Первая научная конференция памяти священника Георгия Чистякова (1953-2007) состоялась 25 июня в Российском государственном гуманитарном университете (РГГУ), в третью годовщину его кончины (22 июня). Организаторы конференции – сотрудники Центра изучения религий РГГУ выбрали для научного обсуждения тему, которой о. Георгий Чистяков посвятил многие свои работы: "Новозаветные исследования: проблемы и перспективы".
В РГГУ хорошо знали о. Георгия как талантливого историка, филолога, богослова, публициста, яркого преподавателя – в 1990-х гг. он читал студентам курсы по Новому Завету, по культурологии. Об этом упомянул, открывая конференцию, проректор РГГУ по научной работе Дмитрий Бак.
"О. Георгий – человек универсальных интересов. Но Новый Завет – это самое дорогое для него. Поэтому мы хотели связать его память с самой важной для него научной проблематикой. Тем более, что, как это ни парадоксально, у нас (в России – ред.) пока не было полновесной конференции по Новому Завету, новозаветная наука не структурирована, специалисты, которые работают в этой области, имеют мало возможностей для научной дискуссии. Мы надеемся, что новозаветные конференции памяти о. Георгия станут регулярными", – – сказал "Благовест-инфо" организатор форума, руководитель Центра изучения религий РГГУ, однокурсник и друг о. Георгия Николай Шабуров.
Как отметил в беседе с агентством сотрудник этого же центра и сын о. Георгия Петр Чистяков, конференция показала, что потребность в данной научной дискуссии действительно велика: желающих высказаться по теме каждого доклада было столько, что приходилось ограничивать их, соблюдая регламент. Он отметил также, что интерес к конференции проявили ученые из светских вузов и духовных школ, представители разных конфессий. В первой, сугубо научной части конференции выступили с докладами ученые из РГГУ, МГУ им. Ломоносова, Санкт-Петербургского университета, Московской духовной академии, Библейско-богословского института св. апостола Андрея, Свято-Филаретовского православно-христианского института, Католического института св. Фомы Аквинского.
Приведем темы лишь некоторых докладов: "Нищие духом" в контексте Нагорной проповеди: внутренний диалог филолога с переводчиком" (М. Селезнев), "Гипотеза Фаррера-Гоулдера: современные перспективы" (Г. Ястребов), "Руфь в Новом Завете" (А. Шмаина-Великанова), "Афины" в "Иерусалиме": греческая стихия в книгах Нового Завета" (А. Коваль), "Проблемы трапез в христианской общине Антиохии конца 40-х-нач. 50-х гг. I в." (А. Цветков), "Мир как колодец, могила и труп в Евангелии от Фомы" (И. Мирошников), "История редактур церковнославянского текста Апостола от первопечатника Ивана Федорова до наших дней" (П. Королев) и другие.
Вторая часть конференции была посвящена воспоминаниям друзей и коллег об о. Георгии. Николай Шабуров отметил, что вокруг имени его друга уже возникла некая "мифология", которую приходится развенчивать. Так, поступление "вундеркинда" Георгия Чистякова в МГУ в 14 лет является настоящим вымыслом (он стал студентом в 17 лет). Далее, нельзя сказать, что глубокую веру он получил в семье – это была "русская интеллигентная семья, почитающая традиции, но это не означает глубокой религиозности", отметил Н. Шабуров. По его словам, трудный и самостоятельный путь Георгия Чистякова к вере начался в 70-е гг. Коснувшись широких научных интересов своего однокурсника, лежащих в области истории, филологии, древних языков, он подчеркнул, что "огромный научный потенциал о. Георгия не был реализован до конца".
Друг о. Георгия и его преемник на посту руководителя Центра религиозной литературы Всероссийской библиотеки иностранной литературы Евгений Рашковский сделал сообщение "Библия как литургия и литургия как Библия", опираясь на опыт "двух великих священников" – – о. Александра Меня и о. Георгия, которые "радикально близки друг другу". Касаясь проблемы соотношения Священного Писания и Предания, Е. Рашковский отметил, что "служение этих батюшек, более царственное – – о. Александра и более эмоциональное – – о. Георгия, насыщалось библейскими смыслами; это была Библия, изливавшаяся в литургическое время".
Филолог Антонина Грек, которая стала прихожанкой о. Георгия, первоначально заинтересовавшись его публикациями в "Русской мысли", сравнила тексты священника и его живые проповеди. По словам исследовательницы, главная особенность текстов о. Георгия – их "абсолютная диалогичность, обращение к каждому конкретному человеку". "Как ученый, я часто была оппонентом о. Георгия, но нельзя не признать его огромного труда по вспахиванию сознания, по построению диалога в нашей Церкви", – – сказала выступавшая.
Искусствовед Ирина Языкова много лет сотрудничала с о. Георгием на радио "София". Главной нитью ее воспоминаний стало то, что о. Георгий "разрушил стереотипы, раздвинул границы понимания того, что такое священник на радио". Его передачи не сводились к назиданию, к раздаче готовых ответов, не были "вещанием сверху вниз". Он щедро делился с самыми разными слушателями своей эрудицией, размышлениями из области богословия, истории, литературы, поэзии, музыки и более широко – "евхаристическим отношением к жизни". Открытость же его "обезоруживала тех, кто звонил в эфир с подвохами".
О том, какое впечатление производила манера чтения лекций по Новому Завету о. Георгием, о миссионерском посыле этих лекций рассказал один из первых его слушателей – священник Олег Батов. Как следовало из слов о. Олега, на его решение принять священный сан во многом повлияло общение с о. Георгием. Публицист, редактор журнала "Истина и жизнь" Алла Калмыкова вспомнила об обстоятельствах совместной работы над публикацией новозаветных лекций о. Георгия в журнале, охарактеризовала "уникальность" филологического метода его комментариев Священного Писания. Кроме того, она размышляла над основными чертами пастырского богословия о. Георгия, а также над тем, что было названо ею "богословием боли" (речь шла о служении о. Георгия в Республиканской детской клинической больнице).
Коллега о. Георгия по работе в Правлении Российского библейского общества (РБО), потомственный протестант Сергей Попов воспринимает о. Георгия как "человека Божия", причем "жизнерадостного не по-русски". Говоря о том, что о. Георгий был "экуменистом в лучшем смысле этого слова", С Попов упомянул, что сам он использует проповеди о. Георгия на протестантском богослужении.
"Священник-друг, священник-брат, он был не выше своих прихожан, а часто ставил себя ниже их. Он был рыцарем. В православии нет рыцарских орденов, но слово "честь" при виде его вспоминается сразу", – – отметила известный библеист и переводчик Анна Шмаина-Великанова. На конференции не раз звучало, что о. Георгий был не только священником. Не оспаривая этого, она сказала: "Священник – это распятый человек. И в этом смысле о. Георгий был только священником".
Источник: Благовест-инфо
