Посвящено празднованию памяти святого преподобного Амвросия, старца Оптинского.
23 октября 2008 г.
Ежегодно, 23 октября Калужская епархия и вся Русская Православная Церковь молитвенно воспоминают память великого угодника Божия – святого преподобного Амвросия, старца Оптинского. Душе унывающей, советуем прочитать выдержки из писем Преподобного, подвизавшегося в Калужской епархии в Свято-Введенской Оптиной пустыни.
+ + +
Чадце мое нетолковитое.
Мир тебе и Божие благословение
и всякое утверждение
в терпении и долготерпении,
в нем же имамы великую потребу,
да благодушно переносим
вся встречающаяся и вся приключающаяся.
+ + +
N воры – лакомые воры
да и не слабы и не хворы,
лазят не только через заборы,
но, как мыши,
пробираются и сквозь крыши.
Эти воры, или другие,
в двух местах хлебный амбар провертели,
но ничего не успели,
и должно быть с горя пошли и запели:
"монастырского не трогай,
чтобы не послали арестантскою дорогой".
+ + +
Благодушно и благодарно терпящим всё
обещается там покой.
Да ведь какой?
и сказать невозможно;
только требуется для этого жить осторожно,
и прежде всего жить смиренно, а не тревожно,
и поступать как следует,
и как должно.
В ошибках же каяться и смиряться,
но не смущаться.
+ + +
N во время поста находится
в церковном затворе,
а я и в пост и не в пост
постоянно нахожусь на людском соборе
и сборе, и чужих дел на разборе.
+ + +
N! не будь как докучливая муха,
которая иногда без толку около летает,
а иногда и кусает, и тем и другим надоедает,
а будь как мудрая пчела,
которая весной усердно дело свое начала,
и к осени окончила медовые соты,
которые так хороши,
как правильно изложенные ноты.
Одно сладко, а другое приятно...
+ + +
Ты N чай пей,
только дело духовное разумей.
+ + +
Без смиренья
невозможно иметь успокоенья.
+ + +
На слово не верь всякому вздору
без разбора: –
что можно родиться из пыли,
и что люди прежде обезьянами были.
А вот это правда,
что многие люди стали обезьянам подражать,
и до степени обезьян себя унижать.
+ + +
Возмогай о Господе и в державе крепости Его! –
Да возрадуется душа твоя о Господе,
облече бо нас в ризу спасения
и одеждою веселия одея нас;
и глаголет к нам через Апостола:
всегда радуйтеся, о всем благодарите:
сия бо есть воля Божия.
+ + +
Потерпи;
может откроется тебе
откуда либо клад,
тогда можно будет подумать
о жизни на другой лад;
а пока вооружайся
терпением и смирением,
и трудолюбием, и самоукорением.
Ты говоришь, что делаешь всё с понуждением;
но в Евангелии понуждение
не только не отвергается,
но и одобряется.
Значит не должно унывать,
а должно на Бога уповать,
Который силен привести все к полезному концу.
Мир тебе!
+ + +
Воли человека и Сам Господь
не понуждает,
хотя многими способами
и вразумляет.
+ + +
Немощь и слабость, и усталость, и изнеможение,
а к ним еще и леность и нерадение,
вот мои спутницы!
И с ними мое всегдашнее пребывание.
+ + +
Мать!
Давно было сказано, чтобы
не унывать,
а на милость и помощь Божию
уповать!
Что говорят, слушай,
а что подают, кушай,
+ + +
Благожелательно приветствую о Господе
N многовещанную и других сестер,
которые живут аки рыбы безгласные,
хотя изредка перушки и поднимают.
Но перо не палка,
и воробей не галка,
и сорока не ворона.
Впрочем, у всех есть своя оборона.
Когда найдет уныние, прочитывай этот набор слов,
как немец русскому говорил:
"Экой ты дров".
Хотел назвать дубиной, да не сумел.
+ + +
Не раз вспомнишь простую русскую пословицу:
"Бей в решето, когда в сито не пошло".
Пословицу эту не мешает заметить и запомнить
и тебе, мать,
когда придется в деле не успевать,
когда думаем сделать так,
а выходит иначе.
Тогда пословица эта пригодна наипаче.
+ + +
Приветствую N многовещанную,
и N поющую и тон задающую,
и пытливую...
чтобы не допускали много к своему уху.
Слабые уши не могут без вреда многого переносить.
+ + +
Хоть и говорят, что год на год
не приходится,
а все-таки всегда дела идут,
как водится.
Всегда один прочный совет:
"Ванька, а Ванька!
Смака, барин знаит пярязнаит,
а все-таки твярдит",
Этот с барином Иван –
пример и нам.
Каждый тверди свой урок,
и помни что говорит пророк:
блажен иже не иде на совет нечестивых.
+ + +
Не было печали,
но лукавые враги накачали,
представляясь то в виде Ефремки,
то в виде зубастой крокодилки.
+ + +
Слышу о тебе, начальственная мать,
что ты не перестаешь унывать,
с тех пор, как начала горевать,
получивши весть о пострижении.
Знай, что горе, как море.
Чем более человек в него входит,
тем более погружается.
+ + +
Мир тебе! и милым гусяткам!
которые бывают иногда милы
иногда же и гнилы.
+ + +
Хорошо бы, новая матушка ...ина,
если бы у тебя наружно была
приятная и назидательная мина
при этом и душевная тишина хранима.
Хотя это не легко и претрудно и не всегда удобно,
но зато и нам и другим полезно.
+ + +
Уведомляю тебя о себе,
что милосердием и долготерпением Божиим
жив есмь, телесно, а душевно Бог весть.
Помолись, чтобы Господь сподобил
по-христиански концы свесть.
Болезненные прижимки во всем теле есть,
и от холоду, и от невольного голоду.
Много вещей есть,
да многое нельзя есть.
Слабый желудок и неисправные кишки не дозволяют.
Впрочем, по старой привычке,
я все-таки понуждаюсь есть
хотя после и приходится большую тяготу понесть,
от головной боли и от рвотной доли.
А кроме того и приезжие и приходящие
докучают;
сидят подолгу в хибарке
скучают.
Вот так мы день за днем и живем,
и несправедливыми слывем,
в приеме приходящих и приезжающих.
А виновата моя немощь и неисправность
перед Богом и людьми.
+ + +
(Софии)
Твоя духовная храмина, как четырьмя углами,
утверждается четырьмя твоими молитвенницами....
Стой же сия храмина твердо и не шатайся,
ни вспять, ни на десно, ни на шуе не озирайся,
а зри прямо к востоку,
от онуду же пришедый Господь глаголет о Себе:
не приидох да творю волю Мою,
но волю пославшаго Мя Отца.
К сказанной четверице прибавлю еще две четверицы.
Евангельское учение утверждается
четырьмя евангелистами,
а жизнь христианская –
четырьмя главными добродетелями:
мужеством, мудростию, целомудрием и правдою.
Не умолчу и о неполезной и
душевредной четверице яже есть:
уныние, малодушие, нетерпение и уклонение,
которые лишают нас полной власти,
могут лишить и благой части,
если мы будем им поддаваться,
хотя бы и под благовидным предлогом.
Благо только то, что делается по воле Божией
и за святое послушание.
А своя воля лишь мучит,
и тогда только научит,
когда будем оставлять оную.
После всего сказанного, тебя поздравляю,
и милости Божией тебе желаю;
равно и всем живущим с тобою,
толковитым и безтолковым гусятам.
Есть старинная пословица:
в семье не без урода.
Так бывает среди всякого народа.
+ + +
Поздравляю тебя с возвращением из N во свояси.
Сердечно желаю тебе тут жить-поживать,
да добра наживать.
При этой жизни не раз придется вспомнить поговорку:
спросил бы зимой у гуся,
не зябнут ли у него ноги?
А гусь, хотя не редко ноги поджимая переменяет,
а все-таки так или сяк зимы переживает.
За то уж, когда придет весна,
с самодовольством по озеру плавает.
+ + +
Молись о мне недостойном и неисправном,
всех учу, а сам делать ничего не хочу,
а только смотрю, что под столом.
+ + +
Тщеславие и гордость хотя одной закваски
и одного свойства,
но действие и признаки их разные.
Тщеславие старается уловлять похвалу людей,
и для этого часто унижается и человекоугодничает:
а гордость дышит презорством и неуважением к другим,
хотя похвалы также любит.
Тщеславный, если имеет благовидную
и красивую наружность,
то охорашивается как селезень
и величается своею красивостью,
хотя мешковат и неловок часто бывает
так же как и селезень.
Если же побеждаемый тщеславием
не имеет благовидной наружности
и других хороших качеств,
тогда для уловления похвал человекоугодничает
и как утка кричит: "так! так!",
когда на самом деле и в справедливости
не всегда так,
да и сам он часто внутренно бывает
расположен иначе,
а по малодушию придакивает.
Гусь, когда бывает что-либо не по нем,
поднимает крылья и кричит: "кага! каго!"
Так и горделивый,
если имеет в своем кружке какое-либо значение
часто возвышает голос, кричит, спорит,
возражает, настаивает на своем мнении.
Если же недугующий гордостью
в обстановке своей не имеет никакого веса и значения,
то от внутреннего гнева шипит на других,
как гусыня, сидящая на яйцах,
и, кого может, кусает, кусает.
+ + +
Прошу, чтобы притчу о гусях и утках не забывали,
гусиных и утиных немощей избегали,
или хоть по крайней мере не оправдывались в них,
а сознавались и каялись.
А что? Гусь и гагара? Какова пара?
А ведь по одной воде плавают?
+ + +
Мати! не унывати,
а на милость и помощь Божию уповати,
и мене грешного в молитвах своих поминати.
+ + +
Как не мерекай туда и сюда,
а нигде не избежишь труда.
+ + +
Как-то ваши дела идут,
и к какому концу грядут?
+ + +
Что-то вы поделываете и как управляетесь
с своими делами.
Старинные люди хоть и очень простые были,
но поговорки их очень мудрыя и основательныя.
Не живи, как хочется, а как Бог приведет.
Эту-то малую поговорку не скоро кто переедет без труда.
Как-то на деле все выходит постой, да погоди,
да еще немного подожди,
да осмотрись,
да соберись с умом, и вместе с кошельком.
С год назад я слышал от одного торговца:
часто не душа может, а мошна.
Говорил же это человек добросовестный
и весьма правдивый;
а обстоятельства его плоховаты и тесноваты.
А все это сходится к тому,
что тесен и прискорбен путь вводяй в живот,
и что многими скорбями подобает нам
внити в Царствие небесное.
+ + +
Помолись обо мне немощном и грешном,
чтобы мне и другим не досадить,
и своей душе не повредить.
Все только чужие крыши стараюсь покрывать,
а своя храмина душевная стоит раскрытою.
+ + +
Приветствую о Господе NN
Певчих, поющих и читающих,
келейных сестер,
стряпающих и ходящих,
метущих и мятущихся,
но не оскудевающих верою и упованием.
Скоро ли ваш храм будет дивен в правде.
+ + +
В целом мире безскорбного места не найдешь;
везде к одному заключению придешь,
что потерпеть нужно.
+ + +
Не дают награду за отраду,
а только за скорби и за подвиги.
+ + +
Хотя это с одной стороны и печально,
а с другой может быть и полезно:
смирение будем
и этого случая скоро не забудем.
+ + +
Кто уступает, тот больше приобретает.
+ + +
Отчего человек бывает плох? –
От того, что забывает, что над ним Бог.
+ + +
Где просто, там ангелов со сто,
а где мудрено, там ни одного.
+ + +
Кто нас корит, тот нам дарит,
а кто хвалит, тот у нас крадет.
+ + +
Сама не юли и другим не вели
+ + +
Не беда, что во ржи лебеда,
а вот беда,
когда в поле ни ржи, ни лебеды.
+ + +
Сидор да Карп в Коломне проживают,
а грех да беда с кем не бывает.
+ + +
Дай Бог, чтобы всякое возгорание неприятное
скоро погашалось,
чтобы не подавать деревенским ребятишкам повода
повторять старинную песенку:
гори, гори жарко, едет Захарка,
сам на лошадке, жена на коровке, дети на телятах.
Повидимому песенка это глупенькая,
но не без причины же и повода какого-либо
она сложена.
А я вам написал это после духовного утешения
для простого разсмешения.
+ + +
От того и кончина была хороша, что жила хорошо.
Как поживешь, так и умрешь.
+ + +
От чего люди грешат?
Или от того, что не знают,
что должно делать и чего избегать,
или, если знают, то забывают,
если же не забывают,
то ленятся и унывают.
+ + +
Иди, куда поведут;
смотри, что покажут,
и всё говори: да будет воля Твоя.
+ + +
Вот смерть-то не за горами,
а за плечами,
а нам хоть кол на голове теши.
+ + +
Лицемерие хуже неверия.
+ + +
Жить можно и в миру,
только не на юру,
а жить тихо.
+ + +
Нужно жить не лицемерно
и вести себя примерно,
тогда наше дело будет верно,
а иначе выйдет скверно.
+ + +
Жить – не тужить,
никого не осуждать,
никому не досаждать –
и всем мое почтение.
+ + +
Народ! Не разевай рот.
+ + +
Когда кашу заварим,
тогда увидим, что творим.
+ + +
(Батюшка, мы знаем, что вы молитесь за нас каждый вечер)
Да, когда не устаю,
а то и свинья забудет своих поросят,
когда ее палят.
+ + +
Ты не тужи,
у тебя не ременные гужи.
Лыко да мочало оборвалось –
связала и опять помчала.
+ + +
Скука унынию внука,
а лени дочь.
Чтобы прогнать ее прочь,
в деле потрудись,
в молитве не ленись;
тогда и скука пройдет,
и усердие придет.
А если к сему терпение
и смирение прибавишь,
то от многих зол себя избавишь.
+ + +
У хозяина были гуси,
он и ласкает их:
те-жа, те-жа;
а они все теже.
+ + +
Купить – все равно, что вошь убить,
А продать – все равно, что блоху поймать.
+ + +
(Всем бы я была довольна, Батюшка, да вы от меня далеко)
Ближние мои далече от меня стали.
Близко да склизко,
далеко да глубоко.
+ + +
Терпел Елисей, терпел Моисей,
терпел Илия,
потерплю и я.
+ + +
Старость, слабость, безсилие,
многозаботливость и многозабвение,
и многие безполезные толки
не дают мне и опомниться.
Один толкует, что у него слабы голова и ноги,
другой жалуется, что у него скорби многи,
а иной объясняет, что он находится в постоянной тревоге.
А ты все это слушай, да еще ответ давай,
а молчанием не отделаешься –
обижаются и оскорбляются.
Недаром повторяется иногда поговорка:
толкуй больной с подлекарем.
Больному желается объяснить свое положение,
а подлекарю скучно слушать,
а делать нечего – слушаешь,
не желая еще более раздражить и растревожить
больного толкуна.
+ + +
Хотя бы на время желал бы куда уйти или уехать,
но болезненное положение не выпускает из келии,
в двери, которой с двух сторон стучат
и докучают принять и потолковать
о нужном и ненужном,
а слабость моя преклоняет принять.
Вот и не знаешь, как дело это понять.
+ + +
Кроме властей земных,
на земле есть еще и
Царь Небесный, Дух Святый,
всем управляющий,
и к пользе нашей полезное устрояющий,
неполезное отстраняющий.
+ + +
О немощах своих и не знаю, как и сказать вам.
По утрам бывает тяжело, а потом опять как бы размаешься,
только всегда толкую до усталости
с приходящими чадами и чадцами.
Но как-то плохо вяжется у нас Слово Божие;
толкуем, толкуем, а плохо понимаем,
подобно слепому, которому толковали о белом цвете.
Слыша о нем, слепой спрашивал:
Какой это белый цвет, на что он похож?
Слепому отвечали:
Белый цвет, как белый заяц.
Слепой спрашивал:
Чтож? Он такой же пушистый?
Нет! Отвечали,
Белый цвет, как белая мука.
А слепой говорит:
Чтож? Он такой же мягкий и разсыпчатый?
Нет! Говорят слепому:
Белый цвет, как снег белый.
Чтож? Он такой же холодный?
Нет! Возражали слепому,
Белый цвет, как чистый белый творог.
Чтож? Он такой же сырой?
Толковали, толковали со слепым,
а до настоящего толка не дотолковались.
Так часто бывает и с нами.
Толкуем, толкуем, а до настоящего смысла не доберешься;
или плохо понимаем,
или нетвердо принимаем,
или судим о делах духовных по земному и житейскому,
а не по евангельскому учению.
Царствие Небесное желаем наследовать,
и с Христом быти,
а потрудитися и пострадати о Христе не произволяем.
От них же первый есмь аз.
В вещах великих и высоких всем толкую
и всех учу,
сам же и перстом двинуть не хочу,
горе мне грешному!
Помолись о мне, сестра и мати,
да не в суд и не в тяготу будет мне
бездельное сие учение мое других.
Тесно мне отвсюду.
Уклонился бы, да не знаю и недоумеваю как.
Приезжающие и приходящие не прекращаются
и со скорбию докучают.
А с другой стороны угрожает и опасность
неключимого раба,
скрывшаго талант слова
в землю нерадения.
+ + +
Усталый Амвросий.
P.S. Лежа на одре болезни, он временем по обычаю своему шутил с окружавшими его монахами, сам пребывая в крайнем изнеможении, утешал малодушных или через силу проговоренным словом, или отечески ласковым взглядом, или прикосновением ослабевшей руки...
И так как Старец часто недуговал, а совершенно здоровым и не был, то между близкими к нему на вопрос – как здоровье батюшки? – сложился даже общий ответ: "Он весёленький".
Источник: Сайт Калужской епархии
