Живая теология: академичность, актуальность и доступность

За пять лет существования портал "Богослов.ру" стал необходимой частью жизни и любимым чтением всех, кому интересны вопросы, связанные с самыми разными разделами теологии и церковной истории. Именно этот сайт оказался местом встречи ученых, готовых к профессиональному участию в диалоге, и просто мыслящей части церковной аудитории. Протоиерей Павел Великанов, главный редактор "Богослов.ру", проректор по научно-богословской работе МДАиС, рассказал "Религаре" о судьбах теологической науки и результатах работы портала.

– Сегодня можно порой услышать: "А существует ли в наше время богословие?". Чем вызван вопрос? С наукой теологией случилось что-то нехорошее?

– Хочется ответить вопросом на вопрос: а Господь наш Иисус Христос –богослов? Если да, значит, где бы Он ни присутствовал в Своей Церкви как Своём Теле, там везде будет в той или иной степени богословие. Ну, а если "нет, не богослов" – тогда, увы, это какое-то более чем оригинальное богословие, я бы назвал его "стерилизованным" богословием.

Не следует смотреть на богословие сверху вниз: это глубокая, если не роковая ошибка. Конечно, даже если мы поставим самые лучшие богословские творения, например, "Божественные гимны" преподобного Симеона Нового Богослова – рядом с какой-нибудь докторской диссертацией по квантовой механике – конечно, любого внешнего наблюдателя скорее привлечет проникновение в таинственный мир вещества, нежели чем переживания святой душой близости к Божественному Свету. И такой подход – характерная черта всего нового и новейшего времени. Абсолютизация значимости формального рационального познания в ущерб всем другим видам познания и привела к такой надменной, горделивой позиции по отношению ко всему, что нельзя "просчитать" – а тем более увидеть или пощупать руками, как только мы говорим о Божественных предметах.

– Почему так?

– Наука как таковая вдохновляется постоянно обновляемым призраком всевластия и могущества человека – а это любому приятно; в то время как богословие с первых шагов требует от человека не просто внимания к своей жизни, но к решительному изменению себя самого, что не только не особо-то приятно, но еще и зачастую очень болезненно. "В лукавую душу не войдет премудрость, и не будет обитать в теле, повинном греху" – это абсолютное условие любого богомыслия.

Поэтому богословие было, есть и будет до тех пор, пока существует Церковь как Тело Христово. Не обязательно оно будет выражаться в филигранных богословских текстах: есть богословие образа, богословие формы, богословие жизни – и всё это различные, но по сути тождественные способы раскрытия Божественного Откровения в жизни человека. В отличие от других наук, богословие рождается не в тиши кабинетов или за исследовательскими компьютерами – его "экспериментальная лаборатория" – человеческая душа, и прежде всего душа самого исследователя. Как бы ни было заманчиво описывать чужой религиозный опыт, но до тех пор, пока не произойдёт личная встреча со Христом, пока не будут падения и восстания, пока на собственном опыте не появится понимание тонких оттенков жизни во Христе – все слова о Боге будут чужими, холодными и пустозвонными. Там, где есть подвиг, где ищут Христа, где преодолевается грех и отчуждение между человеком и Богом – есть богословие, вне зависимости от количества публикаций и индекса цитируемости. Точно также, как и труды признанных сегодня всей Церковью богословов не создавались как некие "духовные блокбастеры": они только со временем были осознаны как вершины Богомыслия, которых достигали единицы.

– Людей, занятых богословием, много. Но Церковь официально дала звание богословов всего трем святым. Почему?

– Святой апостол Иоанн Богослов – автор четвертого Евангелия, которое является не просто ещё одной точкой зрения на события земной жизни Христа Спасителя, как это мы видим у синоптиков. Это именно принципиально иной подход, где фокус обращён не к внешней канве событий, а внутрь, вглубь, всё евангелие от Иоанна пропитано светом Христова Воскресения с самых первых строк – почему именно эти строки и читаются на Пасхальной литургии: "Вначале было Слово..." Среди всех апостолов Иоанн не просто был возлюбленным учеником Христовым – он обладал удивительным даром проникать сквозь внешние события к тонкой, почти неуловимой суетливым взглядом Божественной сути. Поэтому его Святая Церковь и называет "Богословом". Преподобные Григорий и Симеон Новый Богослов – отцы-аскеты, которые не только очистили душу и тело в слезах покаяния и молитвенных трудах, но и получили особую благодать облекать в слова то, перед чем скорее удобнее молчать, нежели чем говорить: тайны Божественной жизни, Троической любви и Домостроительства человеческого спасения. Именно по причине предельно точного соответствия слова раскрываемому содержанию Богооткровенной истины эти святые и были удостоены столь почетного именования. Ещё раз подчеркну: это не "кабинетные учёные", это сугубые практики, которые, без сомнения, имели великолепный мыслительный и словесный "аппарат" для описания – но описывали они то, что им открывалось Самим Богом.

– Почему на Западе теология является полноценной гуманитарной дисциплиной, а у нас до сих пор не признана? Либеральная публика любит указывать Церкви на необходимость следовать по западному пути, но в этом вопросе почему-то не ставит нам в пример опыт Запада...

– На мой взгляд, здесь главная причина лежит в непреодолённой атеистической инерции общества: оно всё еще никак не разочаруется во многих советских ценностях, одной из которых, естественно, была и наука. Стереотипное мышление выталкивает богословие из области науки вовсе не по какой-то личной злобе. Просто эти люди по-другому не мыслят себе научную область, они испытывают внутренний испуг, я бы даже сказал, какой-то мистический ужас, когда в их параллельно-перпендикулярный мир является нечто принципиально иное, существующее и действующее совершенно по иным принципам и законам. Действительно, в западной ментальности богословие давно занимает свою законную нишу. Но едва ли можно сказать, что это привело к расцвету богословского древа. Богословие вне жизни, вне практики неизбежно выхолащивается и хиреет: на богословских конференциях особенно остро чувствуется, когда даже именитый докладчик говорит "от головы", а когда – из пережитого опыта, неформально, зажигая других своей живой и действенной верой. Об этой проблеме – тупиковом пути исключительной рационализации богословия – прекрасно говорил Клайв Льюис в "Расторжении брака", описывая новоявленного богослова, который всю жизнь потратил на выдумывание, каким бы стало учение Христа, если бы Его так рано не распяли...

– Ваш сайт за несколько лет стал одной из самых интересных интернет-площадок для богословских дискуссий. Как он возник? Кому принадлежит идея?

– Идея, как это чаще всего и бывает, буквально витала в воздухе Духовной академии на протяжение нескольких лет. Необходима была площадка, на которой одинаково комфортно ощущали бы себя и светские, и церковные специалисты, имеющие близкие научные интересы. До появления "Богослова" такой площадки не было. И когда мы уже продумывали концепцию сайта, решили, что она должна соответствовать трём принципам: академичности, актуальности и доступности. Естественно, требовался также очень доброжелательный настрой ко всем, кто будет туда приходить. Когда же портал стал работать, постепенно появились новые направления, образовалось богословское сообщество вокруг различных публикаций, а новый импульс дала дискуссия вокруг проектов документов "Межсоборного присутствия", когда читатели почувствовали, что их слышат, их мнением дорожат, с ними, быть может, не всегда и согласны – но игнорировать точно не будут.

– Чего Вы ожидали, когда портал создавался, и сильно ли отличается от задуманного то, что получилось?

– Наверное, получилось то, что и требовалось, а не то, что нами думалось. Лучше это или хуже – один Бог весть. Но для нас шестой год работы – уже хороший показатель, что портал как полноценное средство массовой информации состоялся, занял свою нишу и её отрабатывает.

– Кто Ваши авторы, реальные и потенциальные, и кто читатели?

– Авторы у нас очень разные, есть и крупные учёные, есть и начинающие специалисты, а иногда мы размещаем даже студенческие работы. Максимально допустимая для академического ресурса открытость – со всеми рисками – обязательное условие появления внутреннего напряжения, которое для научной среды, как правило, является своеобразным "питательным бульоном". За это нас часто упрекают – что не все публикации одинаковы по научной ценности, значимости или даже качеству проработки заявленной темы. Но мы этого не боимся – также, как не боится родитель смотреть на кривые наброски подрастающего ребёнка, пройдёт время, укрепится рука – во многом благодаря критике и замечаниям – и сформируется хороший специалист в своей области. В советское время богословская наука духовных академий не имела возможности для внешней рецепции даже самой же церковной средой – не говоря уже о светском научном сообществе, и это, конечно, необходимо было преодолевать. То, что на портале сейчас в обязательном порядке публикуются апробационные статьи, авторефераты аспирантов и докторантов – очень важный шаг по размыканию некогда вполне закрытой научной системы духовных школ.

А читатели наши – главным образом, люди среднего возраста, в основном мужчины, с высшим образованием. Достаточно много также приходит на сайт и молодёжи – студенчество, начинающие преподаватели. Неожиданностью для нас стала очень высокая посещаемость нашего двуязычного видеоканала на YouTube – а именно на английском языке. Это важное свидетельство для нас, что направление создания кратких образовательных видеоматериалов востребовано не только в России, но и далеко за её пределами.