Каких только людей у нашего царя нет
Н.С.Лесков
Удивительная выдалась нынче зима в Сочи. К Рождеству расцвели подснежники, цикламены, незабудки, анютины глазки, анемоны, нарциссы. К Крещению на теплых склонах распушились желтые бусинки мимозы. Появились цветы и на нескольких уцелевших кустах камелии. Ирисы цвели с декабря, а розы вообще не переставали цвести.
Красота! Порою стыдно становится: дети и друзья то от морозов не знают куда деваться, то в оттепели с мокрыми ногами по Питеру бегают, лавируя между падающими с крыш сосульками. А ты тут на солнышке при 18 градусах в тени. Но фенологические радости омрачены реальными скорбями. Главная – от того, что пространства, на котором могут расцветать цветы, становится все меньше. Некогда зеленые склоны сереют бетоном ново построенных коттеджей и высоток. Там, где еще недавно можно было погулять под пальмами и магнолиями, металлические заборы, над которыми возвышаются бетонные короба строящихся гостиниц. Гостей не видно. Громады высоток уже несколько лет стоят с неосвещенными окнами. Никаких признаков жизни.
Другая скорбь – пробки на дорогах. Можно и час простоять на одном месте... Но иногда и пробка может порадовать. 12 февраля пробка подарила мне замечательный сюжет. Простояв 20 минут в районе стадиона, я решил покинуть маршрутку и, невзирая на дождь, прогуляться вдоль многокилометровой вереницы неподвижных средств передвижения. Выходя из маршрутки, я чуть не столкнулся с человеком в подряснике. Он медленно шел по проезжей части с рюкзаком за плечами, с промокшей скуфьей на голове, в легких башмаках, не рассчитанных на долгие прогулки под дождем. Ни зонта, ни накидки, лишь демисезонная куртка. Но он и не собирался скрываться от непогоды под крышей автобуса. Время от времени доставал из-под полы куртки большой восьмиконечный крест на массивной серебряной цепи и осенял все четыре стороны. Я прошел за ним минут пять, а когда он повернулся с крестом в руке в мою сторону, попросил его благословить меня. Он пристально посмотрел мне в глаза и перекрестил, громко и четко проговорив: "Во имя Отца, Сына и Святого Духа!"
Я сразу понял, что это не священник, но на всякий случай спросил: "Вы иеромонах?"
– Нет. Я пророк Иисуса Христа.
– Вот как... А как же вас, отец пророк, величать? – я еле сдержал улыбку. Но после его ответа впору было рассмеяться.
– Я – Всероссийский пророк Иисуса Христа Победитель Каменный.
– Интересное имя. А как вас величать покороче?
– А никак. Так и зови.
– А матушка вас в детстве как звала?
– Витей. Потому и Победитель. Виктор – значит Победитель.
– А каменный, наверно, от Петроса? Виктор Петрович?
Пророк удивленно посмотрел на меня и с минуту помолчал: "Сам догадался?"
Я в ответ улыбнулся: "Не трудно догадаться".
– Нет, трудно. Это тебе Дух Святой открыл.
Возражать я не стал. Спросил "Не от старцев ли он идет, что подвизаются в горах Абхазии?" Оказывается, он ничего о них не знает, а дошел лишь до границы и, как он выразился "осветив и окрестив" ее, бредет обратно. Путь он держит на Москву, а потом направится домой – на Дальний Восток". На поездах он не ездит: либо на своих двоих, либо с дальнобойщиками на больших фурах.
– Вот, хожу, крещу и освещаю Россию – Матушку.
– Так ведь Великий Князь Владимир это уже сделал.
– Он крестил в воде, как Иоанн Креститель, а я крестом осеняю. Говорю о конце света и Страшном Суде, о том, что времени осталось мало, и нужно спешить с покаянием. Бесов прогоняю и собираю грехи.
– Ну, и как получается?
– Хорошо получается. Думаешь, чего это так быстро Олимпийские объекты строятся? Это я несколько лет назад подумал: зачем из России заграницу отдыхать люди ездят, когда у нас Сочи есть. Нужно большие деньги сюда привлечь. Деньги – это грех. А у нас грешных людей полно. Где будет много денег, туда народ и повалит. Вот все и получилось. Я прошел сейчас, посмотрел – все делается, как надо. Вот еще Сочи пройду, соберу грехи людские и понесу их в Москву.
– Зачем же вы грехи отсюда в Москву понесете? Сами же сказали, что чем больше грехов, тем больше народу приедет.
– Это правильно. Но тут уже столько денег, что и так все слетятся. А если я не уберу грехи тех, кто здесь живет, может и не доживет никто до олимпиады. Задохнутся от грехов.
– И что же вы с грехами делаете?
-К Кремлю складываю.
– Зачем к Кремлю?
– Как зачем? Нами Кремль управляет. Туда и приношу. А куда еще?
– А в какое место? К мавзолею?
– Нет. Туда не пускают. Я встаю у храма Василия Блаженного и сбрасываю их к порогу. Так такой столб черный к небу поднимается – ужас!
– А потом?
– Потом бегу из Москвы. До кольцевой дороги. И на восток. Крещу все по пути: "Сгинь, нечистая сила!" Собираю грехи в других местах. Особенно страшно возле кладбищ, которые вдоль дороги. Столько грешников похоронено! Я там и не собираю. Мне не по силам. И они уже ушли из нашего мира.
– Значит, Вы очищаете от нечистой силы грешную землю.
– Да.
– А кто Вас благословил? Как вы почувствовали, что имеете такой великий дар?
– Кто может благословить!? Только Господь Иисус Христос. Он всегда со мной. Я слышу его голос постоянно. Он мне говорит :–"Иди, зови народ к покаянию. Ходи, крести, изгоняй бесов". А видел бы ты, как смешно бесы лопаются. Как мыльные пузыри. Я их перекрещу, прочту молитву – и они хлоп и нет их.
– А куда они деваются?
– В небытие. В ад или куда еще – не знаю, Я туда заглянуть не могу. Но в нашем мире их уже нет.
– Неужели Сам Господь призвал?
– Сам. Не знаю, почему Он меня выбрал. Я до того жил во грехе. Сына от меня одна женщина прижила. А познакомился с одним монахом – и все. Перестал грешить. Он вот так, как я сейчас по Руси ходил. Говорит: "Тебе 30 лет, а ты еще Богу не служишь. Бросай все – и ходи изгоняй нечисть. Я бросил работу. Приезжаю в Хабаровск, в церковь святителя Иннокентия, стою, молюсь. Вдруг слышу голос: "Иди, борись с нечистой силою. Теперь ты Мой пророк".
– Я говорю: "Господи, а как меня теперь звать. Аврааму ты одну букву "а" добавил, а мне-то что добавишь?
– А ты, – говорит Иисус – теперь пророк всея Руси Победитель Каменный. Ну, я и оставил все. Вот 12 лет хожу. К покаянию призываю. Оставить грехи. Жить по заповедям. Как положено по Евангелию.
– А кем вы работали?
-Взрывником на угольном карьере.
– Здорово. Раньше уголек взрывали, а теперь на бесов переключились.
– Точно так.
– По специальности. Взрываете нечистую силу.
– Ну, да.
Мы остановились у фонтанов возле гостиницы Каскад. Победитель Каменный достал из кармана пустую бутылку, наполнил ее водой и быстро выпил. Затем наполнил снова и положил бутылку в карман.
– Хорошая водица. Я со вчерашнего дня не пил.
– А останавливаетесь где?
– Три ночи на пляже ночевал. Погода теплая. Иногда и в гостинице. В кабинах дальнобойщиков. А больше – у ментов.
– Сажают за бродяжничество?
– Нет. Ни разу. Никто меня не сажает. Они меня в свои будки пускают. ГАИшники. Еще и денег дают. Я им про покаяние говорю. Вот их стыд и берет. Они ведь с шоферами, сам знаешь... А вообще, как их только в полицейские переименовали, стали лучше. Никогда не обидят.
– А вы деньги у них просите, или сами предлагают?
– Я никогда не прошу. Иначе наказывать придется. Если откажут. А я этого не люблю. Зачем людей обижать. Я, как только на кого осержусь, тому плохо бывает. Я, вот, хотел одного владыку вразумить. .. Остриг гриву у молоденькой кобылицы – она еще жеребца не познала. Главное, чтобы чистая была. Сплел из волос, что из гривы, плеть и положил рядом с иконой праздника. Говорю владыке: "Бери и изгоняй торгующих из храма!" А он кивнул – меня под микитки – и вытолкали из собора. Я кричу: "Не меня. Торгующих гони из храма!". Вот. Обиделся я на него – и через несколько дней его перевели на другую кафедру. Так что мне страшно за тех, кто меня обидит.
В это время дождь припустил не на шутку. Я предложил ему проехать несколько остановок на автобусе, но он замотал головой.
– Ты что? А кто за меня будет дома и людей крестить!
– Так можно из окна.
– Нет. Надо с толком. С молитвой. Ты уж езжай. А мне трудиться надо.
Я сунул ему в карман сотню, но он вытащил ее и строго посмотрел на меня. Я подумал, что мало дал и обидел его. А, обидчики его, как выяснилось, без наказания не остаются. Но у него была другая режиссура. Он развернул мою ладонь, вложил в нее купюру и, глядя мне в глаза, громко произнес: "Сгинь, нечистая сила. Оставь раба Божия и больше не мучай его". Потом он положил мою денежку в свой карман и молча перекрестил меня своим крестом.
Я прыгнул в подошедшую маршрутку и через заднее стекло смотрел, как он, волоча ноги, медленно идет в пелене дождя, осеняя крестом дома, проезжающие машины и людей, торопливо идущих под зонтами. На него оглядываются и не знают, что о нем думать: монах-подвижник, взявший на себя подвиг молитвы за весь род людской, или бездельник-бродяга, переодевшийся в монашеское одеяние. Надоело уголек взрывать и теперь шляется по белу-свету, смущая людей. Он, пожалуй, и Евангелия толком не знает. И с головой у него явно не все в порядке. Победитель Каменный. Надо же!
Да, не может русский человек жить просто, как европеец. Ходи на работу – взрывай себе, то, что по службе положено. Так нет – за бесов взялся. Втемяшилась ему идея великого служения – собирания грехов людских и избавления России от нечистой силы. Бредет "пророк всея Руси" под проливным дождем и шагу не ускоряет. А потому, как нельзя. Он на службе. Никто не должен видеть его слабости. Вон, все бегут под дождем, а он даже ход замедлил. Не страшны ему ни дождь, ни ветер. Через несколько дней окажется под снегом – и будет также идти медленно и с молитвой осенять крестом всех движущихся мимо него в теплых автомобилях грешных соплеменников.
В России всегда любили юродивых и странников. Но меня в этой истории поразило то, что этого болящего бродяжку слушают полицейские и даже делятся своим уловом. Ни предыдущего министра, ни журналистов, разоблачавших их подвиги, не боялись, а вот Виктора Петровича – Победителя Каменного устыдились. Значит, есть люди, которым полезен и такой способ напоминания о воздаянии за грехи. А что, если его на расхитителей казны и взяточников напустить. Может Победитель Каменный и непобедимую коррупцию победит. Не зря же "победителем" зовется.
Источник: Радонеж
