Турки отбирают у русской общины церковь Пророка Илии

Все три русские церкви Стамбула расположены не просто в одном квартале, а на соседних домах. Именно "на" – это домовые храмы, устроенные прямо на крышах зданий. Снизу и не разглядеть маленькие купола с крестами. Надо подниматься на соседние высокие здания и уже с них выискивать взглядом три зеленые маковки – церковь Святого Пантелеймона, церковь Андрея Первозванного и церковь Пророка Илии. Над последней – и единственной из трех ныне не действующей – и нависла опасность сноса.

Дело в том, что власти Стамбула решили взяться за реконструкцию припортовой территории, для чего провели открытый конкурс среди инвесторов. Победил на нем крупный холдинг Dogus, которому досталась немалая часть района, включая и тот дом, на крыше которого расположена церковь Пророка Илии.

– Мне пришло письмо с требованием очистить дом для передачи его инвестору. Судя по тому, что уже творится вокруг, на месте этого дома собираются построить очередной отель. Но мы намерены отстоять нашу церковь. Для нас это память о наших отцах и дедах, наша духовная связь с родиной, – представитель русской общины Стамбула Василиса Денисенко всю жизнь прожила в Турции и говорит с заметным турецким акцентом, но ощущает себя по-настоящему русской.

Василиса родилась в Карсе – центре Карсской области Российской империи, который после выхода России из Первой мировой войны отошел Турции. До революции тут служил ее прадед, решивший не возвращаться в большевистскую Россию.

Таких, как Василиса, – потомков первых иммигрантов-белогвардейцев – в Стамбуле немного, человек двадцать. Но именно они составляют костяк ассоциации PAE (латинская аббревиатура от имен святых, которыми названы три русские церкви – Пантелеймон, Андрей, Илия). В управлении PAE находится тот самый дом, который велено освободить.

История с правами на все три, увенчанные церквями дома – весьма и весьма запутанная. Строились они русскими и для русских еще в 1870-е годы. В домах нет полноценных квартир, только клетушки-кельи без кухонь и с одним санузлом на этаже. Возводились они специально для паломников, следующих морем из России в Иерусалим или на Афон. Перевозившие их пароходы на два-три дня останавливались в Стамбуле, и паломники жили в этих кельях, молясь в церквушках на их крышах. После революции тут какое-то время жили не принявшие советскую власть русские беженцы. Тогда же церкви перешли в ведение монахов Афона, подчиняющихся Константинопольскому патриархату. И номинально должны принадлежать именно ему. Однако, утверждает Василиса Денисенко, какие-то дельцы обманом получили от монахов право распоряжаться домом с церковью Пророка Илии.

Возможно, бизнесмены отхватили бы и два других здания, но они официально зарегистрированы в мэрии как церкви и не могут быть переданы частному инвестору. А вот находящаяся в запустении уже сорок лет церковь Пророка Илии никакого официального статуса не имеет. В 1972 году умер служивший здесь батюшка, нового Константинопольский патриархат не командировал, и церковь закрылась.

– Мы готовы все восстановить, посол России обещал найти спонсоров. Главное – чтобы у нас ее не забрали, – гремя связкой ключей, Василиса Денисенко открывает бесчисленные двери, отделяющие чердак от жилых этажей, и извиняется за вынужденную задержку. – Меры предосторожности. Несколько месяцев назад обокрали нашу церковь Андрея Первозванного. Вынесли ценные иконы.

В церкви Пророка Илии грабителям поживиться нечем. От былого убранства здесь остались лишь пыльный колокол под потолочной балкой, одинокая хоругвь на стене и проглядывающая из-под слоя черной краски стенная роспись. Стены закрасили турецкие строители, когда восстанавливали дом после чудовищного землетрясения 1999 года.

– Только лик Христа проступает через краску, видите? Ему все нипочем, – указывает Денисенко на роспись за Царскими вратами, которая действительно гораздо светлее остальных стен.

В двух действующих церквях стенная роспись тоже трудно различима. Но это не из-за краски, а из-за копоти. Причем не только от свечей, что ставят перед иконами прихожане.

– Тут в домах давно уже турки живут. Как-то пристроились в наших кельях, даже кухни завели. А зимой греются буржуйками, центрального отопления тут же нет. Трубу в окно, и вся гарь к нам летит, – совсем без злобы говорит о непростых отношениях с соседями служащий в церкви Святого Пантелеймона иеродьякон отец Евлогий.

Отец Евлогий – афонский монах, командированный в Стамбул в помощь настоятелю церкви отцу Тимофею, – за возврат соседнего храма к жизни. Хотя бы потому, что в двух действующих просто не хватает места для всех верующих. Ведь, по данным PAE, в Турции сейчас постоянно живут порядка ста тысяч русских.

– Это сейчас тут у нас людей мало. День не праздничный, священника нет. Но в престольный праздник и на Пасху тут очень много прихожан собирается. Некоторые даже на службу попасть не могут, если опоздали немного, – объясняет отец Евлогий.

В церковь Святого Пантелеймона чаще ходят люди из новой волны российской иммиграции (потомки белогвардейцев больше привязаны к приходу Андрея Первозванного), такие как церковный регент Елена Тарасова. Она в Стамбуле с 1999 года. Тогда же, после долгого запустения церковь Святого Пантелеймона вернулась к жизни.

– Это было настоящее чудо. Светлейший день освящения церкви, которая долгое время была просто заброшена. Сам Константинопольский патриарх к нам приезжал, поздравлял. И церкви не закрывать надо, а возрождать. Ведь что такое закрытие церкви? Это покушение на нашу веру, историю, на сам русский дух, – Елена Тарасова мечтает, чтобы и соседний приход испытал то счастье, что выпало на долю ее церкви. – Да, мы относимся к Константинопольскому патриархату, молимся за здравие Вселенского патриарха, но вся служба идет по-русски, по московскому чину. И в молитвах мы просим и за Московского патриарха. Ведь мы же русские. Русичи. И мы будем бороться за наши храмы.

Борьба уже начата Ассоциацией PAE, которую ее участники зовут просто "русским кружком", направила официальный запрос о регистрации церкви Пророка Илии в качестве культового сооружения и обратилась за помощью к Вселенскому патриарху Варфоломею. Он обещал помочь.

Что конкретно будет делать патриархат – не ясно. Его пресс-секретарь отец Досифеос наотрез отказался обсуждать с журналистами судьбу русской церкви, раздраженно бросив в телефон короткое "нет" в ответ на просьбу о встрече. Но стамбульские русские уверены, что Варфоломей сможет убедить власти не трогать церковь.

– Он обещал сохранить и восстановить церковь. И по моим ощущениям, патриарх – тот самый человек, за которым остается последнее слово в этом споре, – бродя по заляпанным краской полам церкви Пророка Илии, рассуждает Василиса Денисенко. – Он сказал, что церковь вернут русским. Более того, два священника Константинопольского патриархата сейчас учатся в России и скоро смогут вести службы по-русски. Варфоломей обещал, что один из них будет направлен на службу в нашу церковь. Дай-то бог.

Стамбульские русские в один голос говорят о необходимости возвращения церкви Пророка Илии к жизни. Для них все три купола на припортовых крышах одинаково святы – островок русского Константинополя в турецком Стамбуле. В единственную же в городе церковь Московского патриархата они не ходят – она расположена на территории консульства, и человеку с улицы в нее попросту не попасть. Молятся в своих храмах. В открытой круглосуточно церкви Святого Пантелеймона и в церкви Андрея Первозванного, открываемой от случая к случаю – ее настоятель тяжело болен и далеко не каждый день может проводить службы. Говорят, молитвы помогают. По крайней мере письма с требованием покинуть дом приходить перестали.