На днях отмечался десятилетний юбилей легализации эвтаназии, то есть медицинского умерщвления человека с его согласия. Сегодня эвтаназия легальна в ряде стран Европы и некоторых штатах США. Предпринимаются значительные усилия к тому, чтобы ввести ее там, где она пока запрещена – в том числе и в нашей стране. Перед тем как говорить об этой практике, нам стоит отделить ее от принципиально другой – отказа от медицинских процедур по поддержанию жизни, который иногда (неверно) называют "пассивной эвтаназией". Развитие медицины в последние десятилетия позволило поддерживать жизнь в умирающем теле довольно долго – за счет сложных и часто мучительных для пациента процедур. В некоторых случаях бывает лучше отпустить умирающего с миром. При каких обстоятельствах это допустимо – сложная проблема для медицинской этики. Но это другая проблема. В этом случае смерть наступает от естественных причин.
Эвтаназия – это именно активное умерщвление. Основной (и наиболее серьезный) аргумент сторонников эвтаназии состоит в том, что сострадание требует избавить умирающего от боли, раз в этой жизни уже нет ничего, ради чего ее стоило бы претерпевать /
Нередко Церкви приписывают довод о якобы душеполезности предсмертных мучений. Мы такого довода не выдвигаем: полезны страдания или нет – это зависит от реакции на них самого человека. Кто-то смирится, кто-то, наоборот, озлобится. Но вот причинять страдания другим – однозначно не душеполезно. Должно быть сделано все возможное, должен быть использован весь арсенал медицины, чтобы облегчить мучения больного. Церковь активно поддерживает создание хосписов, в которых умирающие должны получать возможность провести последние дни своей жизни в максимально комфортных условиях.
Мы исходим из других доводов – некоторые из которых будут понятны и людям светским. Проблема с эвтаназией в том, что она является настолько удобным решением, что область ее применения неизбежно будет расширяться – да и уже расширяется. Что удобнее – вводить пациенту дорогостоящие обезболивающие средства, предотвращать их хищение, связываться со всеми юридическими проблемами, порожденными такими опасными субстанциями, как сильнодействующие наркотики, или просто выдать ему одну-единственную ампулу? Уже сейчас больных трудно обеспечить полноценным обезболиванием отчасти из-за технических, отчасти из-за юридических проблем. Эвтаназия в нашей стране сделает решение этих проблем ненужным. Невыносимо страдаете? Вот вам направление на последнюю процедуру – и до свидания.
Эвтаназия, первоначально введенная со множеством оговорок, – пациент должен испытывать невыносимые страдания, никакой надежды на выздоровление не должно оставаться, и т. д. – уже применяется гораздо шире. Сейчас все больше используется термин "самоубийство при помощи врача" (assisted suicide). Он вовсе не предполагает, что человек испытывает невыносимые страдания и медленно умирает – просто качество жизни перестало его удовлетворять. В швейцарской клинике "Дигнитас" умерщвляют (с их согласия) уже не тех, кто переживает предсмертные мучения, а тех, кто глубоко удручен, скажем, потерей слуха. По мнению наиболее активных сторонников эвтаназии, "право на самоубийство при помощи врача" должно распространяться не только на страдающих и умирающих, но и на всех желающих вообще. Как говорит директор клиники "Дигнитас", Людвиг Минелли, "самоубийство – чудесная возможность избежать ситуации, которую Вы не можете изменить". Другой известный сторонник эвтаназии, доктор Филлип Нитшке, обучает людей тому, как правильно совершить самоубийство – какие таблетки надо принять, чтобы наверняка и безболезненно умереть, где достать эти таблетки в разных странах, и как именно их употребить. Так самоубийство предлагается уже не только тяжко страдающим, но и просто пришедшим в уныние, хотя бы молодым и здоровым людям.
Делается это под лозунгом, который озвучивает тот же Людвиг Минелли: "... Как адвокат прав человека, я противник патернализма. Мы не можем решать за других людей". Вы можете распорядиться своей жизнью, а добрые доктора порекомендуют Вам соответствующие таблетки. Издевательский характер этого лозунга становится очевиден чуть дальше, когда выясняется, что речь идет не о праве, а об "обязанности умереть". По словам британского философа баронессы Уорнок, люди, страдающие деменцией, "обязаны_умереть", потому что "впустую истощают ресурсы своих семей и системы здравоохранения". Речь уже не идет об избавлении от мучений, которыми деменция не сопровождается, и более того, речь не идет о желании пациента. Речь идет об обязанности. В свое время слова баронессы Уорнок вызвали возмущение, но прогресс не остановить, и сейчас "Этическое руководство", предлагаемое не где-нибудь, а на сайте ВВС, говорит о том, что больные или пожилые люди "обязаны умереть", если на них расходуется слишком много материальных или эмоциональных ресурсов. Как совершенно прямо утверждается в "Этическом руководстве", "одна из трагедий нашей жизни состоит в том, что люди, которые хотят жить, тем не менее обязаны умереть". То, что первоначально продвигается под лозунгом милосердного, сострадательного избавления от мучений, очень быстро оборачивается принуждением к самоубийству; громкая риторика о "праве человека самому распоряжаться своей жизнью" заканчивается "обязанностью умереть".
Эти идеи неизбежно проникают в нашу страну. Недавно во "Взгляде" появилась колонка с предложением создавать специальные дома, где пожилых людей умерщвляли бы со всеми удобствами. По мнению автора, "Экономические преимущества данного предложения неоспоримы: экономия пенсионных фондов, перестройка всей работы системы здравоохранения". Для самих пожилых это будет большим благодеянием: "Такие люди становятся обузой для самих себя и для окружающих, страдают от тяжелых неизлечимых заболеваний. Многие из таких людей и рады были бы уйти из жизни, но просто не знают, как это сделать".
Все эти изящные эвфемизмы – "эвтаназия", "помощь при самоубийстве", "право распоряжаться своей жизнью" – означают нечто более простое и грубое: "экономия пенсионных фондов" и снижение расходов на медицину. Слабые, больные, экономически непроизводительные люди "обязаны умереть". Как писал об этой манере облекать страшные вещи в мягкие слова Г. К. Честертон, "Скажи им: "необходимо позаботиться о том, чтобы бремя долголетия в предыдущих поколениях, особенно у женщин, не приобрело чрезмерной и невыносимой тяжести, и тут могут быть оправданы определенные меры, как побудительного, так и, отчасти, даже принудительного характера", – и они будут сладко посапывать, как младенцы в колыбелях. Скажи им: "убей свою мать", – и они вздрогнут, проснутся и сядут прямо".
И позиция Церкви тут остается неизменной: человеческая жизнь достойна защиты и сохранения от зачатия до естественной смерти. Самоубийство, склонение к самоубийству и тем более принуждение к самоубийству – тяжкий грех.
Источник: Фома
