Закон маятника

Этот текст был написана два года назад, не для "Фомы", а просто для себя, как попытка разобраться в происходящем. Сегодня, в связи с непрерывными медийными скандалами последнего времени, я вновь о ней вспомнил и подумал, что она может пригодиться как некоторое уточнение к недавним моим колонкам.

Напомню банальность. Существует "закон маятника" – это когда борьба за правое дело неизбежно переходит в свою противоположность. Не только в политике, а вообще во всех сферах жизни – в политике просто заметнее. Тут и опыт кровавых революций (условно говоря, "красных"), и опыт некровавых ("бархатных", "оранжевых"). Боролись с омерзительным злом, грудью вставали, жизни клали, как-то вдруг победили – тут бы успокоиться, остановиться, но нет, невозможно, маятник уже инерцию набрал, он обязательно качнётся в другую сторону. Поэтому изыскиваются новые враги – уже среди "своих", доводятся до абсурда некогда разумные идеи, и так до тех пор, пока накопленная энергия борьбы не исчерпается. После чего немедленно начинается накопление новой энергии для новой борьбы – с результатами старой. И маятник поначалу тихонечко, а затем все быстрее движется туда, откуда приехал.

Повторю: это – универсальный закон, это касается любой борьбы. Вот, например, взять борьбу с унижением человеческого достоинства различных меньшинств. Не обязательно тех, о ком вы сейчас подумали. Вообще любых. Изначально ведь благородная идея. И начинается справедливая борьба, ширится, набирает обороты, постепенно отменяются дискриминирующие законы... но борьба лишь разгорается. И вот вам на выходе "политкорректность" с "толерантностью", доведённые до полного абсурда, дискриминирующие уже большинство населения. Из той же оперы – феминизм. Начиналось-то в XIX веке вполне здраво, и к середине XX века добилось заявленных целей, но не останавливаться же? И понеслось. Результаты всем известны.

А вот взять благороднейшее дело защиты детей от жестокостей и несправедливостей взрослого мира. Надо? Бесспорно, надо. Но закон маятника никто не отменял, и эта святая борьба, набрав инерцию, легко переходит в свою противоположность. В "причинение добра". Отсюда все эти темы с ювенальной юстицией, с изъятием детей из бедных семей, с беспределом органов опеки, с принятием законом, разрушающих семью.

А национальный вопрос, такой сейчас острый! Благородное дело – борьба с фашистами и погромщиками? Вперёд, на борьбу! На выходе получаем озверевших "антифа", избивающих безоружных участников "русской пробежки". Благородное дело – борьба против унижения русского народа, против разгула этнопреступности? Бесспорно. Этнопреступность есть, и разгул есть. Бороться надо. И летит маятник, всё быстрее и быстрее, подпитывается энергией масс. Ещё немного – и рванёт. А что потом, когда заявленная цель будет достигнута? Когда прекратится этническая преступность, когда русских перестанут резать, грабить и насиловать? Маятник тут же остановится? Да ничуть не бывало! Борьба пойдёт дальше, и кто окажется её жертвами, можно только догадываться. Хотя догадаться несложно. Русские же и окажутся – просто потому, что, покончив с инородцами, надо же будет на кого-то переключиться. И среди русских немедленно обнаружатся "недостаточно русские", "лишенные русского духа", "позорящие русский народ"... словом, пятая колонна. Ровно то же самое можно применить и к любой другой национально-освободительной борьбе. Чем такая борьба окончилась в начале 90-х в Чечне, говорить без надобности.

Как и почему действует "закон маятника", вполне понятно. Пока борьба воспринимается как дело благородное, она ширится, втягивает в свою орбиту тех неравнодушных людей, которые не могут молчать, которым пепел стучит в сердце и так далее. Чем больше в борьбу оказывается втянуто людей, тем более структурируется движение, тем больше оказывается в нём "профессиональных борцов", которыми движут не только идейность, но и амбиции, тяга к самореализации, не говоря уже о более низменных мотивах – то есть о жажде власти и обогащения. Поэтому, когда заявленные цели борьбы оказываются достигнутыми, "профессионалы" не успокаиваются. Что же им, вернуться к станку? Никак нельзя! Поэтому они, "профессионалы", разжигают страсти основной массы борцов, ставя перед ними всё новые и новые цели, развивая идеологию. К примеру, добились принятия законов, запрещающих родителям шлёпать детей – так ведь мало этого, мало! Нужно теперь бороться за принятие законов, запрещающих родителям ругать детей! А когда и это будет достигнуто, то как не побороться за право двухлетнего ребёнка самостоятельно избирать свою "жизненную траекторию"?

Но не только в "профессионалах" дело, не только в "кровно заинтересованных". Вся их заинтересованность не стоила бы и трёх копеек, если бы они не эксплуатировали психологические потребности основной массы борцов. А "рядовой борец" – это как правило человек, которому борьба обеспечивает причастность к "Большому и Светлому", задаёт смысловой вектор. Может, в силу какой-то ущербности, мешающей ему жить обыденной жизнью, создавать семью, совершенствоваться в своей профессии. А может, наоборот, в силу высоких душевных качеств, когда человеку мало быть "как все", когда ему "хочется странного". Но в любом случае "рядовой борец" либо не хочет, либо объективно не может "соскочить" с борьбы, даже видя, что её цели в основном достигнуты. "Мир спасён, пора сдавать меч, брать вилы и выгребать навоз из свинарника" – это для него неприемлемо. Так что либо он продолжит бороться, либо переключится на какую-то другую, внезапно заинтересовавшую его борьбу.

Впрочем, маятник не может двигаться вечно – энтропия-то возрастает. Постепенно энергия борьбы ослабевает – стареют борцы, а новым поколениям их борьба уже не слишком интересна, у молодых свои проблемы, своя борьба. Которая кончится тем же самым.

Какие из всего этого практические выводы? Во-первых, включаясь в какую-то безусловно справедливую борьбу, надо задуматься: а что будет после победы? В какую сторону трансформируются изначальные идеи? Не окажется ли результат борьбы ещё страшнее, чем то, против чего боролись? Во-вторых, нужно для себя решить, а до какого момента я в борьбе? Когда пора спрыгивать с этого паровоза, не то увезёт куда не надо? В-третьих, попробовать придумать какие-то способы смены "профессионального крыла" сразу после достижения победы. Проще говоря, сконструировать какие-то тормоза. Причём не когда-нибудь потом, а именно сейчас, пока борьба только начинается и ещё не набрала такую инерцию, когда что-либо менять будет уже бесполезно.

Нам, христианам, здесь проще – у нас есть такая Цель, по сравнению с которой все безусловно справедливые, нужные земные цели всё-таки выглядят очень и очень относительными. А главная наша борьба – не вовне нас, а внутри. "...потому что наша брань не против крови и плоти, но против начальств, против властей, против мироправителей тьмы века сего, против духов злобы поднебесных" (Еф. 6:12). У этой борьбы тоже есть свои непростые законы, но вот "закон маятника" тут не действует.