В Рахманове с давних пор существовал женский старообрядческий скит. Время его возникновения неизвестно. Никто из нынешних старожилов ничего по этому поводу не смог сказать, все говорят, что скит здесь был всегда. Архивные изыскания также ничего не дали: рахмановцы тщательно держали втайне от властей наличие в их селении келий матушек.
Все старообрядцы Рахманова после 1864 года были неокружни ками – последователями епископа Иова. Скит также был иовский. Отдельной моленной или часовни в нем не было, матушки духовно окормлялись в сельской Дмитриевской моленной. По рассказам старожилов, в первой половине XX столетия в скиту было не менее пяти келий. Точное число матушек-скитниц неизвестно. Говорят, что бывали времена, когда один дом-келью занимала одна матушка, бывали – когда их было много, и они жили "все вместе". Наличие большого числа могил на местном старообрядческом кладбище говорит нам, что скит был многолюдным.
Матушки-"келейницы", помимо молитвы, занимались шитьем, стегали одеяла, помогали рахмановцам и жителям соседних селений обрабатывать огороды, учили детей. Рассказывают, что все они были грамотные. В местных деревнях до сих пор могут рассказать, что одна из келейниц, живших до революции, была прежде очень богатой. Уже будучи инокиней она на свои деньги построила в Рахманове и вблизи него три моста через реку Вохонку, два из которых в советское время без видимых причин были разрушены и заменены обычными кладями. Вообще, о матушках в селении и окрестностях вспоминают добрым словом.
Сейчас о матушках уже мало что помнят. В 1938 году была закрыта моленная, а вскоре после этого были высланы и инокини. Мои собеседницы-старожилки смогли вспомнить только два имени. Это Мария или, как ее любя все звали, Марьяша. Она отличалась добрым характером, часто собирала в своей келье рахмановских прихожан на молитву. У нее в келье одно время хранилась часть икон из закрытой моленной.
Другую матушку звали Антонина. Она происходила из деревни Большой Двор, к северу от Павло-во-Посада. В детстве она осталась без родителей и была отдана в скит. После высылки вернулась назад, но поселилась в Орехово-Зуеве, где у нее был свой дом. Рахмановцы постоянно бывали у нее. Умерла она уже в 1990-х годах.
После выселения матушек часть их домов-келий была отдана под детский сад, часть – в жилой сектор. Многие дома сохранились доныне, только в сильно перестроенном виде. На старообрядческом кладбище, общем для Рахманова и соседней деревни Дмитрово, сохранилась большая группа могил насельниц скита. Кресты на них давно уже сгнили, но холмики находятся в аккуратном состоянии. Недавно местные старообрядцы и о.Михаил Егоров из Павлово-Посада (д. Корнево), в приход которого входит Рахманово и окрестности, поставили крест на иноческих могилах. Рассказывают, что прежде иноческий участок занимал немалую часть кладбища.
Но не только женщины в Рахма¬нове принимали иночество. Недалеко от группы могил рахмановских матушек находится и еще одно интересное захоронение. Тщанием о. Михаила и местных старообрядцев на ней, у старинного черного мраморного надгробия также восстановлен деревянный осьмиконечный крест. На хорошо сохранившемся памятнике легко можно прочитать надпись:
"Под сим камнем погребено тело раба Божия инока-схимника Корнилия, в миру крестьянина деревни Рахмановой Кирилла Максимовича Заглодина, скончавшегося 8 марта 1904 года в 3 часа утра, жития его было 65 лет, 11 мес, 27 дней, в иночестве жил 2 дня, день ангела 18 марта, в супружестве жил 42 года, 8 мес. и 5 дней".
Как следует из вышеприведенного текста, Заглодин последовал древней тредиции принимать перед кончиной дней земных иноческий сан. Фамилия Заглодины – одна из коренных старообрядческих в Рахманове, из нее происходили и знаменитые владельцы местной шелковой фабрики. О Кирилле Максимовиче, в иночестве Корнилии, нам ничего узнать не удалось. Ныне никто о нем не помнит.
"Старообрядецъ", 2006, № 37
По материалам источников: "Самарское Староверие"
