Недавно гостем нашей редакции был заместитель главы Отдела внешних церковных связей Московского патриархата протоиерей Всеволод Чаплин. В разговоре был затронут широкий круг тем: от обязанности православных платить десятину до способов выживания в условиях финансового кризиса, от способности граждан самостоятельно противостоять бандитам и произволу милиции до празднования Нового года. Как всегда, отец Всеволод ответил на вопросы, читателей "Известий". Многие из них касались недавней кончины Святейшего Патриарха.
ВОПРОС: Каким вам запомнился покойный предстоятель? Как сейчас живет Церковь? Что ее ждет в будущем?
ОТВЕТ: Я благодарю Бога за то, что мне довелось работать и общаться со Святейшим Патриархом Алексием. Это была прекрасная школа. Святейший отличался совершенно уникальной культурой общения, особым вниманием к людям. Он мог плохо себя чувствовать, какая-то встреча или беседа могли быть для него малоприятны, но он всегда вел себя ровно и доброжелательно. Никогда не опаздывал. Приезжал на встречи даже из больницы. И уезжал – обратно в больницу – в гораздо лучшем расположении духа, с чувством выполненного долга. Срочные вопросы – когда нужно было оказать кому-то поддержку, выразить солидарность – решал в течение часа, даже если находился на отдыхе или на лечении. Происходила здесь или там трагедия – Святейший выражал свое сочувствие буквально сразу же. Потому что всю свою жизнь воспринимал как служение. Мог потрясающе объединять людей – самых разных поколений, взглядов, убеждений. Одинаково легко общался с муфтиями, кардиналами, президентами, журналистами, простыми прихожанами. И я не помню, чтобы кто-то ушел от Святейшего разочарованным, с недобрыми чувствами.
Теперь, конечно, нашей Церкви предстоит очень непростой период. Нужно в духе мира, братства, взаимной поддержки избрать нового Патриарха. Нужно отсечь всякие попытки привнести в Церковь "политтехнологии", спровоцировать в ней борьбу за власть. В Церкви, кстати, все это и не будет работать, по большому счету... Я уверен, что у нас достаточно прочности, чтобы сделать самостоятельный и достойный выбор, сохраняя мир и добрые чувства друг ко другу. Церкви – то есть иерархам, клиру, мирянам – нужно сегодня очень серьезно подумать о том, как сделать более эффективной нашу миссию просвещения, учительства, назидания, исцеления человеческих душ. Но не может быть, и не будет, никаких революций в Церкви! Особенно в области учения, богослужения, монашеских традиций, отношения к заслуженным, много потрудившимся людям.
в: Отец Всеволод, в России до сих пор многие храмы не подняты из руин. И в то же время мы слышим о строительстве и открытии церквей в странах очень далеких – на Кубе, в ЮАР. Почему принято такое решение? И кто содержит эти храмы и священников?
о: У Церкви нет централизованного бюджета на строительство храмов и создание приходов, монастырей. Поэтому везде, где люди чувствуют себя в состоянии построить храм, они это делают. К сожалению, немало наших активных соотечественников сейчас живет за пределами России. И часто получается так, что они в большей степени способны сорганизоваться и построить храм, чем жители среднерусских областей. Люди за рубежом очень энергично ищут деньги, причем в самых разных местах. В основном жертвуют представители крупного бизнеса. Иногда помогают более-менее состоятельные русские семьи из разных поколений эмиграции. Где-то помогают местные церковные и светские власти, выделяют храмовые здания. Например, так сделали Католическая церковь в Неаполе, Лютеранская церковь в Осло. Но, как правило, основная надежда – на русских людей, у которых на данный момент есть деньги.
в: Недавно пришло сообщение из Исландии, что тамошний храм содержал неправославный исландец. В результате кризиса он разорился. Теперь храм может закрыться. Разве не община должна содержать храм и священника? У нас получилось так, что крупный бизнес восстанавливал храмы и государство отчасти помогало. Народ сам своей копеечкой участвовал только в покупке свечек. И в результате возникла такая привычка получать, извините, благодать бесплатно. Не пора ли ввести фиксированное членство в приходе с уплатой членских взносов, десятины?
о: Благодать как раз и должна даваться бесплатно! А в Рейкьявике ситуация особенная – там просто очень мало людей, там русских и других православных максимум две тысячи. И люди эти, как правило, небогатые – в основном рабочие, которые только начинают обустраиваться в стране. А сейчас они к тому же столкнулись с кризисом, более жестким, чем 1998 год в России. Понятно, что пять старушек в деревне Ивановской области точно так же не способны восстановить храм и обустроить приходскую жизнь ни при каких условиях. Но, когда в центре Москвы стоит храм, а вокруг офисы крупных компаний, но храм бедствует, это странно. Я не думаю, что было бы правильно кого-то заставлять давать деньги на храм. Но если ты считаешь себя прихожанином и не делаешь абсолютно ничего для того, чтобы в твоем приходе была хоть более-менее сносная воскресная школа, чтобы храм выглядел более-менее опрятно, чтобы человек мог туда прийти, взять книжку в библиотеке, то, наверное, ты плохой христианин. Православным людям нужно наконец перестать полагаться на президента, правительство, крупные банки. Люди должны понять, что им нужно сорганизоваться, а не ждать очередного богатого дядю. Нужно учиться организовывать самим и жизнь прихода, и церковно-общественную работу, которая может быть очень полезна в самых разных областях. Нужно создавать настоящее гражданское общество – не такое, какое видится некоторым интеллигентам, не любящим Россию и боящимся ее, а такое, какого хочет для себя сам народ. Народовластие на местном уровне нам сейчас особенно необходимо. Об этом очень хорошо говорил Солженицын. И я не случайно даже предложил православным мирянам создавать народные дружины. Я знаю, что во многих приходах есть военно-патриотические группы, есть спортивные секции, есть группы молодежи, которые обучаются боевым искусствам, есть просто достаточное количество активных молодых людей. Молодым людям нужно настоящее дело. Молодежь хочет изменить мир, что естественно, а ей предлагают подождать лет пятьдесят...
Все отлично знают, что в наших городах полно наркопритонов, о которых как минимум догадывается милиция, есть места, где торгуют проститутками и проститутами, в том числе несовершеннолетними. Одно из таких мест находится у часовни-памятника героям Плевны. Движение "Георгиевцы" смогло впервые, хотя бы на время, вытеснить их оттуда. Не милиция, не народные дружины, а вот именно эта маленькая православная организация, состоящая из молодой интеллигенции. Значит, все может получиться.
в: Отец Всеволод, как сейчас вести себя, во время кризиса?
о: Прежде всего не удивляться. Экономика, в которой деньги делают деньги, рано или поздно должна была дать течь. Мы прекрасно знаем о том, что за последние 50 лет произошел радикальный отрыв денег от человеческого труда. Поэтому удивляться тому, что происходит, не надо. А значит, не надо и отчаиваться. То, что произошло, должно было произойти. Об этом много лет предупреждали экономисты, журналисты, некоторые религиозные деятели. И не нужно обижаться ни на Бога, ни на судьбу, ни на себя. Если откуда-то вдруг однажды свалились шальные деньги, это нужно было воспринимать не как подтверждение твоих талантов и твоего труда, а как неправедное богатство, которое так или иначе оставалось неправедным, даже если ты с ним сросся и привык к нему. И поэтому, если вдруг сегодня оно исчезнет, надо понять, что так и должно было быть.
В то же самое время большое количество людей, которые честно заработали своим трудом свое достояние, сегодня могут оказаться перед угрозой увольнения, перед угрозой смены стиля жизни, а это всегда очень малоприятно. Но это не самое тяжелое, что может быть на свете. Сейчас в России никто не умрет от голода, никто не окажется перед угрозой каких-то грандиозных долгов, из-за которых люди иногда вешаются или выбрасываются из окон. Просто придется стать чуть-чуть более скромным, стать чуть-чуть более смиренным, перестать надеяться на легкие и быстрые деньги, которые всегда рискованны и которые всегда могут исчезнуть. Кризис заставляет думать и, может быть, заставляет очищаться. Хочется надеяться, что он заставит лучше работать тех "бизнесменов-халявщиков", которые привыкли к доходам в 200-300-500 процентов.
Государство должно в рамках законности дать максимальную свободу частной инициативе, малому бизнесу. Если люди не научатся помогать себе сами, Россия никогда не встанет на ноги. Вот так, страшно подумать: во взглядах на политику я консерватор, а в области экономики – сторонник либерализма.
в: Сотрудники нашей газеты недавно побывали в Иерусалиме. И там в греческом храме нам указали место упокоения Богородицы. А через 10 метров то же самое повторилось в лютеранском храме.
о: Вопрос о том, где именно произошла кончина и вознесение Богородицы, не так важен. Я вообще считаю странными православных христиан, которые проводят массу времени в паломничествах, но никогда не ходят на литургию в своем городе. Главное чудо, главная святыня, главный центр христианской молитвенной жизни и жизни Церкви – это Евхаристия, претворение хлеба и вина в тело и кровь Христовы, которых мы причащаемся. Это важнее любых мощей и реликвий, это важнее любых отдаленных святынь. Да, паломничество важно и полезно, потому что если человек поднимает на себя некий труд, он воспитывает себя. Да, есть особые благодатные места, где человеку хорошо побывать, отрешившись от привычной жизни с ее суетой и треволнениями, а там помолиться и поразмышлять. Но главное – это все же литургия и Евхаристия.
А где происходили те события, о которых мы говорим, похоже, люди точно не знают. Мне кажется, эти споры не так уж и важны. Я постоянно молюсь Божией Матери. Но к ее могиле, тем более пустой, специально не поехал бы. Ведь сама Пречистая Дева – здесь, рядом, надо только обратиться к ней!
в: Несколько вопросов пришло от наших читателей касательно Рождественского поста. Он приходится на Новый год, как быть православному человеку?
о: Нет ничего запрещенного в том, чтобы в период новогодних праздников разделить общение с близкими и друзьями, выпить рюмку-другую, воздерживаясь при этом от мясной и молочной пищи. Если человек достаточно тверд в соблюдении поста, его очень скоро начнут уважать, и даже неверующие быстро перестанут укорять и смеяться.
в: Что происходит в монастырях в полночь с 31 декабря на 1 января?
о: Я думаю, все спят. Вряд ли монахи и монахини что-то празднуют. В приходских храмах вечером 31 – го либо днем 1 – го совершается новогодний молебен.
в: Батюшка, а вы сами Новый год празднуете?
о: Все реже. Как правило, чисто формально – не более получаса.
в: Ну а бокал шампанского-то?
о: Бокал выпиваю. Ну, два. И для меня вполне достаточно. Все-таки уже не двадцать лет...
Источник: Известия
