Мой дед в войну ходил в полярных конвоях: охранял военные грузы, которые шли морем из-за рубежа. Второй дед в 40-е был мал, но прибавил себе год, чтобы взяли рабочим на завод, где и проработал всю войну. На фронте воевали два моих двоюродных деда, и оба погибли, даже обстоятельств их гибели никто так и не узнал: просто пришли похоронки, и всё.
В силу своей профессии мне довелось встретиться лицом к лицу с ветеранами-фронтовиками. Случилось это 5 лет назад, когда я делал репортаж из Латвии о 60-летии Победы. Это были два латыша, воевавшие по разные стороны фронта. И вот что интересно: в этих двух пожилых людях, которые фактически бились друг против друга, не было никакой злости, негодования или взаимных обид... В отличие от сегодняшних не нюхавших пороху политиков.
Первый из ветеранов – живая легенда, я давно не встречал личностей такого масштаба. Вилис Самсонс, или "Репей" – это прозвище он получил за неуловимость. Герой Советского Союза, командир латышского партизанского отряда, причем просоветского. И это тоже было открытием: оказывается, многие латыши добровольно и совершенно искренне воевали на стороне СССР. За голову Самсонса сам Гиммлер назначил награду в 10 тысяч рейхсмарок. Его партизаны чуть более чем за год пустили под откос 130 немецких эшелонов! По сути, с группы из ста человек, где "Репей" был одним из командиров, и началось антинацистское партизанское движение в Латвии. К концу войны было уже четыре таких отряда, по 3 тысячи латышей в каждом.
Я спросил, пытался ли он понять своих соотечественников, воевавших за Гитлера? "Я могу их понять", – ответил Вилис и рассказал о тех, чьи родственники подверглись сталинским репрессиям, кого насильно выселяли из Латвии, о тех, кто просто стал жертвой нацистской пропаганды. "Приходил вербовщик, отводил тебя в соседний дом, показывал убитого соседа и говорил: "Он не хотел идти в легион. Ты тоже не хочешь?"".
Для нас, воспитанных на советской трактовке войны, где есть звери, а есть люди, это нечто неслыханное – оправдывать врага. На деле же все сложнее, все не черно-белое... В реальности, особенно когда война остается в прошлом, можно и за врага заступиться. К примеру, Самсонс отстоял человека, ныне профессора истории, служившего в военном оркестре легиона СС: того хотели репрессировать после войны, а Вилис за него заступился.
Но кого Самсонс не может понять и оправдать – так это современных политиков. Кстати говоря, Латвия – единственная страна Европы, которая не признает латышей, боровшихся с Гитлером, ветеранами войны. В 1996 году был принят закон, где "красным партизанам" было отказано в статусе участника Второй мировой войны! А ветераны нацистских подразделений "Ваффен-СС" каждый год с тех пор маршируют по улицам Риги – причем в день победы над нацистской Германией! Вот такая политика...
Второй мой собеседник – бывший легионер СС Валентинс Силамикелис, который в 90-е несколько раз участвовал в этих маршах, а потом перестал, решил, что не стоит. Закон об участниках Сопротивления, к которым относятся только легионеры СС, возмущает и его. Кстати, человек, который стал его лучшим другом после войны, воевал в Курляндии против него. "А я ведь мог его убить. И он мог меня убить. Это война", – говорил старик.
Силамикелис был рядовым 19-й дивизии 6-го корпуса СС, добровольно пошел воевать за немцев меньше чем за год до окончания военных действий. "Откосил" в начале войны, а в конце – пошел сам. Потому что, как он говорил, советские войска наступали, и это показалось ему страшнее, чем немецкая оккупация. В карательных операциях он не участвовал: был связистом в разведчасти.
Современную политику он оценивает точно так же, как и "красный партизан" Самсонс, – чуть ли ни в тех же самых словах! А на вопрос: "Почему вы воевали за немцев?", Силамикелис ответил: "Поймите, мы воевали не за, мы воевали против. Латышский легион создал не Гитлер, его создали сталинские репрессии, депортации 40-го года, когда людей десятками тысяч высылали в Сибирь, а их имущество переходило государству".
Ни те ни другие не воевали под правильными знаменами, но и у тех и у других были правильные враги – такая у него позиция. Мечтали только, что две диктаторские системы съедят одна другую, а люди вздохнут свободно.
Нет, были, конечно, и звери на войне. Например, шуцманы, которым немцы платили талонами на водку за пойманных и выданных партизан. Вилис Самсонс вспоминал, как такие "молодцы" расстреляли группу армейского разведчика, в том числе его жену с грудным ребенком. Только судят в наше время как военных преступников тех партизан, которые шуцманов казнили. Снова политика...
Создается ощущение, что некоторые политические деятели спустя 65 лет принялись играть в ту же войну: пытаются всех раскидать – на тех, кто слева, и тех, кто справа. Еще Вилис рассказывал, как после войны каждый год встречался с белорусами и русскими, с которыми вместе участвовал в операциях на стыке границ Белоруссии, России и Латвии – на Кургане Дружбы, что на реке Синюхе. Теперь там стоят латышские пограничники с собаками, и поэтому встречи закончились. Но тем не менее сослуживцы все равно собираются: на одной стороне – латыши, на другой – белорусы и русские; поют песни и машут друг другу руками...
"Война не должна ослеплять человека" – это слова ветерана-фронтовика. По-видимому, те, кто видел ужасы войны, рады уже просто тому, что она закончилась. Они готовы многое простить и понять, по-человечески отнестись к любому фронтовику, пусть даже к противнику, если, конечно, он в честном бою воевал, а не мирных жителей вешал. Потому что "война – это не награды, война – это люди", как сказал Самсонс. Может быть, дело тут еще и в том, что война делает людей сильными. А для того, чтобы уметь прощать, надо быть очень сильным человеком.
Источник: Фома
