"Даждь" нам днесь

Столичная независимая рок-тусовка существует не одно и не два десятилетия. В постсоветский период она, как впрочем и вся российская интеллигенция, испытала глубокое расслоение. Одни ушли в коммерческие сферы, другие бросили играть. Но некоторые продолжают делать это до сих пор. "Содружество поющих рок-поэтов "Даждь" – одна из самых ранних в постсоветской России ассоциаций независимых рок-музыкантов. Интересно, что, взяв старт в середине 90-х, "Даждь" медленно но верно двигался в сторону Православия. Сегодня большая часть музыкантов содружества – воцерковленные люди, а кое-кто – интуитивные православные или их попутчики. В то же время "Даждь" оброс множеством интересных побочных проектов. Историю крупнейшего музыкально-православного содружества порталу "Religare" рассказывает один из его основателей Дмитрий Студеный.

---

– Дмитрий, название у вашего движения сложное, поэтичное, красивое "Содружество поющих рок-поэтов "Даждь"". А чем содружество от сообщества отличается?

– Это люди, которые тесно общаются, дружат, поддерживают друг друга, а не только выступают на одних площадках. В феврале состоялся 15-ый юбилейный "Даждь"-фестиваль и мы провели среди музыкантов опрос на тему: каким словом они сами хотели бы назвать наше объединение. Большинство выбрало "содружество". Хотя, на мой взгляд, "Даждь" – это скорее сообщество мелких содружеств. Моя задача состоит в том, чтобы участники наших концертов объединялись, а не "кучковались", общались и в жизни, а не разбегались, отыграв на сцене.

– Чебурашка, помнится, тоже хотел всех одиноких в своем городе передружить... Нелегко это было...

– Ну да, мы как Чебурашка!

– У вас в названии есть самоопределение "рок-поэты". Рок-поэты и рок-музыканты – это разные культурные подвиды?

– Конечно! Рок-поэт вроде бы сочиняет тексты для песен, но они довольно часто могут быть прочитаны отдельно, как стихи. Это характерно для русского рока, особенно питерского. Многие участники "Даждь"-содружества выросли на русском роке, где слово первично, заслушивались "Алисой", "Кино", "ДДТ", "Аквариумом". В общем, мы обозначили преемственность.

– А нет ли опасности, что вас причислят к бардам?

– Нам было важно с самого начала отделить себя от бардов. Не хочется называться "авторской песней". Хотя термины "бард-рок" и "рок-барды" тоже существуют.

– В чем главное отличие?

– Со словом "рок" тесно связана тема поиска Истины (именно так, с большой буквы) и смысла жизни. Во всяком случае, у нас в России это так: рок-музыка это форма, в которую вкладывается глубокое и не банальное насыщенное содержание. Я бы сказал так: в русской транскрипции "рок" – это правдо – и Богоискательство. Чтобы не путать с другими "роками", мы называем наше направление поэтическим роком. Пока более точного определения не нашлось.

– А как возник "Даждь"? Он ведь буквально у вас на глазах родился. Или нет?

– Все получилось само собой. В 1994-м я вынужден был заниматься организацией собственного концерта. Познакомился с другими музыкантами, образовалась группа "Даждь". Гитарист Александр Акимов занимался в театре-студии "СВ" в ДК МАИ – там-то мы и провели первый концерт. Со мной начинал гитарист Артем Бондаренко, который теперь играет с Сергеем Калугиным. А еще Аркадий Голубков, который активно занимался еще и технической частью. Именно он, когда нас за чересчур активную деятельность попросили удалиться из ДК МАИ, нашел по соседству государственный клуб "Факел". Там с любезного разрешения директора Валентины Егоровны Поликаниной мы несколько лет проводили концерты знакомых некоммерческих авторов и групп. К 1998-му году это происходило уже регулярно, хотя группа "Даждь" развалилась.

– То, что в итоге получилось, сильно отличалось от задуманного?

– А ничего конкретно и не задумывалось. Собирались люди, ориентированные на русский рок с хорошими текстами, которым было вместе интересно играть и общаться... Когда нас стало много, появилась мысль сделать трехдневный фестиваль. Как раз приближалась печальная дата – 10-летие со дня трагической гибели Александра Башлачева, творчество которого оказало сильное влияние на многих авторов русского рока. Потому первый фестиваль в 1998 году посвятили его памяти и назвали "Складень". В итоге то, что получилось, многим понравилось. Решили продолжить, так фестиваль стал ежегодным, а названия менялись... В 2001 году у нас появился сайт, и фестивалю нужно было дать общее название. Назвали его, как и мою группу, "Даждь".

– Состав участников менялся...

– Некоторых нет в живых. Нет Павла Клищенко (Клещъ) – очень известного в неформальной рок-среде автора, с которым мы и начинали вместе организовывать фестиваль. Кто-то просто оставил творческую песенную деятельность... А еще менялись духовные ориентиры. Тот самый процесс поиска шёл, и кому-то курс на христианские ценности в творчестве был не близок. В 2002 году я крестился... Это была целая история, а началась она наверно с того, что я познакомился с участниками подольских рок-групп. Там было несколько сильных команд: "Единственная", "Красная зона", "Закон" и "Акустические ботинки". И во многом благодаря лидеру группы "Единственная" Александру Боголапову я оказался в Церкви.

– Они с вами играют?

– Александр Боголапов играет у нас, теперь его группа называется "Новые дни". А бывший гитарист "Единственной" Константин Гудков ушел работать в Ильинский храм в селе Лемешово на окраине Подольска, который я тоже посещаю. Он регентует, наверное, скоро будет диаконом. Александр Никитин из группы "Закон" стал священником. А Подольское благочиние, что интересно, проводит рок-фестиваль "Выход есть", на котором играют и подольские группы, и москвичи, в том числе и участники "Даждь"-содружества.

– А кого еще вы бы отметили из участников вашего фестиваля?

– В свое время открытием "Даждь"-феста стал Алексей Вдовин лидер группы "НедРа", обретший сейчас популярность. Юлия Теуникова и Юлия Тузова всегда играли очень ярко и самобытно. С первого фестиваля поет Александр Логунов. Сейчас его стали активно приглашать в другие города, мне это приятно. Сергей Канунников, который у нас тоже давно выступает, несколько лет назад стал лауреатом Грушинского фестиваля. Проще зайти на наш сайт или в группу вКонтакте, потому что авторов действительно много и разных. Мы еще аудиосборники выпускаем каждый год по итогам фестиваля. Из новых на данный момент, наверное, самый сильный автор Павел Федосов. Это человек, чье творчество вызывает просто пламенный отклик слушателей. Павел – церковный человек, передающий в песнях свой христианский опыт, не скатываясь в то же время к прямой дидактике.

– Вот приходит некто с гитарой и говорит: "Так хочу к вам, не могу просто, возьмите!" Что будете делать? Отбор есть?

– Да, для этого мы создали студию "Сотворчество". Это такая творческая лаборатория "Даждь"-содружества для поиска новых авторов и отбора самых интересных для участия в "Даждь"-фестивале. Сначала происходит знакомство с новым автором и его творчеством, если есть взаимный интерес, то приглашаем сыграть на Открытой студии "Сотворчество", которая проходит в форме концерта. Только формат несколько необычный – все участники играют по две песни в два круга, слушают друг друга и потом обсуждают. Таким образом достигается живая обратная связь. У нас есть условия: песни без мата, явного деструктива и пошлости, не должны противоречить Евангельским заповедям. Мы не спрашиваем Символ Веры, мы слушаем песни. Бывает, что человек пока еще не христианин, но его музыка очень созвучна. Именно поэтому официально мы не называем "Даждь"-фестиваль православным, у него несколько другие задачи.

– Объединить единоверцев и их попутчиков?

– Объединить авторов одного вектора творчества, тех, кто по крайней мере не против христианства. И в итоге получается, что сейчас у нас большинство авторов православные христиане.

– Как вы находили площадки?

– Нас интересовали залы, в которых можно играть акустику и есть сидячие места. Чтобы слушателя ничего не отвлекало. Мы дружили с клубом "Форпост" на Спортивной и Театром песни "Перекресток". Проводили концерты в небольших театральных залах. Потом появилась "АртЭриа" в ЦДРИ, переехавшая сейчас в крипт храма Святителя Николая на Трех горах. А еще недавно стали активно сотрудничать с творческой площадкой при храме Святого Климента "Место действия". Мне радостно, что такого рода площадка появилась при храме – надеюсь, это тенденция.

– "Даждь"-содружество не только песнями занимается?

– Основное направление все же песни. Чисто поэтическое направление наметилось с появлением в моей жизни Ани, моей супруги. Она издает и печатает силами энтузиастов журнал "Паруслов", который рассказывает об интересных людях, местах, проектах. И особое место там уделяется поэзии. Тех, кто печатается, мы приглашаем выступить на концерте-презентации. Проводим благотворительные концерты. Сотрудничали с кинодокументалистами из студии "Докер". Недавно начали организовывать мастер-классы – от акустической гитары до школы позитивной журналистики.

– 15-й юбилейный "Даждь"-фестиваль в феврале, чем он был уникален?

– "Даждь"-фестиваль – это такая живая книга песен, состоящая из глав, каждый год – новая глава с новым названием. Летопеснь. Первая фестивальная глава называлась "Складень", вторая – "За жизнь поэтов". Новая 15-я глава – "Ткань". Этот образ живой "Божией ткани", в которую каждый вплетает свои нити и все друг с другом связаны, я нашел в книге "Поющее сердце" русского философа Ивана Ильина. Этот образ очень близок тому, к чему мы стремимся как Содружество. На этот раз мы соткали "ткань" из трех концертов. Первый, в фолковом ключе, проходил в возрожденном клубе "АртЭриа". Зрители потом в ходе постфестивального опроса отметили Александра Логунова, Константина Золотарева, группу "Лепота", Сергея Канунникова, Людмилу Щербакову. Второй концерт в "Месте действия" – самый яркий и запоминающийся. Здесь отличились Павел Федосов, Артем Белов, Сергей Елисеев, "Действующие лица", Маргарита Ильина. Из Питера приезжал Вячеслав Лопатин с сыном Данилой, их выступление тоже многие отметили. Юлия Тузова была прекрасна, как всегда. Третий концерт в клубе "Гармония" получился более философским и созерцательным. Например, питерский семейный дуэт "Ч.Ч." – Марал и Юрий Чиковани кроме собственных песен исполнили духовные песнопения. После своего воцерковления они поют на клиросе знаменным распевом в одном из храмов Санкт-Петербурга. Марал недавно перенесла тяжелую онкологическую операцию и поблагодарила за помощь всех, кто участвовал в сборе средств. К нам успешно вернулись после некоторого перерыва Алексей Вдовин и Юлия Белова. Из Воронежа приезжала и очень бодро сыграла группа Александра Шубина "Лествица".

– Но собрать всех, кого хотели, конечно, не удалось?

– Да. Но более или менее удалось продемонстрировать все то, что мы накопили за последние 15 лет. Появилась еще одна интересная тенденция: многие музыканты делали перерыв, несколько лет не играли в связи с личными обстоятельствами, например, с рождением детей. Но вот дети подросли, и теперь эти люди возвращаются на сцену.

– Что вас всех объединяет кроме православия?

– Я не могу сказать, что у нас все участники православные. Но, наверное, их объединяет стремление поделиться своим творчеством, настоящей красотой и глубиной его со слушателями, на благо другим. В этом, наверное, и есть еще один смысл названия "Даждь". У нас играют те, кто не может не играть, для кого это призвание, а не бизнес-проект.

– Обычно в таких случаях появляются манифесты, всякие программные документы и заявления.

– У нас есть девиз "Для тех, кто выбирает Живой Свет". Павел Федосов, Аня Студеная (моя жена) и куратор "Места Действия" Филипп Якубчук сейчас как раз создают "Лабораторию христианской культуры". С дискуссиями, философскими обсуждениями, попыткой осмысления творческих процессов... Но вообще-то мы, конечно, скорее практики, чем теоретики.

– А что если все-таки попробовать обобщить?

– Я сравниваю нашу деятельность с возделыванием сада. Сейчас всякому некоммерческому искусству трудно выживать. Вот мы и пытаемся создать здоровую трезвую творческую среду с хорошей почвой, чтобы эти культурные растения не забивались сорняками, а могли расти и приносить хорошие добрые плоды. Но тем, кто нам захочет помогать, надо помнить: денег это занятие не приносит.