"Ноябрьские праздники" в советском детстве – это празднично-приподнятое настроение, демонстрация (идешь вместе со взрослыми и помогаешь нести транспарант или портрет), воздушные шары и флаги – много красных флагов... Тогда я не знала, что стоит за этим "красным днем календаря", не осознавала, отчего он на самом деле – красный и чьей в действительностью кровью окрашенные алые знамена.
– Я вспомнил случай из советских времен. 7 ноября светский человек поздравил с праздником священника. Священник ответил: "Спаси Господи! Сегодня действительно праздник. Сколько этот день дал нам мучеников!" – эту историю архиепископ Верейский Евгений рассказал вчера на открытии выставки "Преодоление. Русская Церковь и Советская власть", организованной Православным Свято-Тихоновским гуманитарным университетом совместно с Музеем современной истории России и приуроченной к двадцатилетию университета. Владыка сравнил гонения на Русскую Православную Церковь в ХХ веке с гонениями первых веков христианства...
Выставка, которая является результатом кропотливых трудов ПСТГУ по изучению истории Церкви, проводит зрителя по всему ХХ веку, начиная с самого начала столетия.
Дореволюционная жизнь выглядит на общем фоне позитивно, в цифрах рассказывается, какую работу проводила Церковь, сколько было, например, тогда больниц при монастырях и храмах. Но идеализации здесь нет – документы бы и не позволили.
– Этот зал должен стать ответом, почему после революции сразу столько народа отвернулась от Церкви, – говорит куратор выставки диакон Павел Ермилов. – Тогда проблемы были, в том числе в связи с глубокой зависимостью Церкви от государства, власти.
Подтверждение этих проблем – заголовки статей в дореволюционных газетах, которые можно увидеть на стендах выставки: "О необходимости перемен в русском церковном управлении", "Церковная разруха"...
Потом была революция, восстановление патриаршества, начало гонений. Документы, фотографии говорят ярче и весомее, чем толстые исторические фолианты. Вот протокол заседания Совета народных комиссаров под председательством Ленина, в котором постановляется утвердить "ликвидацию мощей во всероссийском масштабе". А вот – фотографии, как постановление исполнялось, что называется, на местах.
Можно почитать воззвание Патриарха Тихона о помощи голодающим, где есть слова: "Паства родная моя! Помогите стране, умирающей от голода!" И сравнить это воззвание с письмом Ленина об изъятии церковных ценностей, где нет ни слова о спасении голодающих. Зато присутствует выражение: "Мы должны именно теперь дать самое решительное и беспощадное сражение черносотенному духовенству и подавить его сопротивление с такой жестокостью, чтобы они не забыли этого в течение нескольких десятилетий". Что ж, с поставленной задачей Ленин и компания справились на отлично.
По мнению диакона Павла Ермилова, выставка может ответить на те претензии, которые к Церкви выдвигает современное общество: "Представив, через что прошла Церковь в прошлом веке, можно понять, в каком состоянии она находится. В Русской Православной Церкви уничтожили лучшее духовенство, и теперь мы пожинаем плоды тех страшных лет"...
Да, советская власть целенаправленно пыталась уничтожить Церковь, все, что с ней связано, причем разными методами. И прямым истреблением, и с помощью внутренних расколов. Все это прочитывается на экспонатах выставки.
Власти нужно было в двадцатые готовить "достойную" смену, тех, кто в тридцатые годы прошлого века будет профессионально, с чувством долга планомерно ссылать в лагеря священников (и не только), расстреливать. А сейчас, в двадцатые, они, еще дети, в пионерских галстуках шагают с плакатами "Пионеры, бейте тревогу. Ваши родители молятся Богу". Или рисуют на листе, вырванном из школьной тетради, антирелигиозные рисунки, называя Пасху "кулацким праздником" и поясняя "поп и кулак – классовый враг".
Возможно, именно из этих детей выросли потом те самые товарищи из НКВД с железным взглядом, чьи фотографии тоже можно увидеть на выставке. Что ж, палачей, наверное, тоже следует знать в лицо. Телогрейка заключенного, ужасное женское темное самосшитое платье, а рядом – форма сотрудника госбезопасности... Если бы у вещей была память, они бы узнали друг друга.
Быт заключенных, Соловецкий лагерь особого назначения, куда часто отправляли духовенство, разрушение храма Христа Спасителя – все эти печальные этапы истории показаны в экспозиции.
В заключении люди пытались жить. Они творили, рисовали, что-то создавали своими руками (например, трогательную куклу, сшитую кем-то из заключенных), читали стихи (крошечный самодельный томик стихов Александра Блока), писали на волю близким. Трогает открытка, отосланная матерью своей дочке, в которой – скрытое, непрямое поздравление с Рождеством. А протоиерей Михаил Околович, находясь в заключении, в письме к Татьяне Александровне Шапуновой поддерживает и утешает женщину. Пишет ей пожелание "Дай Бог не ослабевать и укрепляться".
Шла в тюрьмах, лагерях и молитвенная жизнь, люди молились по самодельным молитвенникам, более того – служили Литургию. Среди экспонатов – тюремный иконостас, маленькие потиры, а порой – приспособленные под них тарелки...
Когда двигаешься из зала в зал, от экспоната к экспонату, охватывает чувство, что не может же быть так, что зная про этот ужас, мы не образумились, не поняли, не извлекли уроков. Ведь иначе нельзя смотреть в глаза тем людям, которые прошли через страдания, которые смотрят на нас с фотографий. Фотографии занимают один из залов. По стенам – докатастрофные, где священнослужители – в облачении или с семьями. Счастливые, радостные. А потом – стена-выход с фотографиями из личных дел. Часто это – последние фотографии. И чтобы пройти в следующий зал через эту арку, нужно наклониться. Точнее – поклониться.
Представлены на выставке и 40-е – 70-е годы прошлого века, когда гонения на Церковь ослабевали, принимали какие-то скрытые формы. Затем – начавшееся церковное возрождение. Итог экспозиции – иконы новомученников.
– Кто не помнит историю, тот не имеет будущего, – сказал на открытии выставки протоиерей Владимир Воробьев, ректор ПСТГУ . А затем добавил, что помнить – трудно, поскольку гонения были направлены не только против конкретных людей, но и против идей, против памяти. Тогда стремились стереть все.
Поэтому так важно восстановить, извлечь из провалов памяти то, что пытались уничтожить в период советской власти. Этим во многом и занимается Православный Свято-Тихоновский гуманитарный университет.
Но важно, чтобы эта работа была востребована обществом (то есть нами), чтобы наша болевая память была постоянной, а не точечной, по поводу. Протоиерей Владимир Воробьев напомнил, что в Израиле есть музей Яд ва-Шем, посвященный Холокосту.
– Он производит невероятно впечатление, – заметил отец Владимир. – Именно так и надо хранить память о своих страдальцах. Мы так не умеем.
Может быть, пора, наконец, учиться?
Выставка "Преодоление. Церковь и советская власть" проходит в Музее современной истории России. Москва, Тверская, 21. Продлится до 9 декабря.
Источник: Фома
