"Инопресса.Ru": Николас Кристоф (International Herald Tribune, США). Девственницы или виноград?

"Девственницы зовут вас", – эти ободряющие слова писал Мухаммед Атта другим террористам-угонщикам незадолго до 11 сентября. В исламе уже давно стало стереотипом считать, что мусульманские мученики отправляются в рай, где их ждут жаркие объятья 72 чернооких девственниц. Однако все более и более пристальное изучение текста Корана рисует менее чувственный рай – и, что более важно, возможно, дает способ сделать шаг в сторону от фундаментализма, пробудив исламский мир.

Некоторые исламские теологи утверждают, что целью попадания в рай является просто общение с девственницами, а не секс, пусть даже и на небесах. Другие же открыто трактуют ее как получение особых удовольствий: один из них, аль-Суйути, писал, что половой акт в раю гораздо более продолжителен и настолько восхитителен, что, "если его испытать в этом мире, то можно лишиться сознания".

Однако теперь историки, лингвисты и археологи начинают применять к Корану те же методы, какие применялись при изучении Библии на протяжении последних 150 лет. Результаты этих исследований имеют взрывоопасный характер.

Коран написан прекрасным языком, однако зачастую значения слов и фраз не совсем ясны. Одна из причин этого – то, что арабский язык появился как письменный лишь вместе с Кораном. Растет количество свидетельств того, что многие слова были заимствованы из древнего сирийского или арамейского.

Например, в Коране говорится, что мучеников, отправляющихся в рай, на небе ожидает "хур". Ранние комментаторы трактовали это слово как "девственница", отсюда и 72 супруги. Однако в арамейском языке "хур" означал "белый" и это слово часто использовали для обозначения "белого винограда".

Так что мученикам, прибывающим в рай, возможно, вместо девственниц будет предложена гроздь винограда, и некоторые из них сочтут это обманом.

По словам ученого, который инициировал это новаторское исследование (он использует псевдоним Христофор Люксенберг по соображениям безопасности), "виноград" лучше вписывается в данный контекст. Во-первых, потому что Коран сравнивает "хур" с кристаллом и жемчужинами, а во-вторых, потому что, согласно современным представлениям, рай полон фруктов, и особенно белого винограда.

В своем анализе, вызвавшем возмущение многих ученых, Люксенберг изменяет значение стиха, который приводят как докаызательство того, что женщина должна носить чадру. Вместо повеления набожным женщинам закрыть чадрой лицо до груди, Люксенбер советует им "затянуть пояса вокруг бедер".

В Коране пророка Магомета называют "умми" – это слово трактовалось как то, что он был неграмотен, что делает его коранические откровения еще более удивительными. Однако некоторые ученые утверждают, что "умми" означает лишь то, что Магомет не принадлежал к "народу Книги" – то есть что он не был ни христианином, ни евреем.

В исламе имеется традиция дебатов и внесения поправок, которая называется иджтихад, однако толкование Корана застыло в модели классических комментариев, написанных спустя два века после смерти пророка. История подъема и падения великих держав в течение последних трех тысячелетий указывает, что, только когда люди имеют возможность свободно обсуждать все вопросы – когда снимаются религиозные табу, интеллектуальное расследование может привести к научному открытию, экономической революции и новой сильной цивилизации.

"Табу до сих пор сильны" в изучении Корана, отмечает Гэбриел Саид Рейнолдс, эксперт по исламу в Университете Нотр-Дама в Индиане. Он называет новые исследования раннего ислама "первым шагом" к интеллектуальном пробуждению.

Однако мусульманские фундаменталисты считают Коран – каждое его слово – языком Господа, и они яростно атакуют свободомыслящих ученых как еретиков. Мусульманская интеллигенция запугана, и ислам часто распространяется узколобыми экстремистами.

И все же ободряющие признаки есть. Исламские феминистки настаивают на такой интерпретации религиозных постановлений, которые приведут к большему равенству полов. Один иранский теолог призвал к более глубокому изучению сирийских корней Корана. Тунисские и немецкие ученые работают над новым изданием Корана, основанным на самых ранних манускриптах. А на прошлой неделе Иран освободил Хашема Агаджари, которого приговорили к смерти за то, что он усомнился в жестких интерпретациях религиозных установок ислама.

"Разрыв порой ошибочных связей в религиозной традиции будет условием позитивной эволюции в других научных и интеллектуальных сферах", – отмечает Люксенберг.

Международное сообщество многое ставит на то, чтобы увидеть, как исламский мир снова встает на ноги. Препятствие к этому – не в Коране или исламе, а в фундаментализме. Я надеюсь на то, что новые и более глубокие исследования Корана – это признак зарождающейся Исламской Реформации и что будущим террористам будут обещать не 72 чернооких девственниц, а блюдо винограда. ы

"Инопресса.Ru", 6 августа 2004 года