Под заголовком "Кремль не оставил намерения заполучить Русскую церковь" ниццкая ежедневная газета "Нис-матэн" опубликовала 22 мая очередную статью, посвященную громкой судебной тяжбе между Российской Федерацией и православной церковной общиной Ниццы.
Этот имущественный спор касается Свято-Никольского собора, одного из красивейших русских православных храмов за пределами России. "Русская мысль" неоднократно писала об этом событии и его последствиях – не только для облика России и русского православия, но и для жителей Ниццы, прихожан этого храма. Писали мы и о многочисленных скандалах, и об открытом противостоянии между настоятелем о. Иоанном Гейтом и верующими. Напомним, что Кристиан Эстрози, главный региональный политик и мэр города, получил петицию за 90 подписями прихожан, направленную против руководства прихода. Она сыграла решающую роль в изменении отношения французских властей не столь к самому делу, сколь к риторике и личности о. Иоанна.
Статья интересна в первую очередь ее отношением к России. Вот как она начинается: "Это сражение Дэвида с Голиафом. Уже три года ниццкая церковная община борется с российским государством. Самая большая страна в мире (17 млн. кв. км) добивается контроля над одной из самых малых территорий мира – малюсенького анклава православного собора г. Ниццы.
Россия добивается возврата собственности по истечении срока 99-летней аренды, ссылаясь на договор, подписанный в 1909 г. Однако церковная община (зарегистрированная в соответствии с французским законом как "религиозная ассоциация") считает себя законным владельцем и не собирается отдавать собор [...] Заседание суда было назначено на 17 июня. Теперь оно окончательно отложено на 2 ноября.
Руководители ассоциации до сих пор пребывают в шоке от попытки захвата 7 февраля 2006 г. В 11:30 у входа в собор появился судебный исполнитель по иску Российской Федерации, чтобы произвести инвентаризацию имущества...
"Мы его не впустили, заперли собор и включили сигнализацию", – говорит о. Иоанн Гейт, настоятель храма и президент ассоциации".
Журналистский стиль – это и есть журналистский стиль. Что за русский "захват" в лице французского юриста? Вопрос не в таланте или бездарности автора неподписанного, кстати, материала, а в отношении к России. Год или два тому назад русский православный храм в Копенгагене, находившийся в схожей юридической ситуации, был безропотно возвращен РФ и продолжает жить своей жизнью. На самом деле скандал в Ницце вписывается в контекст тотального отторжения руководства Архиепископии Русских Православных Церквей в Западной Европе (Дарю) от Русской Церкви.
Оно идет наперекор общей (а не только русской) тенденции к возвращению церковных эмигрантских формирований в лоно матерей-церквей. Совсем недавно самый "антикоммунистический" румынский эмигрантский приход в Париже присоединился к Румынской Церкви. Митрополит Иосиф сумел соединить крайне раздробленную и воинственную румынскую православную диаспору, несмотря на радикальное противостояние.
Соединившись с РПЦЗ, Русская Церковь сделала огромный шаг на пути к единению, но остается маленький, но славный парижский Экзархат, который судится с Россией и РПЦ не только в Ницце, но и в Биаррице, и в Лондоне, и еще Бог знает где.
Но вот как статья продолжается:
"В тот момент местные политики все как один бросились нам помогать", – подчеркивает о. Иоанн Гейт. "Но сегодня, они ослабили поддержку по причинам "высокой дипломатии", – считает он. – Церковная ассоциация боится оказаться жертвой приоритетных интересов Франции в ее отношениях с Кремлем. Собор Святого Николая – действительно одно из самых желанных среди всех церковных зданий вне бывшей советской территории, которые Московская Патриархия стремится получить". [...] О. Иоанн Гейт не сомневается в том, что если Российская Федерация вступит во владение собором, ключи будут переданы московскому духовенству".
Здесь следует, пожалуй, задаться простым вопросом: почему русский православный священник из эмиграции должен с подобной неприязнью относиться к православным священникам из России? Разве за Русской Церковью до сих пор следит КГБ? Разве в Кремле сидят представители богоборческой власти? Разве в России разрушаются и закрываются храмы? Разве священнослужителей упекают в лагеря? Проблема не в судебной тяжбе. В конце концов, судиться за имущество – не скандально, по сути. Скандальна здесь политизация конфликта, будто бы противник до сих пор – ненавистная советская власть.
"Через Кабинет заместителя мэра, – пишет далее газета, – на ассоциацию оказывается [...] давление, чтобы она приняла "юридическое посредничество". Ассоциация же считает, что это ловушка. Она подозревает российское государство в маневрах с французскими политиками, чтобы повлиять на Константинопольского Патриарха Варфоломея, под омофором которого находится ниццкий собор [...] "Мы пойдем до конца, – утверждает о. Иоанн Гейт, – до Европейского суда по правам человека, если потребуется".
Причем в суде об имуществе "права человека"? Почему претензия энной страны должна быть изначально нелегитимной? Россия может проиграть судебную тяжбу. Что ж, ей тоже подавать на Францию в Европейский суд по правам человека? Во всех странах мира любая диаспора пытается способствовать сближению между "исторической родиной" и странами проживания. Советские времена, слава Богу, позади. Между эмиграцией и Россией больше нет идеологического противостояния. Россия нуждается в опыте эмиграции так же, как эмиграция нуждается в поддержке России, если она хочет сохранить на Западе свое уникальное достояние.
Почему, на самом деле, не сесть за стол и не попытаться найти общий язык? О. Иоанн прав в одном – поддержки со стороны французских властей у него больше нет. Не из-за того, что Россия их как-то купила, а потому, что его максимализм всем изрядно надоел. И еще потому, что за ним не стоит приход. Даже те прихожане, которые поначалу поддерживали его, были шокированы антирусской риторикой, которая пронизывает его высказывания.
Ницца – это один из самых "русских" городов Европы. Ее жители искренне любят Россию. Русские очень много сделали для Ниццы и побережья. Было бы недопустимо, если по вине кучки непримиримых людей город, символизирующий многовековую дружбу между Францией и Россией, станет символом беспринципной русофобии, стоящей на абсурдном в 2009 г. использовании антисоветизма.
Источник: Русская мысль
