Пасмурный ноябрь созвучен внешнему убранству суздальского Свято-Покровского женского монастыря: бело-серые храмы, темно-коричневые деревянные домики для гостей и паломников, черные облачения сестер. Неожиданно в этом пейзаже возникают яркие пятна: по дорожкам на самокатах и велосипедах несутся девчонки в разноцветных куртках: красных, желтых, розовых, зеленых; на ветру развеваются косички с вплетенными в них пестрыми лентами. А тишину и суровость монастырских стен вдруг нарушает детский смех: "Матьянна! Матьянна! А можно идти на площадку?"
"Матьянна" – на самом деле мать Иоанна, одна из двух матушек, которые занимаются детским приютом. Раньше она была благочинной монастыря, а теперь ее послушание – дети. И если бы не монашеские одеяния, ее без труда можно было бы счесть многодетной мамой или по меньшей мере самой любимой воспитательницей в детском саду. Маленькая Юля подбегает и обнимает матушку Иоанну. На это нет видимой причины, просто девочке так захотелось. Матушка сразу замечает, что голубая ленточка в Юлиных волосах расплелась, и начинает повязывать ее заново, тщательно и аккуратно. Юля довольна. Кажется, она только этого и ждет: лишь бы подольше не выпускать матушку из объятий...
Однажды девочки – все девять человек – подошли к монастырской просфорне и спросили, не требуется ли помощь. Сестры хотя и были удивлены такому неожиданному рвению, но дали девочкам задание подмести крыльцо. Малышки управились быстро, а потом спросили:
– А можно теперь просфорку?
– Конечно, – ответили сестры улыбаясь. – Посчитайте, сколько вас, – мы вам всем дадим.
– Да нет, нам только одну, – хором закричали девочки, – для матушки Иоанны. Она заболела...
* * *
Каждый вечер, устроившись в своих маленьких постельках, девочки ждут, когда Иоанна подойдет и благословит. Порой, когда та долго не возвращается из города, они не могут заснуть. Так и лежат в кроватках, дожидаются, пока она не вернется и не перекрестит каждую перед сном. Их доверие и любовь к монахине велики. Наверное, поэтому девочки изо всех сил стараются не расстроить матушку Иоанну. И она отвечает им взаимностью. Для каждой из девочек у заботливой матери Иоанны есть свое персональное пожелание: одну (которая часто ябедничает) она просит больше следить за собой, а не за другими; другую (веселую кокетку) – не кривляться и быть поспокойнее; третью (медлительную, которую часто всем приходится ждать) – стараться быть порасторопнее. И так – девять индивидуальных вариаций.
Одним из принципов отношений, как в самой настоящей большой семье, является поощрение за трудолюбие и послушание. В монастыре поощрением за хорошую учебу может быть, например, поход в бассейн или спортзал в соседнюю с монастырем гостиницу. Матушку Иоанну и весь приют там знают и раз в неделю бесплатно выделяют для них время и приглашают инструктора.
* * *
Литургии в монастыре совершаются ежедневно, но девочки ходят на службу лишь раз в неделю, в воскресенье, и ненадолго – матушка приводит их ближе к Причастию. Но воскресенье – это всегда праздник. Девочки надевают свои парадные платья с белыми блузками и заплетают в косы самые нарядные ленты.
Если девочки к вечеру утомляются (например, после бассейна), то ограничиваются кратким правилом Серафима Саровского на сон грядущий. Но меня удивило, с каким энтузиазмом и чувством девочки читают эти важные короткие молитвы, даже и будучи уставшими. В такие минуты понимаешь, что молитва уже успела стать для них чем-то естественным и необходимым. И поэтому, когда на следующее утро малышка едет на самокате, от радости у нее вдруг вырывается звонко: "Богородице Дево, радуйся..."
Однако перед сестрами не стоит задачи воспитать из девочек монахинь.
– Пусть сначала получат хорошее образование, а потом решают сами, – сказала мне матушка Иоанна. – Может быть, придут в монастырь, а может, замуж выйдут. Для нас важнее дать им те нравственные основы, которые помогут этим детям сделать свой личный, правильный выбор.
* * *
Несмотря на то что приют существует при монастыре, дети здесь получают полноценное образование, в настоящее время – по программе начальной школы. Воспитанниц делят на две группы: с младшими, шестилетними, занимаются подготовкой к школе, а старшие, восьмилетние, учатся по программе второго класса.
– Когда гимназию, где я раньше работала, расформировали, я сначала решила, что к педагогической деятельности не вернусь. Но городская администрация направила сюда, – говорит преподаватель старших воспитанниц Ирина Николаевна, педагог с тридцатилетним стажем. – Такое ощущение, что здесь я помолодела лет на тридцать – преподавание приютским детям вдохновляет меня так, как если бы это был мой первый в жизни класс.
Я не готов передать на бумаге весь разговор с Ириной Николаевной о том, почему это так: ее слова были искренними и очень душевными. Она говорила и об особой атмосфере, и об эмоциональной отдаче от детей, и о том, как важно, что из окон класса видны сверкающие в лучах солнца купола. Наверное, некоторые вещи понимаются только на уровне ощущений...
– Знаете, когда я сюда пришла, то будто в сказку попала, – заключает Ирина Николаевна.
Может быть, это оттого, что радость детства – и есть настоящая сказка? Возможно, такое детство, какое малышки обретают в монастырском приюте, способна обеспечить не каждая школа, и даже не каждая семья. Само по себе это не служит упреком ни школам, ни семьям никакого, а, скорее, свидетельствует о том, что если у ребенка нет ни того, ни другого, то монастырь может стать его любимым и единственным домом.
* * *
Наверное, только в те моменты, когда монастырскую успокоенность нарушает радостная детская суматоха, становится очевидно, что тишина и сосредоточенность молитвы – прежде всего особое состояние души, осмысленное и неслучайное. И когда во время службы в тихий полуосвещенный храм с громким шепотом заходят девять девочек в красивых бантах, ты еще лучше понимаешь, что Церковь – совсем не музейная комната, а реальная и живая традиция, в которой есть место нормальному детству. А глядя на то, с какой нежностью и материнской любовью монахини заботятся о своих воспитанницах, убеждаешься и в том, что сами монахини благодарны этим детям за то, что они есть. И тогда вспоминается: Истинно говорю вам, если не обратитесь и не будете как дети, не войдете в Царство Небесное; итак, кто умалится, как это дитя, тот и больше в Царстве Небесном; и кто примет одно такое дитя во имя Мое, тот Меня принимает (Мф 18:3).
Детский приют при Свято-Покровском женском епархиальном монастыре создан в 2007 году по благословению архиепископа Владимирского и Суздальского Евлогия. В это же время современные деревянные постройки на территории монастыря, ранее принадлежавшие соседней гостинице
и предназначенные для расселения постояльцев, передали в дар монастырю. Там разместился приют, организованы игровые комнаты и учебные помещения для воспитанниц.
В настоящей время в приюте проживает девять воспитанниц в возрасте от пяти до восьми лет. Ранее все они жили в детских домах Суздаля и Владимира. Опекуном семерых воспитанниц является монахиня Иоанна, еще две девочки формально до сих пор прикреплены к детскому дому. Однако вскоре и их юридически переведут в приют.
Источник: Фома
