От редакции. В августе 2011 года в Римини состоялся очередной крупный католический форум " Rimini Meeting 2011". На нем побывала Ксения Лученко , которая поделилась с "Русским журналом" своими впечатлениями от увиденного, а также рассказала о том, что такое христианская политика в современной Европе сегодня.
* * *
" Никогда еще не было более благоприятного времени для христиан в британской политике, чем сегодня, после беспорядков ", – заявил политический философ, директор влиятельного британского аналитического центра ResPublica Филип Блонд, которого газета The Telegraph однажды назвала "главным мотором идеи "Большого общества" Дэвида Кэмерона". Блонд выступал перед шеститысячной аудиторией в итальянском городке Римини. Зал был переполнен, и те, кто не попал вовнутрь, следили за встречей на больших мониторах.
Кроме Блонда, на встрече с участниками "Rimini Meeting 2011" – гигантского католического форума, проводившегося в этом году в 32-ой раз – выступали губернатор Ломбардии Роберто Формигони; советник премьер-министра Пакистана по делам религиозных меньшинств католик Пол Бхатти; лидер фракции Европейской народной партии в Европарламенте Жозеф Доль; депутат парламента штата Сан-Паулу (Бразилия) Маркос Зербини. Эмилия Гварньери, директор Митинга призналась, что организаторы очень хотели видеть среди участников христианского политика из России, но никого не нашли.
Роберто Формигони пришел в политику, будучи не просто убежденным католиком, но и членом движения Comunione e Liberazione ("Общение и освобождение"), основанного священником Луиджи Джуссани в середине 1950-х годов. Из этого движения вышли многие влиятельные политики (кроме Формигони, еще депутат Европарламента Марио Мауро, сенатор Рокко Бутильоне и другие) и священнослужители (например, архиепископ Паоло Пецци, ординарий архиепархии Божьей Матери с центром в Москве, или бывший патриарх Венеции, новоназначенный архиепископ Миланский кардинал Анджело Скола). Экономическая ветвь движения "Общение и освобождение" – Compagnia delle Opere – объединяет предпринимателей-католиков из 12 стран и представляет их интересы на внутреннем и международном рынках.
Очевидное для всех свидетельство деятельности Comunione e Liberazione – ежегодный форум "Римини-Митинг", который за неделю посещает около 800 тысяч. В этом году "Митинг" совпал по времени с визитом Папы Бенедикта в Испанию: одновременно больше миллиона человек собрались на мессу в Мадриде и чуть меньшее количество посетило "Римини-Митинг", где на множестве площадок выставочного комплекса "Римини-Фиера" проходили встречи, лекции, выставки, концерты. Европейцы пожертвовали последними жаркими днями августа, чтобы провести их в напряженных размышлениях о своей вере, общении и дискуссиях на богословские, общественно-политические и научно-популярные темы. Все организаторы "Римини-Митинга", включая две тысячи молодых людей, работавших в качестве хостесс, водителей, официантов, уборщиков и т.д. – добровольцы, не получившие ни цента за напряженную работу в течение недели. В день открытия Митинга в "Римини-Фиера" выступал президент Итальянской республики Джорджо Наполитано. Его приезд, кстати, никак не сказался ни на дорожной ситуации в Римини, ни на свободе передвижения рядовых посетителей "Митинга".
Губернатор Ломбардии Формигони считает, что одна из основных задач христианской политики – " защищать интересы Церкви в общественном пространстве ". Он убеждал посетителей "Митинга" не верить тем, кто утверждает, что вера – частное дело. " Христианство не может быть исключено из политики. Христиане должны участвовать, вмешиваться, вносить вклад в созидание общественного блага ". Темы общественного блага (common good) так или иначе касались все выступавшие на "Митинге" политики. Так, Жозеф Доль считает, что каждый христианин в некотором смысле политик, потому что политика начинается с сообществ – семейных, местных, региональных, и признался, что лучшая должность – мэр небольшого городка, занятый решением реальных проблем конкретных людей, членов локальной общины. Филип Блонд считает, что создание общественного блага на основе секулярных ценностей, – будь то коллективизм или индивидуализм, два порождения Французской революции, – невозможно. И коллективисты, и индивидуалисты исходят из посылки, что " все общество такое же, как и я ". " Моя главная цель как политического философа – атаковать секуляризм, – говорит Блонд. – Для начала я обычно спрашиваю, что такое общественное благо? Имеете ли вы представление о принципе субсидиарности [1] ? ".
Если Блонд, Формигони и Доль говорили как представители политической элиты, то Бхатти и Зербини показывали, как христиане работают с реальными общественными проблемами. Брат Пола Бхатти, Шахбаз Бхатти, – современный мученик за веру, политик, погибший "за други своя". Он был первым министром по делам религиозных меньшинств Пакистана. В марте 2011 года его убили мусульмане-фундаменталисты. Шахбаз занимался защитой христианского меньшинства в государстве с агрессивным исламским большинством. По словам Пола Бхатти, " конфликты между мусульманами и христианами, сопровождающиеся насилием, – обычное дело в Пакистане ". Шахбаз Бхатти выступил в частности резко против введения для христиан особых, отличных от мусульман, удостоверений личности (ID-cards) и других проявлений дискриминации. Он не раз получал угрозы в свой адрес и на вопросы о том, почему не эмигрирует из Пакистана, отвечал: " Я не могу оставить свою страну и свой народ, потому что так я предам дело своего христианского свидетельства. Я хочу жить у ног Христа и умереть за Него ". Католические епископы Паксистана уже поставили вопрос о канонизации Шахбаза Бхатти как мученика за веру.
Маркос Зербини, будучи активным членом Comunioine e Liberazione , на протяжении 20-ти с лишним лет занимается помощью жителям фавел Сан-Паулу. Именно эта деятельность, направленная на социализацию нищих и бездомных, привела его, в конце концов, в кресло депутата.
Но в центре внимания на Митинге в этом году была британская тема. И не столько из-за социальных потрясений. Осенью 2010 года Папа Бенедикт XVI впервые был в Великобритании с официальным визитом и причислил к лику блаженных кардинала Джона Генри Ньюмана – одного из самых ярких персонажей Викторианской Англии, англиканина, совершившего немыслимый по тем временам поступок – перешедшего в католицизм и написавшего не только теологические труды, но художественные произведения и автобиографию, которые считаются классическими образцами английской литературы XIX века. К сожалению, они до сих пор не переведены на русский язык. Выставка о жизни и богословских поисках Ньюмана была одной из самых посещаемых на Митинге.
Формально подведению итогов папского визита в Великобританию был посвящен круглый стол "Христиане в публичном пространстве", который вел ирландский писатель и публицист, колумнист The Irish Times Джон Уотерс, но разговор вышел далеко за рамки обсуждения публичного резонанса от приезда Папы. Остин Айвори, координатор информационного агентства Catholic Voices рассказал о кризисе, в котором пребывает британское общество, появился даже термин "сломанная Британия" (broken Britain): школы без дисциплины, права без обязанностей, – миф о великой протестантской нации умер. По его словам, проблема в том, что " демократия сама по себе не может быть источником морали, она всего лишь инструмент для разрешения несогласий ". Адриан Пабст, преподаватель курса европейской политики университета Кента, говорит о том, что кризис не только британский, но и паневропейский. Общество находится между двумя крайностями – секуляризм и религиозный фундаментализм. На самом деле, их общий корень – соотношение веры и разума: " Вера без разума превращается в фундаментализм, но только вера может спасти разум от того, чтобы им манипулировали идеологии. Вера и религия способствуют политическому благоразумию ". По словам Пабста, выход вовсе не в "новой теократии", но в народной христианской демократии. Духовенство не должно быть вовлечено в политику, но роль мирянских движений, тесно связанных с Церковью, должна возрасти.
Когда в Италии шел "Митинг", в России как раз разворачивалась дискуссия вокруг антицерковных высказываний Вячеслава Иноземцева, которого прочили в главные идеологи "Правого дела". При сравнении выступлений европейских политиков и философов с публикациями и высказываниями в отечественных СМИ, прежде всего, бросается в глаза катастрофическая разница не только в уровне дискуссии, ее интеллектуальном и идейном качестве, но даже в самом дискурсе, понятийном аппарате. Если в Европе "христианское лобби" и "христианские ценности" – исторически значимая часть политического ландшафта, которая может нравиться или нет, но никого не удивляет, то у нас сама артикуляция этой темы выглядит едва ли не комично. Отчасти это связано с невежеством "новых атеистов". Но во многом – с тем, что образ Церкви для них и для огромного количества комментаторов в соцсетях, на сайте газеты "Ведомости" и других, связан исключительно с духовенством. "Православная политика" для них – лоббирование "попами" своих интересов, таких как православные предметы в школе, капелланы в армии, налоговые льготы. Эти условные "попы" как бы висят в воздухе, представляют самих себя, свою корпорацию, не выражают ничьих интересов. У них как бы нет "электората", кроме безголосой массы абстрактных "80% православных", а учитывая, что лицам в духовном сане официально запрещено участвовать в политической жизни – баллотироваться или агитировать, – претензия на политическое влияние вызывает недопонимание, а то и возмущение.
Это искажение образа Церкви как субъекта общественно-политических отношений происходит от отсутствия социально активных мирянских сообществ. Реальных, а не опереточных ряженых, бредящих о "Святой Руси". Не встроенных в клерикальную вертикаль, но развивающихся снизу, как сообщества современных христиан, желающих влиять на жизнь страны. Неудачный эксперимент с христианской демократической партией в 90-е годы, совпавший с ликвидацией едва народившейся системы православных братств на Архиерейском соборе 1994-го года, привел к уродливой картине, когда на выражение интересов верующих людей в политике претендуют либо собственно церковные чиновники, либо случайные "спонсоры", которые не изначально сформировались как христиане-политики (как, например, Формигони или Бутильоне), а имеют какие-то дела с представителями Церкви в своих регионах. У них, как правило, нет опыта подлинной церковной жизни, они не всегда могут артикулировать, в чем именно их убеждения можно назвать христианскими, поэтому все сводится к имперско-патриотическим лозунгам. Чтобы инициативы мирян – зрелых, компетентных, не идеологизированных и свободных, – могли вызреть в российском климате, даже при благоприятных обстоятельствах должно пройти немало лет.
Поэтому пока остается вслушиваться в голоса из Европы.
[1] Субсидиарность – организационный и правовой принцип, согласно которому задачи должны решаться на самом низком, малом или удалённом от центра уровне, на котором их решение возможно и эффективно.
