За годы хождения в Церковь, наверное, у всех православных складывается своеобразный список дежурных ответов на недоумения, вопросы и мифы о православии. "Нет, православные совсем не угрюмые и забитые, посмотрите, к примеру на...", "Смирение – это не комплекс неполноценности, вот Александр Невский и царица Тамара были смиренными, а как при этом воевали!".
danilova1_001_001Этот список расширяется и пополняется, нередко самым неожиданным образом. Недавно ко мне в руки попал один журнал "для женщин большого города", который решил посвятить тему номера религии, а точнее, грубоватой насмешке над всем религиозным, показав, что в жизнь современной женщины все это старое и косное моральное и нравственное никак не вписать. Это уже обычный и печальный маркетинговый ход – к Пасхе и к Рождеству какое-нибудь глянцевое издание пишет большую статью на тему в духе "Последнего искушения Христа", и аудитория облегченно вздыхает, что правильно не постилась весь пост и в храм на праздник не собирается, вот ведь, вся эта религия совершенно несовместима с жизнью.
Открывала журнал статья главного редактора, сетовавшего на то, что вопросов у нее много, да известные батюшки ей отвечать на них не пожелали, в диалог с "обычной работающей женщиной" вступать не стали. Главное, что так сильно огорчало главреда – нет, совсем не пресловутая недоброжелательность верующих, наоборот "Общаешься с людьми, называющими себя верующими, приглашаешь их на обед, даришь им подарки, а в душе – крамольная мысль: ведь они считают меня безбожницей и уверены, что гореть мне в аду, а продолжают как ни в чем не бывало мне улыбаться. Как не заподозрить их в лукавстве?".
Выходит, что пат нам поставили – как ни сделаешь – все будет плохо. Плохо быть приветливым и добрым – "в глубине-то души они меня осуждают!!!", плохо быть неприветливым и недобрым – "ну мы же говорили, все они такие".
Почему автору журнала кажется, что верующие ее в глубине души осуждают? Почему вообще так часто говорят о православных? Почему, скажем, такая мысль не придет нам в голову в отношении продавца в магазине, парикмахера или водителя маршрутки?
Думается, что не верующие кого-то там осуждают. Осуждает нас наша совесть. Именно она нас мучает за те поступки, о которых мы прекрасно знаем, что это грех. Через совесть мы, конечно, научились переступать, но она живучая и все равно грызет нас изнутри. Именно тогда нам бывает стыдно смотреть на иконы, заходить в храм и смотреть в глаза тех, кто этой черты не переступил. Годами мы учились этот голос совести в себе глушить, поэтому теперь мы замечаем только осуждающе, как нам кажется, взгляды людей, а на самом деле, это наша совесть.
Это можно даже доказать. Если я живу вне некой системы ценностей и обрядов, то мне совершенно все равно, что думают обо мне люди, эти обряды соблюдающие. Скажем, мусульманские женщины носят хиджаб, полностью закрывающий голову. И, может быть, мусульманки и осуждают тех, кто хиджаб не носит, только мне же это совершенно безразлично. Даже если мне это скажут в лицо, что, мол, негоже так ходить – у вас своя традиция, а вот в моем мире, в моей вере это совершенно не обязательно. Я могу есть свинину, ходить без хиджаба и работать в субботу, могу переходить дорогу сразу за черной кошкой и не бояться просыпать соль. Я свободна от этого.
Если я совершаю грех, мне действительно видится осуждение в глазах окружающих.
Например, если я прихожу в воскресенье в свой храм уже после того, как закончилась литургия, потому что была в другом храме на службе – я совершенно спокойна и готова радостно ответить как хорошо и в другом храме было, если кто спросит, почему я так припоздала. А если же случится службу проспать, то мне и правда видится в глазах других прихожан немой упрек – вот, православная, а Литургию проспала.
Можно ли сделать так, чтобы совесть замолчала? Да, но успокоится она может только в одном случае – если перестать ее слушать и сделать вид, что мы не понимаем того, что она от нас хочет. Можно сделать так, чтобы она давала нам спокойно и радостно жить и смотреть людям в глаза, только именно для этого ее и придется слушать – и внимательно!
"Как соотнести столь уважаемую мной систему ценностей, выстроенную человечеством, с жизнью работающей женщины, пытающейся жонглировать одновременно и карьерой, и семьей, и дружбой, и борьбой с целлюлитом.... И роняющей попеременно то одно, то другое", – спрашивает главред журнала для "женщин большого города". На самом деле, ничего нам не мешает работать, воспитывать детей, дружить и худеть, и, на самом деле, точно так же проходит жизнь любой женщины независимо от ее вероисповедания. Не в системе тут ценностей дело – эта система сама по себе вторична. Единственно важное в христианстве – это сам Христос. И не систему ценностей надо соотносить с ежедневной своей суетой, а жизнь свою строить так, чтобы главным в ней был Христос. А Он оставил нам всего две заповеди – возлюбить Бога всем сердцем и ближнего как самого себя. Только эти две простые заповеди, но прожить их надо всей своей жизнью: любя Бога – соблюдать Его заповеди, любя ближнего и помогая ему. И тогда нам не просто перестанет мерещиться осуждение в глазах окружающих, тогда мы научимся жонглируя миллионом наших рутинных ежедневных дел, роняя то одно, то другое, не разронять самого главного, не разронять смысл нашей жизни. Не разронять и не растерять то для чего мы живем, не перепутать главное и второстепенное, не предать мужа, не забросить детей, не отмахнуться от чужой боли, не испугаться в старости вопроса самому себе "Для чего я жил?". Жонглируя бытовым, не разбить вечное.
Источник: Православие и мир
