Поддержите наш сайт!
Дневник поездки в Северную Осетию – Аланию
Константин Седов, чей небольшой отчет о его командировке в Осетию мы предлагаем вниманию наших читателей, – выпускник Высшей школы экономики, по образованию – юрист. Окончил школу-студию ВШЭ при ВГИКе под руководством актера мастерской Георгия Тараторкина, преподавателя ВГИКа Ирины Сиротинской. Ныне – актер театра-студии " Парадокс" (при ВШЭ) и клоун-доктор в Российской детской клинической больнице при Региональном общественном благотворительном фонде помощи тяжело больным и обездоленным детям (президент фонда – Лина Салтыкова); в Морозовской больнице и Онкологическом центре на Каширском шоссе от общественной организации инвалидов "Творческое партнерство". Работает клоуном 4 года. Больничная клоунада – это творческая добровольная, социально направленная деятельность по работе с детишками, которые проходят лечение в больнице. Это симбиоз актерского мастерства, драматической и цирковой клоунады при непосредственном общении актера-клоуна с залом, с родителями и детьми из различных отделений. Результат такой работы – не только моральная поддержка и разгрузка детей, но и, что немаловажно, уже подтвержденная цифрами польза для здоровья. Данная профессия существует в США и в Европе уже более 20 лет. Она построена на том принципе, что детям в больнице нужно дать самое лучшее и искреннее, яркое и доброе. И таким образом актеры из большинства стран Европы параллельно со своей основной профессией – театрального или киноактера 2-3 раза в неделю по 2-3 часа работают в отделениях детских больниц. Согласно данным из Италии, как только человек начинает заниматься этой профессией, ему открываются неожиданные возможности на его театральном и на других поприщах. И не только в силу того, что его работа становится полезной, но также потому, что в нем проявляются другие позитивные качества.
Предисловие
Хочу сразу сказать, что пишу о своих впечатлениях, об очередности событий и о занимательных ситуациях вовсе не для возвеличивания своей персоны. Считаю, что любой, окажись на моем месте, сделал бы все возможное, чтобы помочь этим детям и взрослым.
Важно отметить, что больничный Доктор-клоун впервые появляется в подобной ситуации. Я переживал, что, приехав по эмоциональному порыву, просто не буду там нужен и окажусь в какой-то степени раздражающим фактором. Слава Богу, этого не произошло. Хотя прекрасно понимаю: по сравнению с клоуном, поигравшим 2-3 часа и уехавшим, психологи и работники МЧС, работающие там углубленно достаточно долго в совершенно походных условиях, настоящие герои. Им, тихо и упорно выполняющим свой долг, огромный поклон и уважение.
Организация
Поездка была моим личным порывом, который мог бы и не реализоваться вовсе. Но, благодаря очень многим людям, она все-таки состоялась. На реальные действия меня сподвиг батюшка – отец Дмитрий. Поддержку в оплате билетов туда и обратно я нашел в лице Регионального общественного фонда помощи тяжелобольным и обездоленным детям при РДКБ (www.deti.msk.ru), где я работаю, и лично при участии его президента Лины Салтыковой. Также важно сказать, что план моего посещения больниц в Москве, нарушен не был, а поездка осуществлялась исключительно в выходное время.
14 августа 2008 г .
В 18 05 – мягкое приземление...И сразу ощущение горести. Оно появилось, когда я брал билеты, а потом увидел, что приземляемся в аэропорту Беслана. В чистом поле, кроме нашего, стоит только один самолет – МЧСовский. Больше ни души... Во время ожидания багажа ко мне подошел работник МВД и пригласил для беседы к себе. "Хорошее начало", – подумал я. Загвоздка, оказывается, была в моем бейдже , который сотрудник принял за аккредитацию журналиста. Когда формальности были улажены, следователь с улыбкой отпустил меня на свободу.
А потом меня встречал Олег (в дальнейшем Олег и Ирина Боева, по просьбе Лины Салтыковой, были моими проводниками во всех моих поездках . Мы поехали на улицу Aрдонскую, 197, ставшая для меня пристанищем на все время нахождения во Владикавказе. По пути увидел запомнившееся навсегда кладбище "Город ангелов" и новый самый крупный на Кавказе Медицинский реабилитационный центр.
Дорога, по словам водителя, была сильно испорчена танками. На въезде во Владикавказ нас встретила колонна из 15 автобусов, груженных беженцами, вперемешку с машинами "скорой помощи". Сам же город оказался очень тихим и спокойным, как обычный провинциальный центр. Его частный сектор очень напоминал мне Ростов-на Дону, если бы не вид гигантских кавказских гор в конце проспекта Коста. По приезде я сразу отведал осетинских пирогов и лег спать.
15 августа 2008 г .
К девяти утра приехала Ирина. Зайдя по пути в великолепный храм Георгия Победоносца, после молитвы отправились пешком в сторону РДКБ (Республиканской детской клинической больницы Владикавказа). Издалека видны забор, ворота и два милиционера с автоматами. Хоть вид у них был и грозным, на наш бейдж посмотрели мельком, даже не заглянув в сумку. После десятиминутного ожидания я переоделся в кабинете зав. отд. травматологии и вышел в холл к детям. Вместе с ними мы устроили импровизированное шоу с фокусами, песнями, загадками и шариками. Дети активно и доброжелательно шли на контакт, впрочем, как и медицинский персонал и мамочки. После этого мы пошли в ЛОР отделение, в урологию и т.д. Врачи охотно отвели меня именно к детям-беженцам. Я подумал, что выделять кого-то было бы неправильно, и старался пройти всех. Побывал и в неврологии, где было 10 детишек из Цхинвала, в травматологии. Все получили от нас в подарок шарики.
Идя уже в третьем часу из больницы домой, я рассмотрел улицы этого красивого города. И с радостью обнаружил, что плоды персика, винограда, грецкого ореха, сливы, алычи и других плодовых деревьев можно не только увидеть прямо на улицах, а и есть их прямо на месте. Жизнь же самого города текла спокойно и размеренно, как будто в 160 км . ничего не происходило. Хотя везде, где бы ты ни был, в разговорах людей чувствовалась напряженность.
Во время прогулки удалось забежать в штаб МЧС и, показав паспорт, попросить разговора с психологом. Милая Еленавышла сразу. Узнав, с чем я приехал, сразу провела меня в штаб и соединила с Юрием Ивановичем – главным психологом интерната Алагир. Разговор получился очень добрым. Меня там ждали к 9.30. После завтрака. Елена провела меня в сердце штаба. И хотя я был там всего полминуты, пока она писала мне подробный адрес пансионата, я успел рассмотреть и доску, и экран с круглосуточным эфиром одного из заместителей руководителя МЧС. Так я понял, что люди очень доброжелательно принимают помощь и готовы помочь во всем. Потом была дорога домой. Вечер накрыл город внезапно, и пришел черед сна.
16 августа 2008 г .
Подъем в 8 00. Такси в Алагир. Едем за колонной с мигалками, как выяснилось потом – ОБСЕвской, но нам не по пути. Приезжаем в пансионат, тут около 200 беженцев, и среди них почти 50-60 детей. Ищем психологов. Находим их на 3-м этаже. Там, в комнате 3 на 2 метра , живут 8 человек – психологи и медики МЧС РФ. Такого радушного приема я не ожидал никак. Вот имена членов этой доброй и геройской команды: Анна, Ольга, Артур, Юрий Иванович... Моя неблагодарная память не дает мне возможности перечислить их всех по именам, но вы увидите их на фотографиях. Они ведут меня сначала в столовую, параллельно объясняя специфику и возможные трудности при работе с детьми (в частности с теми, которым до 7 лет и которые не учились еще в школе и не знают русского языка). Из разговоров понимаю, что эти люди здесь проводят очень углубленную фундаментальную психологические работу и тренинги.
Мой выход откладывается на 30 минут, так как сегодня пришло два автобуса и первые 40 желающих отправляют обратно в Цхинвал. Потом приходит и мое время. Работа на улице имеет свою специфику. В отличие от больницы, здесь надо быть громким и ярким, чтобы привлечь и удерживать внимание 50 детей и еще стольких же взрослых и бабушек. Нужно проводить активные уличные массовые игры типа кольцеброс, фрисби, летающая тарелка, танцы, перетягивание каната, прыжок через канат скакалку, а так же мыльные пузыри, интерактивное общение, импровизации самих детей и, конечно, шарики всех видов и цветов. На прощание еще раз фотографируемся с милыми сердцу психологами и – в путь.
Нас ждет Аланский женский монастырь и матушка Нона с реабилитационным центром, построенным немцами для детей Беслана, который в настоящее время принимает беженцев из Южной Осетии. По дороге, которая заняла буквально 5 минут, нам встречается военная колонна, следующая в сторону Южной Осетии (см. видео). Я в костюме и гриме машу им рукой из машины. Ребята, недолго думая, машут в ответ. Интересно, о чем они думают))
Монастырь – самая близкая к Цхинвалу точка моего путешествия, всего около 155 км . Но разница, думаю, огромная. Обитель состоит из нескольких хозяйственных и жилых построек, самого маленького храма. А через речку, немного на горе, находится детский реабилитационный центр. Матушка Марина показывает нам короткую дорогу к центру, на площади куча сумок и одежды – гуманитарная помощь, которую осматривают беженцы. Мы проходим через источник, видимо, минеральной воды, и через красивое озеро попадаем в новеньких уютный центр. Сразу справа – огромная игровая с музыкой, с просторными окнами, диванами и, конечно, иконами. Дети собираются мгновенно, здесь детки помладше – от 3 до 6 лет. Есть и подростки – они более домашние, но не менее смешливые. Обстановка уже более камерная. Мне удается познакомиться с каждым, загадать загадки, поиграть в игры на внимание, реакцию, в пантомиму, показать микромагические фокусы и, главное, поиграть в сказку "Колобок". Паренек лет 13 очень помог, играя Колобка, а девочки сделали все возможное, чтобы его съесть. Но мы есть его не стали. Потом – перетягивание каната. Две трехлетние девочки тянули его в разные стороны. Действие выглядело просто феерично.
После полуторачасового общения мы отправляемся трапезничать. В кабинете директора центра, где мы и разместились, замдиректора рассказывает историю центра, чью программу разработала учительница 1-ой бесланской школы совместно с матушкой Ноной. Центр открыт в 2007 году для детей Беслана. Они здесь отдыхают и проходят реабилитацию вместе с обычными детьми. (Да, вот так говорят, к сожалению, дети из Беслана, в результате гиперопеки принявшие на себя роль "жертв и пострадавших" и теперь очень тяжело социализирующиеся с другими детьми и взрослыми). Центр сдает 3 бухгалтерские отчетности – в Германию, РФ и в Патриархию.
После еды, переодевшись, я следую в монастырский храм, где мне удается приложиться к частичкам св. кн. Елизаветы и ин. Варвары. Я покупаю иконы, а матушка Нона просит прислать фотографии с детьми ей на электронную почту. Атмосфера в монастыре ассоциируется у меня с одним словом – благодать. После этого – дорога домой. Военной колонны уже нет.
17 августа 2008 г .
Встали к 10, выезжаем, купили три пирога, так как после посещения пансионата снова хочу заехать в интернат к психологам МЧС и покормить их настоящими Олибахом (сырный пирог), Фиджином (мясной пирог) и Картофчином (ну, это понятно).
Приехали, и только на третий день нашу сумку, наконец, досматривает милиционер. Потом я объясняю, что я клоун и мне позволяют переодеться. На полу комнаты – опять же куча вещей, а за стеной сидят следователи и расспрашивают осетинских бабушек про их материальные потери и т.д.
Когда я выхожу на улицу, тамошние психологи смотрят на меня скептически, а зрители собираются буквально за 2 минуты со своими скамейками и обставляют для меня большой пятачок для работы. Здесь около 150 человек – 30-40 детей и столько же взрослых подростков, много осетинских бабушек. Мы знакомимся, играем в части лица, общаемся. Видно, что это люди из окраин Цхинвала и соседних сел – бабушки очень смутно понимают русский язык. Меня спасает мальчик лет 6,7 – Сармат, он активно участвует в фокусах, исполняет даже сольный осетинский танец, и вообще ведет себя очень активно и добродушно. Публика постепенно начинает понимать язык клоунады и действо разворачивается на полную катушку. Тянем канат, прыгаем через него и под ним. Фокусы и шары приводят всех в восторг, становится даже как-то приятно.
Когда же я возвращался в свою гримерку, скепсис психологов сменился на радостные и добродушные высказывания. А это вселило в меня еще большую уверенность, что моя работа – это нужно и полезно. Распрощавшись со всеми, угостив всех шариками, я поехал в интернат к моим первым знакомым – психологам МЧС. Пироги пришлись кстати, поскольку они собирались вечером уезжать во Владик. Покормив родных москвичей, я не удержался и уже без костюма провел еще пару игр для уже узнавших меня детей. После этого я с чистой совестью поехал отдыхать и гулять по городу. Фотографии на фоне набережной и моста получились неплохими. Из разговора я узнал, что осетины имеют три так называемые этнические разветвления – это сами осетины, дигорцы и кударцы. Вот так.
18 августа
Поездка в аэропорт. Остановка у кладбища Беслана – "Город ангелов". Памятник "Парням, защитившим сердцем детей" – пробирает до дрожи, юные лица смотрят с обелиска .Вечная память. Упокой, Господи, их души...
P . S . Жалко, что тогда еще не было больничных клоунов...
Взлет. И в 13 55 – Москва.
Источник: Православие и мир
