В юбилеях Гоголя более отражается потомство, чем он сам. Наверное, в этом крест слишком глубокого писателя, искавшего дойти в своих зрелых книгах до решения судьбы России. Так тонок и неоднозначен текст Гоголя, что толковать его по-своему может чуть не каждый – при наличии известной бойкости в мыслях.
...Вот Москва 1909 года – с открытием памятника Н.Н. Андреева, с пылкими и туманными эссе символистов. Вот державная Сорочинская ярмарка 1952-го. А что проступит в зеркалах юбилея-2009 – мы только наблюдаем.
Но сегодня "Новой газете" рассказывает о Гоголе самый спокойный, объективный и знающий голос. Профессор Юрий Манн – известный историк русской литературы XIX века, исследователь Гоголя, главный редактор нового академического собрания сочинений. Только что вышла в свет книга Ю.В. Манна "Гоголь. Завершение пути: 1845 – 1852" – третий том фундаментальной биографии, с замечательным этюдом о путешествии Гоголя в Палестину, ко Гробу Господню в 1848 году, с продуманными и точными страницами о Гоголе в Оптиной пустыни, о Белинском и отце Матвее, о последней болезни и сожжении "Мертвых душ".
– Юрий Владимирович, начнем с Гоголя-невозвращенца. Осенью 2008 года Андрей Битов, Михаил Жванецкий, Инна Чурикова, Марк Захаров и другие добрые люди направили в Госдуму письмо с предложением вновь перенести андреевский памятник Гоголю на Гоголевский бульвар. Ваша подпись под письмом была первой.
– Инициатива была не моя. Но я ее поддержал. Памятник Андреева предназначен именно для этого места на Бульварном кольце. Ведь когда готовились к юбилею 1909 года, рассматривался и нынешний вариант: установка на Никитском, во дворе дома Толстого-Талызина, где жил последние два года и умер Гоголь.
Но камерный дворик не выбрали: памятник Андреева предназначен для обозрения.
К нему обычно шли сзади, от Пречистенки. Видели это согбенное туловище... разглядывали слева-справа... смотрели в лицо. И невольно (мне так кажется) вспоминали слова Тургенева о Гоголе: "Какое ты умное, и странное, и больное существо!"
– Возвращение-2009 не сбылось: Гоголь Томского, что "от советского правительства", стоит неколебимо. Как двойник. Здесь есть мистика?
– Полагаю, мистики нет. А определенные смыслы есть. Гоголь никогда у нас не был непризнанным писателем (в отличие, скажем, от Достоевского). Но юбилей 1952 года, 100-летие его смерти, проходил в определенной атмосфере: борьба с космополитизмом, борьба с упадничеством. Говорят, памятником Андреева был недоволен Сталин: он ведь постоянно проезжал мимо – и странный угрюмый бронзовый человечек раздражал его.
И до сих пор ведь можно услышать: нам нужен Гоголь понятный... А что Гоголь Андреева говорит народу?
Почти в то же время на XIX съезде партии Маленков сказал: "Мы за смех. Нам Гоголи и Щедрины нужны". Вскоре полетела знаменитая эпиграмма: "Мы за смех, но нам нужны подобрее Щедрины. И такие Гоголи, чтобы нас не трогали".
Вот тот Гоголь, которого соорудил Томский к юбилею 1952 года, – он никого не трогает. Стоит себе на бульваре благодушный мужчина. Смотрит...
И кстати: насколько у нас умеют приноравливаться к обстоятельствам! Я недавно в одной газете вычитал, что Гоголь Томского смотрит глубоким христианским взглядом.
– У-у, какая забористая смесь! Декокт державностей – старой, новой, еще новее. Это очень нынешняя микстура.
– Во всяком случае, были предприняты колоссальные усилия, чтобы именно Гоголь Томского остался на миру и на виду. Со всем тем духом, что витает вокруг него.
Может быть, в этом и главный смысл "непереноса". Я сам слыхал от весьма известных людей: самый праздничный и народный юбилей Гоголя был в 1952 году!
– 1952-й – 100-летие смерти Гоголя, 1954-й – 300-летие воссоединения Украины с Россией. Тоже праздновали пышно – и Гоголевские дни стали отличным прологом.
Ныне политтехнологии другие... Как вы думаете: делят ли Гоголя две страны?
– К сожалению, делят. Больше даже украинцы, чем русские. Этот дележ наносит огромный вред культуре обоих народов. В нем есть что-то залихватски легкомысленное, почти хлестаковское. Гоголь сам говорил, что не знает, какое у него сердце – велико русское или малороссийское...
– А внутри России есть ли попытки "делить Гоголя"? Например, на Гоголя "западников" и Гоголя "славянофилов"?
– Это сложный вопрос. И болезненный. Особенно сейчас, в связи с особо... м-м... умиленным и возвышенным настроением нашего общества. И Гоголя пытаются истолковать в некоем квазирелигиозном смысле.
Конечно, он – художник глубоко христианского мировоззрения. Но делать из Гоголя какого-то дьячка сельской церкви – глубоко неблагодарное занятие.
– Как вы относитесь к "Выбранным местам из переписки с друзьями"?
– Это удивительная книга. Она очень наивна – и в то же время очень глубока. Главное ее достоинство (если быть схематичным): Гоголь понимает – а это ведь не все понимают! – что переустройство общества необходимо начинать с себя. Что оно невозможно без соответствующего воспитания (по Гоголю – христианского) каждого человека.
Я не без страха смотрю на расцвет тенденции... не хочу называть конкретных имен... махровой, якобы патриотической (хотя, по-моему, от патриотизма тут и тени нет), псевдо-российской. Тем более: на попытки сделать Гоголя союзником. Посмертно.
...А у него и монархизм был особого рода: Гоголь строго спрашивал с людей, облеченных властью. В том числе, между прочим, и с императора.
Гоголь хорошо относился к Николаю I. Но требовал, чтобы и император неукоснительно исполнял свою должность. Проходил свое поприще, как он любил говорить. "Должность", "поприще", "долг" – ключевые слова Гоголя 1840-х. И "Выбранных мест из переписки с друзьями". Министр – поприще, прокурор – поприще, и дворянин, и крестьянин... И путь замужней женщины, и роль красавицы: все поприща.
Некорректно видеть в "Выбранных местах..." типичную утопию: Гоголь ведь не переносит действие в некое идеальное царство, где происходят поучительные события аллегорического толка.
Его волнует эта страна, эти люди 1840-х – но преображенные.
Как ни серьезно он относился к своему поприщу, но был способен и к самоиронии. Он говорил: "Я размахнулся таким Хлестаковым" – именно по поводу "Выбранных мест из переписки с друзьями".
Гоголь хорошо понимал: мало показать "образцы людей", надо наметить и пути к ним из реальности. Одна из причин сожжения первого варианта второго тома "Мертвых душ" в 1845 году – в этом. Найденные им самим пути казались автору схематичными...
А указать другие он не смог. И судил себя, карал себя строго.
– Есть ли у нас хоть тень шанса когда-либо обнаружить завершенную рукопись второго тома "Мертвых душ"? Редакцию, сожженную зимой 1852-го?
– Я тут пессимист. Думаю, такого шанса нет. Есть разные мнения. Гейр Хетсо, норвежский славист, автор замечательной книги о Баратынском, полагает, что рукопись второго тома могли спрятать какие-то друзья Гоголя. Например, будущий обер-прокурор Синода Александр Петрович Толстой (обитатель того самого дома на Никитском). Или даже будущий Александр II, тогда еще наследник, с которым Гоголь был знаком.
А потом рукопись якобы попала в некую частную коллекцию, и когда-нибудь будет извлечена. Но я эту гипотезу не разделяю.
...Есть предположение – на мой взгляд, совсем уж фантастическое! – что рукопись второго тома может быть когда-нибудь найдена в архивах КГБ. Даже уточняющее предположение: на Лубянку рукопись Гоголя попала из архивов императорских "спецслужб", потому что КГБ по нынешним понятиям был правопреемником Третьего отделения.
Это, конечно, бред. Начиная с убеждения части публики в правопреемстве КГБ
Нет, я почти уверен: рукопись он уничтожил сам. В моей книге "Гоголь. Завершение пути" последняя глава об этом: "Почему же был сожжен второй том "Мертвых душ"?
Еще могут быть какие-то частные находки в архивах. Какие-то строки. Какой-то листик. И такие находки уже были.
Но... счастье, что хоть сохранились пять глав, правда, в неполном и в незавершенном виде.
– Гоголю все-то сопутствует "мышья беготня" ужаса. Чего стоят легенды о переносе его праха на Новодевичье кладбище. При вскрытии гроба один советский писатель отрезал полу его сюртука, а затем переплел в нее первоиздание "Мертвых душ". Другой вынул ребро из гроба, держал в кабинете и однажды получил от коллег записку а-ля "Тарас Бульба": "Що, сынку! Помогло тоби мое ребро?" В этих рассказах есть хоть тень истины?
– Не знаю. И не выяснял, говоря по совести. Но Гоголь может предрасполагать к таким поступкам... если человек нестоек. И к легендам предрасполагает: до сих пор ведь бродит легенда, что его похоронили живым.
Он действительно боялся летаргического состояния. Но хотя бы это предупреждение должно было соответствующим образом настроить его врачей. Я не врач. Люди более компетентные говорят, что можно было что-то сделать в дни последней болезни Гоголя.
И все-таки его лечили не пройдохи: это были лучшие врачи своего времени.
Кроме того, есть документы. Я когда-то нашел и опубликовал письмо скульптора Рамазанова Нестору Кукольнику: Рамазанов снимал с Гоголя посмертную маску. Он свидетельствует: посмертную маску снять с человека живого невозможно.
– "Умным, и странным, и больным существам" (зовись они Андреем Белым или Шостаковичем) Гоголь всегда был необходим. На днях его назвали "самым инновационным автором своего времени": и тоже ведь верно...
Но что вы думаете о Гоголе "строевом", школьном – с отхватом наизусть "Птицы-тройки"?
– Я полагаю, что нет более благодарного материала для изучения в школе, чем Гоголь. И нет более благодарного материала для юношеского чтения, чем, скажем, "Невский проспект". Я помню, какое впечатление на меня, школьника, произвела эта повесть. Даже решила в какой-то степени мою судьбу.
...И не только "Невский проспект", но и "Мертвые души". В последний год Отечественной войны мы со школьным приятелем Леней Казаровицким решили немножко подзаработать: купить билеты во МХАТ на декаду, а потом продавать их у входа. В Москве был еще комендантский час, нас чуть ли не каждый милиционер останавливал: куда идете так рано? Но все же мы дошли до Камергерского и билеты купили.
Тогда это называлось "спекуляция", теперь – просто "бизнес". Однако бизнес наш провалился: я тогда не знал, что мало одного твоего желания что-то продать, надо, чтобы кто-то еще хотел это купить.
Однако ни один человек такого желания не проявил. Ну что делать? Нам пришлось ходить на все спектакли подряд...
В эту декаду я посмотрел "Мертвые души" два раза в исполнении гениальных актеров: Ливанов – Ноздрев, Белокуров – Чичиков. Несколько дней подряд проигрывал спектакль про себя. И тут же раздал своим школьным приятелям гоголевские имена...
– То есть вы пытались вступить на поприще юного Павлуши Чичикова – но рука судьбы вас тотчас сурово повернула на поприще будущего биографа Гоголя и главного редактора его академического собрания. Как движется собрание?
– Запланированы 23 тома. В каждом почти 60 авторских листов. Сейчас вышли первый и четвертый. Третий задержан в производстве. У нас готов еще один том собрания: первая часть первого тома "Мертвых душ". Но издательство его не принимает.
– Издательство "Наука"? Сейчас, на пике юбилея? А почему?
– Денег нет на производство и выпуск тиража. Так что мы сейчас хлопочем...Надеемся, что издательство и Академия наук нам помогут.
– Ныне очень спорят: один особняк или два должен занять дом-музей бездомного Гоголя? Во всех округах г. Москвы развернуты смотры чтецов и конкурсы сочинений (тоже ведь дела затратные). А мизерных денег на академическое издание "Мертвых душ" нет? Ведь и на первый том в 1990-х у казны РФ денег не было – пока не дал грант 2000 евро магазин французской книги "Панглосс". А потом писали, что собрание Гоголя выходит на "японские деньги".
– Нет, это не совсем так. Французский грант действительно был, но издан том в основном на российские деньги. А японцы тут вообще ни при чем.
– Юрий Владимирович, глядя сегодня окрест себя, часто ли вы думаете: "Вот уж гоголевская гримаса!"?
– Даже трудно сказать. Потому что Гоголь для наших гримас – слишком милосердная фигура. Я чаще вспоминаю о Кафке. Хотя Кафка с Гоголем связан тесно.
Для наших абсурдов, для наших нелепостей Гоголь слишком добр. Даже – простите меня – слишком оптимистичен, чтобы можно было применять его к этим самым гримасам.
Скорее уж Щедрин... Я знал человека, который каждый год насквозь перечитывал всего Щедрина. И каждый год находил у него новые пророчества и созвучия: жизнь все время догоняла Щедрина.
Источник: Новая газета
