Владыка Лавр, первоиерарх Русской Православной Церкви заграницей, отошёл ко Господу 16 марта 2008 г. в первый воскресный день Великого Поста, наименованный днём Торжества Православия. Торжеством Православия стал и жизненный путь этого замечательного русского архиерея, свершившего великое для нашего народа дело – соединение двух частей Русской Церкви. Русская Церковь раскололась в 1920-е годы происками безбожной коммунистической власти, утвердившейся на пространствах России. Русская Церковь триумфально воссоединилась в день Вознесения Господня в минувшем 2007 г. и митрополит Лавр возглавлял собор архиереев, священников и мирян Русского Зарубежья на этих торжествах. Но путь к воссоединению был исключительно труден, омрачен взаимным непониманием, порой злобной клеветой, порой вполне искренним упорным неприятием того курса на единство Церкви и народа русского, который избрало соборно большинство Русского Зарубежья в середине 2000-х годов. Митрополиту Лавру тоже были свойственны и опасения, и сомнения, но, преодолевая их, он всё более утверждался в мысли, что без единства Русской Церкви не восстановится единство народа, расторгнутого и угнетенного лихолетьем ХХ века. А без воссоединения народа не будет и его возрождения. Перефразируя слова Спасителя можно так определить принцип владыки Лавра – "дом, обитатели которого нашли в себе силы преодолеть разделение, восстановится". С этим чаянием возрождения России жил владыка Лавр долгие годы и ему посчастливилось утвердить свое упование делом и увидеть плоды трудов своих.
Буквально за несколько недель до кончины он объехал многие европейские приходы Русской Церкви Заграницей, воссоединил несколько общин, до того пребывавших в нерешительности – стоит ли идти путем воссоединения, в том числе и общину знаменитого русского храма в Каннах. Эту свою поездку он завершил в Москве сердечной встречей со Святейшим Патриархом Алексием. Дело всей жизни было исполнено, трудный, порой, тяжкий путь – пройден до конца.
Как истинный служитель Господа Иисуса, владыка Лавр принял на себя многие скорби и болезни, исцеляя тем свою паству, очищая народ Божий от грехов и скверн. Исполняя закон Христов, он брал на себя тяготы и бремена многих и нёс их в монашеском смирении и простоте, укрепляемый силой Духа Святого. В его немощной плоти, изнуренной бесчисленными телесными страданиями, горело пламенное сердце христианина и самоотверженного русского человека, без какого-либо пафоса жертвовавшего собою для каждого, кто в нём имел нужду.
Мне посчастливилось встретиться и несколько дней прожить близ владыки Лавра Великим Постом 2006 года. Быть единым с ним в евхаристическом общении в день Благовещенья, удостоиться часовой беседы с глазу на глаз и даже маленькой рюмочки узы в знак нашего знакомства. Меня поразила скромность жизни, простота быта этого воистину мудрого и удивительно доброго человека. Ничто, кроме скорби за слабости и грехи многих, не напоминало в нём "великого князя Церкви". Он ничего не искал для себя, ни славы, ни роскошных хорóм, ни покоя, ни какого-то особого стола... Он жил в братском корпусе, в маленькой трехкомнатной келье (кабинет, спальня, приемная), обедал вместе с братией той же пищей (в пределах, которые позволяла тяжелая форма диабетической болезни), старался участвовать во всех уставных монастырских богослужениях, беседовал с седовласыми архимандритами и молодыми семинаристами равно благожелательно, ровно, по отечески тепло. Его уставно называли "владыко", но он, скорее, был для всех мудрым и добрым дедушкой. "Я монах, – сказал он во время нашей беседы, – всё остальное – монашеские послушания, не более, хотя порой и очень тяжелые".
И вот эти послушания исполнились. Торжество Православия стало и торжеством владыки Лавра, услышавшего именно в этот день столь желанные им слова Господа: "Добрый и верный раб,... войди в радость Господина твоего".
