21 мая 2012 года парламент Норвегии принял решение отделить Евангелическо – лютеранскую Церковь от государства. Вопрос обсуждался с 1840 года и по прошествии 170 с лишним лет был решен положительно.
Мелкое событие и для наших масштабов, и для свойственной нам глобальности подходов. Ни комментариев, ни интереса экспертов. Хотя, казалось бы, вот событие и новый аргумент для поборников секуляризма, ан нет, никто и не заметил, или не захотел заметить.
Если не захотел заметить, то почему? А потому, что ответ на этот вопрос в ответе на другой вопрос: а в чем, собственно заключается это отделение? Заключается же оно в том, что теперь архиепископ и старшие пасторы не будут назначаться представителями власти, и будут занимать свои посты на основании решений церковных органов, лютеранство официально перестает быть государственной религией и становится одной из религий и духовных течений, исповедуемых в стране. При этом лютеранские священники сохраняют статус чиновников, государство несет ответственность за поддержание церквей в надлежащем состоянии, Церковь сохраняет свое присутствие во всех сферах жизни общества. Вот и все отделение. Ни тебе изгнания Церкви из Школы, ни запрета на социальное служение, ни запретов на оценки и высказывания происходящего в стране, ни чего того, за что ратуют наши российские поборники секуляризма.
Тут вообще для них ситуация сложная. Начни радоваться, и надо говорить, что в Германии и Финляндии, в других странах ЕС, церковь остается государственной, что она активно участвует в воспитании и образовании граждан, а это участие обеспечивается бюджетными деньгами, и еще многое – многое другое. Поэтому лучше не заметить.
Лучше подождать какое-то время, и опять громко заявить, что у нас, мол, Церковь от государства отделена! Отделена и баста! Поэтому долой священника из армии, школы, больницы, в общем, отовсюду долой! Забывая о том, что отделена она декретом В. Ленина, для которого этот самый декрет был первым шагом в начале кровавого террора против нашей страны. Лучше подождать, а потом выступить за европейский путь развития, и европейский выбор России. Так происходит давно, и все уже к этому привыкли. Это вот и плохо. Плохо потому, что усилиями таких поборников европейского пути, мы строим очередной атеистический ГУЛАГ. Где все права у тех, кто не верит в Бога, и нет прав у тех, кто верит в Него.
К западной модели развития нельзя относиться как к походу в супермаркет. Это там я подхожу только к тем полкам, которые мне нравятся, выбираю несколько баночек из огромной подборки продуктов и оплачиваю только то, что выбрал. Принятие модели развития – это усвоение ее норм и правил в совокупности, т.е. целиком, без изъятий. И в этом комплекте и свободные выборы, и реально влияющий на политику парламент, и подотчетный обществу президент, свободный суд, и многое другое, в том числе государственная церковь, или, по крайней мере, Церковь, как активно работающий, представленный в общественной жизни, в социальной и образовательной сфере институт.
Демократию нельзя построить в атеистическом обществе. История не знает таких примеров. Без Церкви можно построить Северную Корею или Кубу, или еще чего-то, где одна половина населения будет сидеть в тюрьме, а другая половина будет ее охранять. Все остальное: рыночная экономика, гражданское общество, конкурентная политическая система, социально ответственное государство – только с Церковью, и никак иначе.
Игорь Князев – Епископ Северо – Европейского округа Евангелическо – лютеранской Церкви Аугсбургского Исповедания России, кандидат политических наук.
