В Москве прошла конференция, посвященная межрелигиозному диалогу

Конференция на тему: "Вклад религиозных организаций в межрелигиозное и межнациональное согласие и сотрудничество" состоялась 26 апреля Институте Европы РАН по инициативе Общероссийской общественной организации содействия защите свободы совести (в прошлом – Евроазиатское отделение Международной ассоциации религиозной свободы ЕАО МАРС). В работе конференции приняли участие представители государственной власти, различных религиозных организаций, ученые-религиоведы. На форуме не было приглашенных представителей Русской Православной Церкви (РПЦ) и Совета муфтиев России, о чем публично сожалел раввин Зиновий Коган.

Общим местом многих выступлений стало критическое отношение к качеству межрелигиозного диалога в России. По мнению выступавших, этот диалог, сосредоточенный в специально созданных организациях – Межрелигиозном совете России и СНГ, ХМКК, Консультационном совете при Президенте РФ и немногих других – ведется вполне респектабельно, но скорее формально. Например, известный историк, завсектором Института Европы РАН, экс-президент ЕАО МАРС Анатолий Красиков отметил, что межрелигиозное согласие "внешне достигнуто", однако реальное его состояние оставляет желать лучшего. Так, межрелигиозные контакты сосредоточены в основном именно в названных структурах, из состава которых исключены "большинство религиозных организаций, которые не вписываются в контекст преамбулы к Закону о свободе совести 1997 г.". Редкие заседания данных структур по форме являются далеко не диалогом, а скорее "монологом в стиле собраний советского времени". А.Красиков упрекнул также действующие межрелигиозные организаций в "игнорировании" ряда положений Конституции, касающихся светскости государства.

Со своей стороны, заместитель председателя Российского союза евангельских христиан-баптистов (ЕХБ) Виталий Власенко отметил, что площадок для обсуждения межрелигиозных, а также государственно-конфессиональных проблем явно не хватает. А раввин Зиновий Коган, председатель КЕРООР, предложил организовать специальную теологическую комиссию при преобразованном МАРСе, на базе которой представители авраамических религий могли бы совместно читать и "давать современные комментарии" к тем священным текстам, которые вызывают самые неоднозначные толкования. Руководитель КЕРООР убежден, что лучшей основой для межрелигиозного диалога и согласия могут стать совместные благотворительные проекты, причем их участники должны быть ориентированы не только на помощь "своим".

Упрек в пассивности и сращивании со светской властью бросил в адрес официальных религиозных лидеров председатель общественной организации "Фонд развития мусульманских народов" Гаяр Искандеров. По его словам, государство не только не содействует межрелигиозному диалогу, но "само разжигает межрелигиозную рознь", отдавая очевидное предпочтение самой представительной религиозной организации – Русской Православной Церкви, поддерживая разного рода "мифотворчество" в СМИ, особенно по отношению к мусульманам.

Прямо противоположной точки зрения придерживается представитель аппарата верхней палаты российского парламента, советник А.Торшина Виктор Бабинцев. Он заверил собравшихся, что в Совете федерации "на равных правах, никого не ущемляя" работают как с представителями РПЦ, так и с "двумя муфтиями и тремя раввинами".

А замначальника отдела Комитета по связям с религиозными организациями Правительства Москвы Марат Батыршин уверен, что главную ответственность за состояние межрелигиозных отношений несет государство. По его словам, "без четкой позиции государственных органов реальной отдачи от религиозных организаций ждать нельзя, у них возможности не безграничны". В качестве положительного примера чиновник привел практику советского времени, когда "межрелигиозные диалоги велись при активном участии государственных органов..., те межрелигиозные встречи, которые проходили на базе РПЦ, конечно, организовывались на Старой площади". При этом была подчеркнута необходимость создания четко сформулированной концепции государственно-конфессиональных отношений, которая бы учитывала все многообразие религиозных объединений.

Тема выработки новой государственно-религиозной концепции беспокоит и Виталия Власенко. Он настаивал на необходимости ее создания, несмотря на скептические замечания А.Красикова, который подчеркнул, что государство de facto не заинтересовано в подобной концепции; власть вполне устраивает сложившаяся практика "двусторонних отношений с религиозными организациями по им самим (государством – прим.ред.) заведенному порядку".

На конференции затрагивались также проблемы межрелигиозных конфликтов как глобальной угрозы, вопросы духовно-нравственного воспитания, морального состояния российского общества, законодательного регулирования деятельности религиозных организаций, случаи дискриминации, проблемы освещения религиозной проблематики в СМИ и т.д. Материалы выступлений будут опубликованы в сборнике.