В московском храме Тихвинской иконы Божией Матери патриаршего подворья Симонова монастыря окормляется община слепоглухих и неслышащих людей, а священнослужители совершают службу на языке жестов.
В "Настольной книге священнослужителя" протоиерея Григория Дьяченко говорится о том, что священник может исповедовать глухого или слабослышащего человека, оценивая только его эмоциональное состояние. Если на его лице и в его поведении читалось покаянное чувство, то исповедь принималась без словесного общения. "Получается, что слабослышащий инвалид не мог выразить боль, которая была у него внутри, не мог облегчить свое духовное состояние, – рассказывает протоиерей Андрей Горячев, настоятель храма Тихвинской иконы Божией матери. – В нашем приходе мы сумели коренным образом изменить эту ситуацию". Сегодня богослужения в храме проводятся на языке жестов. На этом же языке священники принимают исповедь – за специальной высокой ширмой, чтобы жестов не было видно. Сами же священники и диакон служат одновременно голосом и жестами лицом к прихожанам. Храм Тихвинской иконы Божией Матери Патриаршего подворья Симонова монастыря – единственный в Москве, где церковная жизнь ориентирована на слепоглухих и неслышащих людей.
До 2001 года здесь все было по-другому: перевод службы осуществлял специальный сурдопереводчик. Но от этой практики решили отказаться. "Дело в том, что неслышащий человек терялся, не зная, на кого смотреть – на сурдопереводчика или на священника, – рассказывает отец Андрей. – А поскольку для инвалида по слуху зрение служит единственным способом получения информации, то человек сбивался, не мог сосредоточиться и погрузиться в службу". И тогда решили, что вести службу одновременно голосом и на языке жестов должны сами священники.
Вскоре двое прихожан, выпускники Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета – неслышащий Валентин Терехов и слабослышащий Павел Афанасьев – приняли саны иерея и диакона. По словам отца Андрея, они стали первыми в стране священнослужителями, которые несут Божье слово на своем родном жестовом языке.
Жестовый язык богослужений – калькирующий: каждое слово переводится на жест. Создавать этот язык общине Тихвинского храма приходилось фактически с нуля, ведь раньше в России не было опыта служб на таком языке. В его разработке участвовали не только клирики, но и сами прихожане: священники объясняли им чинопоследование службы, смысл слов, который должен дойти до сознания и души человека, а носители языка жестов предлагали свои варианты.
Здесь возникает множество трудностей. "Уровень интеллектуальных возможностей наших прихожан сильно различается, – говорит отец Андрей. – Поэтому одна из серьезных проблем для нас – это неполное понимание обращенной к неслышащему речи, которая дублирована жестом. Следовательно, в нашем случае процесс духовного просвещения может быть только индивидуальным, поскольку обратиться к людям с "унифицированной" проповедью с амвона – недостаточно. По сути, исповедь в нашем храме одновременно выполняет функции и проповеди, и даже воскресной школы".
Службы в Тихвинском храме в силу своих особенностей оказываются продолжительнее, чем в обычной церкви. Но это никого не смущает. "У нас нет прихожан, которые живут рядом с храмом, – рассказывает отец Андрей. – Неслышащие приезжают к нам не только из Москвы и Московской области, но и из соседних областей. Тратят на дорогу от двух до четырех часов. Я считаю, что для неслышащего человека – это в каком-то смысле духовный подвиг. К тому же они приезжают, подготовившись к Причастию – натощак. После службы помогают по храму. И только потом уезжают домой. Думаю, что не всякий здоровый человек готов совершать такой подвиг регулярно".
В храме Тихвинской иконы Божией Матери нет церковного хора – так решили сами прихожане. Когда-то хор был, но неслышащие чувствовали себя неуютно, поскольку время, которое затрачивается на сурдоперевод песнопения, не совпадает со временем его исполнения. Получалось, что переводчик уже закончил перевод, а хор еще поет. И неслышащий не мог понять, что происходит. "Когда мы отказались от хора, то сами прихожане вместе со священником, диаконом и чтецом одновременно голосом и жестами стали проговаривать то, что в обычном храме исполняется хором. И это имело огромное психологическое и духовное значение, так как неслышащие стали более активно участвовать в службе", – считает отец Андрей.
А главное, подобное "нововведение" позволило инвалидам хорошо выучить последовательность службы, свободно в ней ориентироваться. Теперь неслышащие могут участвовать в богослужениях в любом обычном храме. А кроме того, хорошо освоившись в Церкви, они даже получили возможность ездить в паломнические поездки вместе со слышащими. "Духовное окормление неслышащих людей дает начало их настоящей социальной реабилитации, – утверждает отец Андрей. – Они способны начать общение с обычными людьми, или, как они их называют, "говорящими", и понять друг друга".
В Тихвинский храм ходят не только неслышащие – есть среди прихожан и вполне здоровые люди. По их словам, такая служба, когда сами неслышащие произносят молитвы, стараясь использовать одновременно свой собственный голос и жесты, кажется поначалу очень странной. Но со временем к этому не только привыкаешь, но и начинаешь ощущать, что молитва инвалида, возможно, является даже более искренней, чем у обычных людей.
"Для меня, как для духовника общины слабослышащих, особая радость – видеть, как неслышащий впервые во время службы начинает пользоваться своим голосом, – говорит отец Андрей. – Это сродни чувству, когда родитель впервые слышит, как его ребенок произносит какое-то слово".
В 2000 году в Тихвинский храм впервые пришли слепоглухие. Для слабослышащих это стало потрясением, потому что они вдруг увидели, что в мире есть люди, которым еще тяжелее: вновь пришедшие не только не слышали, но и не видели. "Моя духовная радость была в том, что слабослышащие сразу же принялись помогать слепоглухим, причем без дополнительных подсказок, – вспоминает отец Андрей. – Они начали жестами переводить для человека все, что видели глазами, то есть брали руки слепоглухого и повторяли ими те жесты, которые делали священник и диакон. И в этом заключается еще одна наша общая победа: неслышащий вышел из круга только своих проблем, он почувствовал горести ближнего, и тогда в нем родилось сострадание".
А еще инвалиды уже начали помогать воцерковляться... здоровым. "Однажды ко мне в храме подошла совершенно нормальная женщина со словами благодарности, – привел один пример отец Андрей. – Она рассказала, что потеряла мужа. В отчаянии пришла в обычный храм в поисках утешения. Но, к сожалению, не нашла участия и теплоты. Она сказала: "Ноги почему-то привели меня в ваш храм. И я так душевно поговорила с вашей неслышащей работницей у свечного ящика! Она меня утешила и поддержала!" Меня поразили эти слова. Как происходила их беседа – понять не могу. Но она состоялась. Можно назвать это как угодно, в частности интеграцией инвалида в общество. Но для меня совершенно очевидно: в этой неслышащей прихожанке говорила душа".
Храм во имя Тихвинской иконы Божией Матери патриаршего подворья Симонова монастыря
В 1991 году по благословению Святейшего Патриарха Алексия II была создана первая и единственная в России община инвалидов по слуху. Вскоре общине был передан храм Тихвинской иконы Божией матери патриаршего подворья Симонова монастыря.
В 1992 году была проведена первая служба одновременно голосом и жестами – водосвятный молебен Тихвинской иконе Божией матери. В 1994 году общине был передан весь комплекс зданий Симонова монастыря. В Тихвинском храме с 1995 года, после благоустроения северного придела, освященного в честь основателя монастыря святителя Феодора Симоновского, архиепископа Ростовского, начались регулярные богослужения по канонам Русской Православной Церкви. С 2001 года настоятелем храма является протоиерей Андрей Горячев. Храм Тихвинской иконы Божией Матери находится по адресу: Москва, улица Восточная, 4, метро "Автозаводская".
Источник: Фома
