<...>О.ЖУРАВЛЕВА: Я хочу сказать, что их, наверное, так много, что уже за каждым как-то особо и не следят – чего там возбуждать дело? Подумаешь – мало ли у нас их. Есть другие еще интересные события, которые, вот, просто до вас берегла, хотя событие уже, может быть, и не очень новое. Министр внутренних дел России Рашид Нургалиев критиковал телевидение. Но мало того, что критиковал, он называл такое телешоу как "Дом-2" уголовщиной, и вообще требовал там всех призвать, прижать к ногтю и призвать к ответу.
М.БАРЩЕВСКИЙ: Значит, я не знаю, что Рашид Гумарович имел в виду, когда говорил про уголовщину – не знаю, какую передачу он имел в виду. Но хочу обратить ваше внимание на то, что Нургалиев как гражданин Российской Федерации имеет право высказывать свое мнение публично по поводу телевизионных передач. Поэтому ничего криминального в том, что Нургалиев высказался по поводу этой передачи, я не вижу. Второе. Значит, я после слов Нургалиева – вот этого интервью Нургалиева – поскольку я отношусь к этому человеку с очень большим уважением, этого не скрываю и не стесняюсь. Не к ведомству в целом, а именно к нему, вот, просто безоговорочно. Значит, я включил Дом-2 просто посмотреть, что это такое – до этого никогда не смотрел.
О.ЖУРАВЛЕВА: Ну и как?
М.БАРЩЕВСКИЙ: Как сказала моя жена, такого мата дома она не слышала много-много лет. Вот я сидел перед экраном, да простят меня, так сказать, пуритане-радиослушатели, я матерился в голос.
О.ЖУРАВЛЕВА: А, так это вы! Я думала, из экрана этот голос. (смеется)
М.БАРЩЕВСКИЙ: Нет-нет-нет. Это невозможно смотреть. Это за пределами добра и зла. Это, ну, вот, я сейчас не могу в эфире бранные слова произносить. Но у меня кроме бранных других слов нету. Криминала я там не нашел.
О.ЖУРАВЛЕВА: Но эта программа не является высокохудожественным телевизионным произведением.
М.БАРЩЕВСКИЙ: Мало того, она не является еще умным произведением, она не является – ну, нравственность мы вообще не говорим, нравственность это тема Михалкова теперь. Это просто дикая безвкусица, это примитив и это пропаганда примитива.
О.ЖУРАВЛЕВА: Пользующаяся бешенным успехом.
М.БАРЩЕВСКИЙ: Пользующаяся бешеным успехом, потому что это примитив для примитива.
О.ЖУРАВЛЕВА: Ну, вот тогда скажите как юрист, а что с этим делать? Можно влиять на то, что у какой-то части населения Российской Федерации отсутствует вкус? Им нравятся такие передачи.
М.БАРЩЕВСКИЙ: Вы понимаете что? Можно делать. Но это проблема не Нургалиева и даже не генпрокурора Чайки, и даже не президента Медведева или премьер-министра Путина. Это проблема руководителей каналов телевизионных. Если руководители каналов будут гоняться за рейтингами.
О.ЖУРАВЛЕВА: А за чем им еще гоняться? У них бизнес.
М.БАРЩЕВСКИЙ: Секундочку. Вот если не будут гоняться за рейтингами, если для них это только бизнес, то Дом-2, Аншлаг... Хотя, Аншлаг – намного лучше. Это все тоже будет на экране постоянно. А передача, например, "Что? Где? Когда?" будет уходить все позже и позже по сетке в ночь, все, так сказать, ток-шоу более-менее интеллектуальные будут уходить в ночь. А днем или в прайм-тайм будет вот эта лабуда. Если эти люди понимают свою человеческую ответственность – не только бизнес, человеческую ответственность, да? – и думают о том, будут ли их внуки менять фамилию или будут носить фамилию их, да? Вот, не стыдно им будет. То, конечно, они должны думать не только о рейтингах, но и о качестве.
О.ЖУРАВЛЕВА: А почему им должно быть стыдно? Если в конце концов именно этот уровень, скажем так, "культуры" будет признан единственно возможным, то никому не должно быть стыдно.
М.БАРЩЕВСКИЙ: Вы знаете, я, вот, сейчас подумал об одной вещи. У нас Русская Православная Церковь сегодня очень много говорит о том, что они хотят влиять на нравственность, да? И в школьное образование они хотят войти, и в армию войти, и в вуз войти – везде войти. Значит, мое отношение к этой теме известно – негативное отношение. Но в данном случае, вот, представьте себе – я сейчас фантазирую – что Патриарх Кирилл сказал бы в проповеди или обращаясь к верующим, прихожанам Русской Православной Церкви о том, что передача "Дом-2" является, ну, я не знаю, там, слова меня, простите, будут неправильные, небогоугодной и смотреть ее духовно.
О.ЖУРАВЛЕВА: "Не благословляю".
М.БАРЩЕВСКИЙ: Не благословляю, да. Не надо предавать анафеме и отлучать от церкви, а вот такие слова. И, действительно, для какой-то части населения Кирилл является человеком авторитетным. Сегодня формируется его имидж, если хотите, репутация как Патриарха. Вот это бы подействовало. Более того, есть очень высокий рейтинг у Путина и у Медведева. А почему им нельзя высказаться? Их гражданская, скажем, гражданский взгляд по этой передаче? Ну, там тоже Владимир Владимирович говорит в каком-нибудь интервью – это легко делается – пиарщики сумеют это вставить в любое его интервью. Случайно включил телевизор, он говорит: "Господи, какой кошмар!" Поверьте мне: в нашей стране руководители канала закроют "Дом-2" моментально.
О.ЖУРАВЛЕВА: А, это уже другой способ. Это не то, что вы говорите о Патриархе.
М.БАРЩЕВСКИЙ: Это тоже способ. Нет, есть 2 способа, есть разные способы. Но в нашей стране все привыкли слышать мессаджи сверху – от духовной власти, от исполнительной власти, от президента, да? Вот эти слова людей авторитетных в обществе, по тем или иным причинам авторитетных – они...
О.ЖУРАВЛЕВА: Я вам скажу, кто авторитетен в обществе.
М.БАРЩЕВСКИЙ: Секундочку. А вот теперь посмотрите, что происходит? К чему я подвожу? Что авторитет в обществе – это не только права, это еще очень большие обязанности и обременения. И люди, которые этим авторитетом пользуются, его завоевали – обязаны, с моей точки зрения, думать о том, как слово их отзовется. И использовать это слово.
О.ЖУРАВЛЕВА: К сожалению заканчивается эта часть нашей программы. Я только хотела бы обратить ваше внимание, что те люди, для которых очень важно, что думает Патриарх о той или иной передаче, редко составляют большинство аудитории "Дома-2" – это, все-таки, разные люди, согласитесь.
М.БАРЩЕВСКИЙ: Я это понимаю. Я поэтому через запятую и упомянул Патриарха, президента, премьера.
О.ЖУРАВЛЕВА: Отдельно Патриарх, отдельно какой-нибудь рок-певец.
М.БАРЩЕВСКИЙ: Вот именно, да. Где-то популярная Ксюша Собчак может сказать то же самое про "Дом-2".
О.ЖУРАВЛЕВА: Она ведет эту программу.
М.БАРЩЕВСКИЙ: Я знаю – это вопрос ее моральной ответственности за то, что она делает. Понимаете, да? В чем она участвует. Ну, осталось 2 секунды. Если хотите, после новостей я продолжу эту тему.
О.ЖУРАВЛЕВА: Хорошо. О нравственности поговорим в следующей части. Это программа "Особое мнение". Меня зовут Ольга Журавлева, а мой гость сегодня – Михаил Барщевский. Никуда не уходите.
НОВОСТИ
О.ЖУРАВЛЕВА: Еще раз здравствуйте. В программе "Особое мнение" сегодня Михаил Барщевский, и мы продолжаем. Вот, Михаил, нам Петр отвечает на наши с вами разговоры: "Какой примитив Дом-2? Все семьи в стране так живут и так ругаются. Посмотрите вокруг – показывают все, как в жизни".
М.БАРЩЕВСКИЙ: Да. Так вот... Ну, первое. Если вам это показывают, и вы, соответственно, копируете, то так вы и продолжаете жить.
О.ЖУРАВЛЕВА: Нет. Ну, нам показывают и нам кажется, что нас копируют.
М.БАРЩЕВСКИЙ: Если вам показывают Сагу о Форсайтах, то вы стараетесь дотянуться до Саги о Форсайтах. Чего-то я давно Чехова не видел на нашем экране. Но, кстати, вот, к вопросу об ответственности. Я понимаю, что ссылаться на свой собственный пример – это не очень интеллигентно, но мне так проще в данном случае поступить. Вот смотрите. Есть Первый канал, которым руководит Константин Львович Эрнст, человек, с моей точки зрения, с очень хорошим вкусом. На канале очень много есть хороших передач – и новых, и сохраненных старых, которые там по 30 лет идут. И при этом, естественно, он не может рассчитывать, так сказать, политику канала только на определенный сегмент. Поэтому есть передачи типа "Малахов+" или ток-шоу Андрея Малахова. Значит, мне кажется, что ходить на эти передачи неприлично. Смотреть – ну, кто-то смотрит, да? Но мне, вот, я для себя... Ну, "Малахов+" меня не звали, а к Андрею Малахову меня звали много раз. Я много раз объяснял – я никогда не приду на вашу передачу, я считаю неприличным, неправильным перед телекамерами перетряхивать грязное белье тех или иных семейных сложных ситуаций – это нельзя. Вот, ну... нельзя. Вот, не этично. Я знаю, что эта позиция, и я далеко не уникален в этом. Многие мои друзья и знакомые не ходят на эти передачи, хотя их зовут. Это медийные люди, их зовут – они не ходят туда. Вот это тоже позиция, это тоже способ повлиять.
О.ЖУРАВЛЕВА: А каких-то других законодательных ограничений нет?
М.БАРЩЕВСКИЙ: Нельзя законодательных. Потому что если вы сегодня законодательно вмешаетесь и запретите Дом-2, например. То завтра законодательно запретят футбол или бокс. А почему нет? Потому что бокс – это мордобой, между прочим.
О.ЖУРАВЛЕВА: Ну вообще, да. В детское время нельзя бокс показывать.
М.БАРЩЕВСКИЙ: Да. А потом запретят фильмы про любовь, потому что любовь – это..
О.ЖУРАВЛЕВА: Ну конечно, там же целуются.
М.БАРЩЕВСКИЙ: Там же целуются, да? А потом запретят... Ну и далее по тексту.
О.ЖУРАВЛЕВА: А вот предложение и от Никиты Михалкова исходившее по поводу комиссии, опять. Опять возбудилась вот эта история про комиссию по нравственности. Будут сидеть какие-то люди, которые более нравственны чем мы с вами.
М.БАРЩЕВСКИЙ: Вот я в прошлый раз в эфире сказал о том, что, назовите мне 10 кандидатур в эту комиссию, которым вы лично, вы, Оля, доверяете, да? 10 кандидатур назовите мне. Допустим, вы это сумеете назвать, в чем я, кстати, не уверен. И допустим, по 8-ми из этих 10-ти моя точка зрения совпадет с нашей – уже неплохо, 80%. Я вам ручаюсь, что из этих 8 человек, где мы с вами совпадем, кому мы с вами одинаково доверяем, семеро откажутся. Потому что мы с вами будем называть как, с нашей точки зрения, интеллигентных, образованных, умных, высоконравственных. Ни один интеллигентный, умный, образованный, высоконравственный в отличие от Михалкова никогда не пойдет в эту комиссию. Он не будет считать за собой право решать за художника.
О.ЖУРАВЛЕВА: Ну из этого я делаю вывод, что вы бы точно не пошли в эту комиссию?
М.БАРЩЕВСКИЙ: Нет. Нет.
О.ЖУРАВЛЕВА: Ни как юрист, ни как человек?
М.БАРЩЕВСКИЙ: Нет. Я не считаю, что у меня такой хороший вкус, такое хорошее образование, такая высокая собственная нравственность, понимание этики, эстетики, как – далее по тексту.
О.ЖУРАВЛЕВА: Ну, а может быть, ввести какие-то?.. Ну вот, как с рекламой спиртных напитков, да? Вот есть определенный временной ценз, когда нельзя там размещать, скажем, там, рекламу спиртных, алкогольных напитков. Нельзя размещать, просто нельзя размещать рекламу сигарет, например – вот есть определенные законы. Ну, я не знаю. Может быть, еще какие-то? Нам просто не хватает чего-то? Типа необнаженности тела.
М.БАРЩЕВСКИЙ: Да. Вот, секс на экране допустим только после 9-ти вечера, да? Теперь мы с вами должны договориться о том, что такое секс. В принципе.
О.ЖУРАВЛЕВА: Многие знают, что это такое.
М.БАРЩЕВСКИЙ: Нет, Оль. Я сейчас не интимные отношения имею в виду, а что такое секс на экране. Поцелуй – это секс на экране? Класс. Мы уже запретили.
О.ЖУРАВЛЕВА: Живопись, возрождение.
М.БАРЩЕВСКИЙ: Не, ладно – живопись. Мы уже запретили Ромео и Джульетту.
О.ЖУРАВЛЕВА: А там можно как-то...
М.БАРЩЕВСКИЙ: Без поцелуев обойтись?
О.ЖУРАВЛЕВА: Да. Как-то за ширмочкой это все сделать. Шекспир там никаких подробностей, сальностей не писал.
М.БАРЩЕВСКИЙ: Да, хорошо. Но вы уверены, что, там, Пушкин почти весь улетел у нас сразу, да? Потому что сам Александр Сергеевич был не промах, как известно. Ну, и далее по тексту. То есть это все очень тонкая материя.
О.ЖУРАВЛЕВА: То есть определить степень, где халтура, а где высокое искусство, никто не может?
М.БАРЩЕВСКИЙ: Вы помните, когда в советские времена вышла "Угрюм-река", где была на секунду обнаженная актриса.
О.ЖУРАВЛЕВА: Ну там вообще. Угрюм-река – там страшная эротическая история.
М.БАРЩЕВСКИЙ: Оль, слава Богу, тогда не было видеомагнитофонов, интернета, иначе бы все делали стоп-кадр и все бы развешивали эти картинки. Поэтому, я не знаю, чтобы комиссия по этике такая вот на телевидении существовала в США. Да, есть рейтинги – до 13-ти, до 15-ти, до 16-ти – это можно сделать.
О.ЖУРАВЛЕВА: А вот ввести, действительно, просто градуировку.
М.БАРЩЕВСКИЙ: Это должны делать педагоги. Так, у нас тоже есть, у нас тоже есть такое.
О.ЖУРАВЛЕВА: Педагоги у нас тоже разные. У нас есть педагоги и педофилы даже, извините, которые очень любят детей.
М.БАРЩЕВСКИЙ: Да. Но бесплатно, обратите внимание, в отличие от обычных педагогов, которые делают это за деньги. Так вот, смотрите. У нас фильмы тоже рейтингуются. Вот это вот – до какого возраста. Без проблем прошло это. Как бы, произошло без проблем: эти фильмы показываются до такого-то часа, эти фильмы – после такого-то часа. Это можно. Естественно, какой-то объективный... Ну, не объективный, а критерий, который можно комиссионно выработать. Потому что речь идет о детской нравственности. А вообще телевидение... Ну вот смотрите. Будь моя воля, я запретил бы Аншлаг, да? Вот давным-давно бы запретил за безвкусие.
О.ЖУРАВЛЕВА: Но ведь мы-то с вами можем это запретить – мы можем выключить кнопочку и все.
М.БАРЩЕВСКИЙ: Нет, секундочку. Ну это я бы сделал – да, я запретил бы Аншлаг. А другой кто-нибудь запретил бы КВН. И что бы тогда я делал? Я-то хочу смотреть КВН, а он хочет смотреть Аншлаг. Понимаете? Это неразрешимая проблема.
О.ЖУРАВЛЕВА: Но когда говорят о детях, о том, что детей нужно защитить, о том, что даже, вот, в детское время смотрит человек безобидный сериал, но тут же врывается в рекламном блоке анонс какого-то фильма, где мозги размазываются просто по асфальту.
М.БАРЩЕВСКИЙ: Да у нас есть просто не сериал, а у нас есть целый канал на телевидении, один из федеральных, по которому эти мозги по асфальту с утра до вечера.
О.ЖУРАВЛЕВА: Но внимательные родители этот канал не смотрят и детям его не показывают.
М.БАРЩЕВСКИЙ: Но обидно, что на этом канале есть очень хорошие другие передачи при этом.
О.ЖУРАВЛЕВА: Ну так можно в программе прочитать, включить конкретно в это время.
М.БАРЩЕВСКИЙ: Ну, да-да.
О.ЖУРАВЛЕВА: А как быть с детьми? Как детей защищать? Если родители недостаточно высоконравственные и не всегда могут как-то, вот, развести эти вещи.
М.БАРЩЕВСКИЙ: Вы знаете, у меня старшая дочь уже настолько взрослая, что она сама решает, что ей смотреть давным-давно, да? А младшие дети такие маленькие, что их кроме мультиков пока ничего не интересует. Но когда я смотрел Дом-2 и матерился.
О.ЖУРАВЛЕВА: Где были дети в этот момент?
М.БАРЩЕВСКИЙ: Ну, естественно, их не было. Я подумал о том, что, наверное, если бы им сейчас было лет по 7-8 уже, я посадил бы их рядом, дал бы им посмотреть. Поскольку еще в 7-8 мнение родителей авторитетно очень, я бы посмотрел, издевался бы над тем, что происходит на экране, высмеивал бы героев Дома-2, и тем самым привил бы с самого начала, постарался бы привить неприятие всего этого. Я бы не блокировал телевидение, телевизор, просто воспитал бы в них, постарался бы, посмотрев с ними вместе, поиздевавшись с ними вместе над этим бредом. Тем самым, как бы, приучил бы... Они же подражают взрослым – маленькие дети подражают своим родителям.
О.ЖУРАВЛЕВА: Да у меня просто дочери 9 лет. Поэтому когда она видит первые кадры вот этой вот прекрасной передачи, она говорит "Боже мой, глупость какая-то".
М.БАРЩЕВСКИЙ: О! Вот что...
О.ЖУРАВЛЕВА: Мы не смотрели эту передачу.
М.БАРЩЕВСКИЙ: Неважно. Неважно каким способом, но вы добились того результата. Вот вы спрашиваете, что делать с детьми? Я не хотел давать банальный ответ "Воспитывать". Вот вы – пример того, что надо делать с детьми – воспитывать. Если ваша 9-летняя дочь, видя эти кадры, говорит "Боже, какая глупость, какой примитив" переключает на другой канал сама, а вы не орете и не хлопайте крыльями "Немедленно включи! Это гадость!" Она сама это делает. Все, вы уже своего добились – вы выработали у ребенка вкус.
<...>Источник: Эхо Москвы
