У трех вокзалов на Каланчевке, в скверике рядом с вентиляционной шахтой, где можно хотя бы чуть-чуть согреться, сотрудники МЧС развернули походную кухню: кормили всех, кто пришел на вкусный запах гречневой каши с мясом.
В Москве вчера было минус 21. Жить при наличии теплой шубы и сапог, конечно, можно. Жить на улице – смертельно опасно. А если учесть, что холодная погода держится уже десять дней, ситуация для бездомных чрезвычайная. По официальным данным, в январе этого года в России от переохлаждения умерло 64 человека, в больницы с обморожением поступило 779 человек. Бомжам помогают. Каждую среду у Павелецкого вокзала их кормит, лечит и одевает знаменитая и обожаемая бездомными Лиза Глинка. Нынешняя акция эмчеэсников проводится совместно с Русской православной церковью. При РПЦ действует семь приютов, а также три мобильные службы помощи (две в Москве и одна в Екатеринбурге). Автобус "Милосердие", без преувеличения, спасает бездомных от смерти, принимая в свое теплое нутро подобранных на морозе полуживых людей. Два часа в тепле и чашка горячего чая – иногда это жизнь.
Помощь хорошая, но как же она ничтожна мала. Вчера к трем вокзалам стекались бездомные. Повар полевой кухни старшина МЧС Юрий Горюнов, который в течение всего дня орудовал половником, говорит, что каши наготовили человек на триста. Но по данным Синодального отдела по церковной благотворительности и социальному служению Московского патриархата, бомжей в Москве около пяти тысяч.
И если летом они находят более-менее уютные убежища в Подмосковье, то в мороз, который сейчас накрыл столицу, спрятаться им некуда.
– Ребят, подходите обедать, стесняетесь что ли? – зазываю я двух узбеков, одетых в женские драповые пальто. – Откуда?
– Ташкент, – отзываются и, предвидя вопросы, оправдываются, – работы сейчас мало, еды не хватает.
Их оттирает бойкий мужичок, из тех, что не пропадет даже в самой незавидной ситуации. Он уже однажды пользовался услугами поваров МЧС, знает "Алексеича", который всегда на раздаче.
– Сарафанное радио быстро в Москве работает, ребята, которые у Павелецкого "тусуются", о кормежке узнали от врачей "Милосердия", – вступает он со мной в разговор, но отмахивается от фотокорреспондента, – незачем, чтобы мою физиономию непутевую здесь знакомые увидели... Слышь, дамочка, у тебя обуви лишней нет? Сорок первый размер?
Пока народ стоит в очереди за кашей и сладким чаем, эмчеэсники из досок сооружают столы. На них – одноразовая посуда, миски с хлебом, его периодически подносят. Сообщают всем, что завтра кормить будут у Курского вокзала.
А послезавтра? Мороз такой, что шариковая ручка, которой я пытаюсь зафиксировать все, что вижу вокруг, не пишет. Руки окоченели и не слушаются.
– Если температура не повысится, акции будем продолжать, – по-военному сухо обещает начальник пресс-службы главного управления МЧС России Евгений Бобылев и добавляет уже совсем тепло, – вы ведь видите, здесь собираются люди, попавшие в очень сложную жизненную ситуацию.
Воронеж
На время морозов воронежское МЧС организовало ночлег для бродяг в привокзальном бомбоубежище.
С 22 часов и до 8 воронежские бездомные могут тут бесплатно переночевать. Акция продлится до потепления.
Бездомные на привокзальную площадь подтягиваются трижды в день: в полдень, когда из Никольского храма приезжает автобус с обедом, в 18 часов – на ужин от городских властей, и в 22 – на ночлег. На обед у них рисовый суп, пшенная каша на молоке и сладкий чай. Готовят на 100 человек, приходит от 30 до 40. Большинство наедается впрок, некоторые набирают кашу в ведерки из-под майонеза, наливают чай в баклажки – для товарищей, которые по тем или иным причинам не смогли прийти.
– Сейчас ребята из милиции подъедут, им оставьте, – хриплым голосом попросил мужчина с опухшим лицом. Другие, получив свою порцию, благодарят.
На боку православного автобуса написано "Твори добро". Рядом автобус от муниципалитета – в нем бездомные могут согреться и поесть во благе. На ночь бродягам открывают бомбоубежище. Милиционер переписывает пришедших для статистики, вместе с ними под землю спускаются помогающие бездомным волонтеры. Они раскладывают на столе йод, бинты, перекись водорода и средства от туберкулеза.
Подготовил Антон Валагин
компетентно
В январе от переохлаждения в России пострадала одна тысяча четыреста человек. Одним из них мог быть десятилетний мальчик из подмосковного Голицына, который ушел из дома, поссорившись с родителями. К счастью, вчера ребенок нашелся. О том, как происходят поиски пропавших, "РГ" рассказала Ирина Воробьева, журналист радиостанции "Эхо Москвы" и волонтер добровольческого поискового отряда "Лиза Алерт":
– Я сейчас как раз возвращаюсь из Одинцовского района, где 7 февраля пропал мальчик. Он убежал из дома и родители не знали, где он. На двенадцати машинах мы выехали из Москвы, но местная полиция, к счастью, уже сама нашла его. Слава богу, рано начали искать.
В поиске решающую роль играет мгновенная реакция. Обычно люди звонят нам, когда уже стемнело. До темноты ищут сами, потом начинают бегать, понимая, что уже темно и они уже ничего не смогут. Бегут в полицию, МЧС, к нам, и в результате мы приезжаем только ночью.
Поиск детей на самом деле проходит по-разному. Есть потерявшиеся дети, есть "бегунки". Например, если "бегунок" зарегистрирован в социальных сетях, мы даже на наш сайт не вывешиваем информацию про поиск, чтобы не пугать его. Потому что, если сбежавший из дома ребенок узнает, что его ищут в определенном районе, он может из него уехать. Если ребенок просто исчез – это совсем другая история. Мы работаем и с полицией, и с родственниками, делаем расклейки, пытаемся поговорить с друзьями.
В лесу, как правило, теряются маленькие дети, до 10 лет. В таких случаях начинается массовая мобилизация, мы тщательно прочесываем лес, отсекая в первую очередь водные ресурсы, потому что если быстро не отреагировать, есть большая вероятность того, что ребенок, выйдя к реке попить, может утонуть. В грибной сезон валом пропадают грибники-старики, которые идут в лес и теряются. Теряются больные старики в городе, например, с болезнью Альцгеймера. Они просто не понимают, что происходит, и куда-нибудь уходят. Потерявшиеся старики и дети в этом смысле абсолютно одинаковы, потому что не знают куда идти и что делать. Здесь иногда могут помочь бездомные. Они для нас – категория людей, которые что-то знают. Если, например, ребенок пропал в районе, мы стараемся их опросить – "видели-не видели". Они как бабушки у подъезда. Пока мы ни разу не находили среди бомжей наших пропавших, хотя сейчас подозреваем, что одна из наших потерявшихся находится среди бездомных. Но, к сожалению, мы ее пока не можем найти.
Зимой в лесу, к счастью, у нас поиска нет, потому что люди возвращаются по своим следам. Хотя за зиму у нас было два чудесных случая, когда дети терялись, гуляя вместе с родителями в лесопарках на лыжах. Папа шел впереди, уехал куда-то за горку и все. Ребенок потерялся. Но оба случая закончились хорошо. В первом ребенок перепутал лыжню и вышел к какому-то финишу соревнований, а второй через несколько часов сам дошел до дома.
Цифра
1,4 тыс. человек пострадали в России от переохлаждения
Источник: Российская газета
