На Афон никто не приходит случайно. В XX веке история Святой Горы едва не закончилась, но она пережила "второе рождение". "На Афоне важно не время, а отношение человека к Богу", – считает доцент филологического факультета МГУ, Советник по культуре Посольства Греции в Москве Димитриос Яламас.
Справка: Димитриос Афанасьевич Яламас – дипломат, исследователь русско-греческих литературных и культурных связей, специалист в области неоэллинистики, палеографии и кодикологии. В 1986-м году окончил Афинский национальный и каподистрийский университет. Во время учебы дополнительно изучал греческую палеографию в Историко-палеографическом архиве МИЕТ. В рамках научных экспедиций изучал на Афоне греческие и славянские рукописи и старопечатные книги в библиотеках Ивирского, Ваттопедского, Ставроникитского, Симонопетрского и Свято-Пантелеймонова монастырей. В 1986-м году поступил в аспирантуру при кафедре русского языка филологического факультета МГУ. В 1992-м году защитил кандидатскую диссертацию "Филологическая деятельность братьев Лихудов в России". В 2001 году – докторскую диссертацию "Значение деятельности братьев Лихудов в свете греческих, латинских и славянских рукописей и документов из российских и европейских собраний". В 1996-2009 г.г. – заведующий Кафедрой византийской и новогреческой филологии.
Афон – не место для туризма
– Димитриос Афанасьевич, грекам очень повезло: они могут взять – и на выходные поехать на Афон...
– Афон – это не такое место, куда можно поехать на один-два дня. Мы настолько перегружены нашими заботами, что два-три дня уйдет только на то, чтобы разрядиться от всего этого и настроиться на совершенно иной ритм. Перестать думать о сиюминутных проблемах и деловых вопросах и сосредоточиться на духовной жизни: молитве, богослужении.
Поэтому я не верю, что на Афоне бывают туристы.
От туризма спасает то, что туда нельзя женщинам, поэтому семьей туда не поедешь. А чтобы мужчина бросил все и на неделю поехал на Афон, для этого должна быть веская причина. Один старец мне однажды сказал, что случайно сюда никто не приходит. Афон – это сад Богородицы и туда никто не приходит просто так, если сама его не позовёт.
– В первую поездку надо как-то по-особому настроиться?
– В первую очередь, нужен опытный человек, который поможет сориентироваться, иначе потеряешь много времени, прежде чем поймешь, куда тебе нужно идти и что делать.
Я впервые попал на Афон в 1980-м году на Пасху. Мне было 20 лет. Помню долгие и весьма утомительные службы в Филофеевом монастыре. В Великий Четверг служили 14 часов. На протяжении этого времени я и спал, и ел, и уходил, и возвращался, а служба не прекращалась!
В одну из первых поездок на меня произвела неизгладимое впечатление встреча со старцем Паисием Святогорцем. Мы очень долго стояли в очереди вместе с другими паломниками, которые хотели получить его благословение, ждали чего-то невероятного, а встретили простого доброго светлого человека с сияющим лицом. Мы были молодые, неопытные и не сразу поняли, с каким удивительным человеком довелось побеседовать!
Он посадил нас во дворе, угостил помидорами из Киприанова сада, напоил водой из колодца, немного поспрашивал, чем мы занимаемся, – поговорили минут двадцать, а потом он сказал: "Ребята, я устал, мне пора молиться". Нас было трое, и один хотел побеседовать со старцем о своих проблемах. Мы встали, а он так за руку взял того, который хотел посоветоваться, и сказал: "А ты куда? Ты оставайся! Нам с тобой нужно поговорить".
Но он нам не рассказывал, о чем они говорили.
Такой была моя единственная встреча со старцем Паисием.
"Афон – не место сбора святых"
– Вы были на Афоне много раз. Что особенно запомнилось?
– Действительно, много – 30 или 32 раза. Очень много ездил в студенческие годы. Если сложить все эти дни, то получится года полтора. В 1984-м году, например, 4 месяца подряд жил в разных монастырях, большее время был в Кареях. Кареи – своеобразный "монашеский городок", в котором сохранились дух и традиции византийской эпохи. У меня там есть очень хорошие друзья-келиоты – монахи, которые живут вне монастыря в отдельных кельях. Один монах уехал на некоторое время, оставил мне ключи от кельи и продукты, и я жил один.
Но при этом не был в изоляции, дружил и общался келиотами, которые жили рядом. С иеромонахом Николаем, представителем Пантелеймонова монастыря в Кареях, и с монахом Антонием из Карули мы каждый день служили утреню, а потом в русском представительстве в Кареях пили чай и разговаривали. Я рассказывал о Москве, они с интересом слушали.
Мне удалось побывать на самой вершине Афона. Там есть церковь Преображения, и в престольный праздник из Лавры св. Афанасия, которая расположена у подножия Святой Горы, наверх отправляется торжественная процессия, чтобы уже наверху служить всенощную. Подниматься надо два дня, а спуститься можно часа за четыре.
В 89-м или 90-м году мы ездили крестить одного из моих русских друзей в монастырь Симонопетра. На службе мне довелось читать Апостол, изданный в Московском Печатном дворе в XVII веке, при царе Михаиле Федоровиче и Патриархе Филарете. Наверное, только на Афоне такая древняя книга может использоваться в богослужении!
– Много ученых ездит изучать старинные книги и рукописи?
– Ученые могут найти на Святой Горе много интересного. Однако научная работа там имеет свою специфику. Обычная городская библиотека работает по расписанию, а афонская – когда позволяет общая жизнь монастыря. Если будет Страстная неделя или большой праздник, библиотеку не откроют. И если монах, который ее обслуживает, заболеет, надо будет ждать, когда он выздоровеет, потому что его некем будет заменить.
У них совсем другое представление о времени. Время не так важно.
– А что важно?
– Отношение человека к Богу. Однажды была какая-то неприятная ситуация между монахами, и я спросил у одного старца: "Как, у вас люди даже могут ссориться?". Он ответил: "А у нас тут не место сбора святых, а место сбора горьких слез покаяния". Ради этого люди уходят на Афон.
Источник: Татьянин день
