, а по воскресеньям – литургии из православных храмов города. Все это мы делаем с разрешения настоятелей храмов и по благословению митрополита Санкт-Петербургского и Ладожского Владимира.
– А протестантские службы вы транслируете?
– С протестантскими несколько сложнее. Потому что в городе очень много протестантских конфессий, и очень сложно кого-то выбрать. Если выберешь одних – другие скажут: а почему нас не выбрали? Но в рамках тематических передач мы готовы сотрудничать с протестантами. Недавно к нам приходили, например, лютеранские пасторы и выразили желание делать передачи о семье. Я поддерживаю это – потому что есть общие заповеди, универсальные нравственные идеалы, которые общие и для католиков, и для православных, и для лютеран.
– А реклама на вашем радио есть?
– У нас запрещена любая реклама, даже самая скрытая. Например, анонсируя те или иные события – в том числе церковные – мы не можем призывать наших слушателей посещать их. Например, мы сообщаем, что такого-то числа в таком-то храме будет служба такого-то епископа – но мы никогда не говорим: "И вы все, наши дорогие радиослушатели, обязательно придите". Мы просто даем информацию, а человек волен выбирать, сам принимать решения. Вообще в этих вещах нужна очень серьезная дипломатия и трезвость.
– Каким способом это достигается?
– В том числе, мы очень внимательно смотрим на тех людей, кто впервые к нам приходит и предлагает какие-то программы. Например, приходят юристы и говорят, что будут говорить о той или иной проблеме – а на самом деле, по тексту, выясняется, что они планируют делать рекламу той или иной юридической конторы. Или приходят врачи, которые рекламируют какой-нибудь лечебный препарат – мол, " я работаю только с этим препаратом, и всем советую только его покупать, и только у меня, и адрес такой-то".. Хотя мы объясняем, что если вы хотите обсуждать с нашими радиослушателями их проблемы с жильем, с вопросами наследования, со здоровьем, помогать им – это полезно. Это не основной элемент нашей сетки, но до четверти времени мы можем уделять таким вещам.
– Какое из направлений работы радио Вы считаете на данный момент приоритетным? Что нового бы Вам хотелось здесь сделать?
– Радио – это прекрасная возможность христианского просвещения. Мы, католические и православные священники, работаем сейчас над тем, чтобы в рамках радио систематически излагать Закон Божий.
– То есть, Вы предполагаете некий общий, внеконфессиональный курс?
– Да. Ведь у нас есть огромный общий пласт богословия, который в принципе не предполагает конфессиональных акцентов. Это учение о Христе, о Святой Троице, о Церкви, о спасении, о святых.. Конечно, нужно постепенно формировать у наших слушателей просвещенность в этих вопросах.
– То есть, Вы полагаете, что аудитории радио не достает образования?
– Я считаю, что не достает ясности понимания того, что есть христианство. При том, что люди очень хотят быть христианами и готовы быть христианами.
– По Вашим ощущениям, ваша аудитория – это люди воцерковленные, или скорее ищущие?
– По-разному. Исходя из тех вопросов, которые задают люди в прямом эфире, можно сказать, что есть и те, и другие. Причем я заметил, что часто человек просто называет свое имя, – но исходя из тех вопросов, которые он задает, можно понять, что он глубоко воцерковленный человек, что у него уже есть какие-то основательные знания, свой опыт размышления о вере. А бывает, наоборот, люди говорят: "Я – католичка", "Я – православный", – но вопрос, который они задают, показывает, что это люди, которые еще только собираются, как говорится, из язычества в христианство переходить. То есть, они на пути. А иногда даже неверующие люди звонят – случайно попавшие на нашу волну где-то в дороге.
– Вы раньше служили в Саратовской епархии. Каковы Ваши ощущения от Петербурга? Прихожане здесь чем-то отличаются от саратовских?
– Я бы не сказал, что отличаются... На самом деле, и там, и там, и, наверное, во всех католических приходах в нашей стране, есть одна и та же проблема – все люди родом из Советского Союза. И людям не хватает стремления к общности. Некоторые элементы христианской жизни от этого у нас очень отстают, это видно.
– Например?
– Например, для нас очень важно, что католики в России осознали, что нужно каждое воскресенье ходит на мессу. Мы считаем, что это уже хорошо и уже подвиг, – по сравнению с той жизнью, которую многие из этих людей вели до обращения. Но этого еще недостаточно. Хотелось бы, чтобы эти регулярные посещения были заполнены духом христианского служения, духом единства с собратьями по вере. Как таковой общинной жизни, общения нашим приходам не достает. Часто наши приходы – это просто место для совершения литургии. То есть, мы приходим, служим мессу, и расходимся по домам. Но ведь в церковной традиции – и католической, и православной – храм является не просто местом литургии, но местом, где человек ведет христианский образ жизни. У протестантов очень развито такое понимание. Они устанавливают так называемые служения на приходах – например, после литургии ходят в тюрьмы посещать заключенных, или в хоспис – помогать умирающим.. Я вижу, что мы – католики и православные в России – сейчас очень в этом нуждаемся. И мы пытаемся сейчас на радио говорить об этом.
– А в каких формах обычно развивается общинная жизнь у современных католиков?
– Например, люди собираются попить чаю на приходе после литургии. Или собираются в группах, чтобы читать розарий и молиться о конкретных людях общины и об их нуждах. Или собираются по несколько человек, чтобы посещать на дому одиноких. Когда такие инициативы появляются – не с подачи настоятеля, а с подачи самих прихожан – тогда мы говорим: слава Тебе, Господи, наконец-то наш приход становится живой общиной.
– А по Вашим наблюдениям, много ли таких живых католических общин в Петербурге?
– Я бы не сказал, что пока много. Но некоторым это уже удается. Например, приход святой Екатерины Александрийской на Невском проспекте. Там сразу виден дух общины. Заходишь туда – и сразу чувствуешь, что Дух Святой там имеет "густоту".. Видно, что там не просто совершается литургия – там есть стремление людей и до, и после литургии что-то вместе делать.
– Вы сказали, что советское прошлое осложняет развитие общинной жизни. Почему?
– Потому что в советское время люди утратили тягу к единству.
– Но ведь все, вроде бы, наоборот – "строем ходили"..
– Строем-то ходили, но по указке сверху.. А самостоятельности не было. В результате и до сих пор прихожане говорят: "Вы – настоятель, Вы нам как скажете, так мы и сделаем". Конечно, есть фундаментальные вещи, которые должен утверждать настоятель – но это не всего касается. И поэтому своим сотрудникам на радио я тоже сейчас все время говорю: мы вместе, давайте забудем, что я – начальник, а вы – подчиненные. Первое наше призвание в том, что мы – христиане, а то, что я – священник, а все вы – не священники, это уже другого рода благодать. В первую очередь я – христианин, такой же, как и вы. Если я об этом забуду – я стану чиновником. Мое призвание – такое же, как ваше: свидетельствовать о Христе, поэтому мы должны вместе делать это. И мы должны по возможности собираться, обсуждать это. Конечно, я в сложных вопросах сам приму окончательное решение. Но я должен это решение принять только по совести – после того, как мы вместе пытались найти верный путь. Только так у нас в редакции будет евангельский дух.
Справка:
"Радио Мария" – международная семья христианских просветительских радиостанций, основанная в конце минувшего века в Северной Италии. На сегодняшний день позывные "Радио Мария" звучат уже в 40 странах мира, среди которых Италия, США, Франция, Германия, Австралия, Ливан, Аргентина, Мозамбик и ряд других стран в разных уголках Земли, где вещание ведется на родном языке каждого народа. Все радиостанции интегрированы в единую систему. Это дает возможность стандартизировать формат вещания, разумнее распорядиться имеющимися возможностями и совершенствовать свою деятельность.
"Радио Мария" не занимается никакой коммерческой деятельностью, но существует только благодаря добровольным пожертвованиям своих слушателей и благодетелей.
В Петербурге "Радио Мария" вещает круглые сутки на частоте 1053 кГц. Подробнее о программе и деятельности радио – на сайте radiomaria.ru.
Источник: Вода живая
