Литературный критик и писатель Павел Басинский завершил работу над книгой "Святой против Льва".
Новая книга писателя посвящена отношениям двух выдающихся людей прошлого столетия – великого русского писателя Льва Толстого и самого популярного священника страны Иоанна Кронштадтского.
Павел Валерьевич, в чем суть конфликта, произошедшего между героями вашей книги?
Отец Иоанн Кронштадтский не просто самый популярный священник в России, которого знала вся страна. Он уже при жизни был причислен к лику святых. Его слава была огромна. В чем-то даже больше, чем у Толстого. Если к Толстому каждый день приходили 30-40 человек, то к отцу Иоанну – тысячи. Толстой отрицал Церковь . Он считал, что вера должна проявляться в непосредственном общении человека с Богом и должна подкрепляться делами. Иоанн Кронштадтский считал, что вне Церкви человек однозначно погиб. Они оба были очень категоричными людьми. Оба были властителями умов. В их конфликте выразился раскол общества, который предвосхитил революцию и Гражданскую войну.
В чем поучительность этого сюжета?
В трагичности этой истории. Два выдающихся человека не поговорили между собой, не захотели понять друг друга. Вместо диалога они выбрали противостояние. Подобный раскол был между интеллигенцией и народом, между интеллигенцией и властью, между разными классами общества. Из идейного поля все это выплеснулось на реальные поля сражений. И сейчас у нас в обществе – отзвуки того же самого. Мы не хотим понимать друг друга. Светская культура нападает на Церковь . Церковь критикует светскую культуру. Все это неправильно. Если мы будем жить в этом режиме противостояния, то опять дождемся каких-то социальных потрясений. Нам всем надо научиться понимать и уважать друг друга, быть терпимыми, да просто добрыми людьми, наконец!
Что, по-вашему, должна делать Церковь , чтобы быть современной?
Это сложный вопрос. Церковь – очень древняя структура. Куда более древняя, чем все наши политические и общественные институты. И она сама должна отвечать на вызовы времени. Светские люди не могут диктовать Церкви свои правила. С другой стороны, Церковь не может навязывать светской культуре свои нормы.
А что вам не нравится в современной Церкви ?
Я не имею права ее критиковать. Есть много замечательных священников, которые трудятся в поте лица. Служат литургию, исповедуют, читают проповеди, крестят детей и взрослых, отпевают умерших, организовывают воскресные школы и многое другое. Когда было наводнение в Крымске, Церковь наряду с другими волонтерами приезжала туда и делала очень много для людей. Все это вызывает уважение. Но вот когда я слышу выступление Всеволода Чаплина, в котором он призывает девушек перестать носить короткие юбки, я не понимаю, что это. Провокация? Желание привлечь к себе внимание? Подобные выпады раздражают общество. Мне больше по душе выступления дьякона Андрея Кураева, стоящего на позиции просвещенного человека. Надо понимать, что Церковь – это не монолитная структура, а разные люди. Например, к Толстому в конце XIX – начале XX века было ведь тоже разное отношение. В том числе среди священников и даже церковных иерархов. Иоанн Кронштадтский называл Толстого сатаной. Епископ Антоний Храповицкий критиковал его с культурно-богословских позиций. Инициатор отлучения Толстого от Церкви митрополит Санкт-Петербургский Антоний Вадковский был почетным профессором Оксфордского и Кембриджского университетов, широко, по-европейски образованным человеком. Я думаю, что отлучение Толстого для него самого было непростой личной проблемой. Неслучайно он писал жене Толстого Софье Андреевне письмо с просьбой помочь вернуть ее мужа в православие, неслучайно в 1910 году он отправил умиравшему в Астапове Толстому телеграмму с той же просьбой. Проблема отпадения Толстого от Церкви волновала наиболее просвещенных церковных иерархов, они понимали, что не только Толстой, но и Церковь слабеет в этом неразрешимом конфликте. В любом случае, тогда это был спор умных людей, а не сегодняшние судебные заседания по поводу женщин, которые в цветных колготках танцуют в храме, и за это их на два года сажают в колонию. Мне отвратительна и акция этих женщин, и то наказание, которое к ним применяют. Все это одинаково далеко от христианства.
Сегодня часто можно услышать, что за нападками на Русскую православную церковь стоит Запад.
Это вера в теорию заговора. Многие убеждены, что есть какие-то структуры, которые хотят планомерно разрушить Россию и Православную церковь . Это чушь.
С другой стороны, тот резонанс, который приобрело дело Pussy Riot на Западе, тоже ненормален. Акция Pussy Riot – это элементарное хулиганство, совершенное в православном храме в центре Москвы.
Я не считаю, что наказание, которое к ним применили, соразмерно их поступку. Достаточно было административного наказания. Но делать из них героинь, мучениц "режима", сравнивать с Андреем Сахаровым и Александром Солженицыным – значит просто сознательно унижать Россию.
Павел Валерьевич, а как вы сами относитесь к панк-молебну?
Знаю, что кто-то считает это искусством, на мой же взгляд, это элементарное кощунство.
Источник: Вечерняя Москва
