Недавно Папа Римский Франциск сказал в ходе одного из своих выступлений, что Христос искупил также и атеистов. Ничего нового в этом нет – православные, католики и большинство протестантов всегда верили, что Христос умер за всех вообще людей, за весь человеческий род без изъятия – за неверующих в том числе. Мы можем стать из неверующих верующими только потому, что Христос за нас уже умер.
Но журналисты (и не только они) поспешили интерпретировать это в том смысле, что Папа объявил о спасении атеистов. Новость была охотно подхвачена, быстро разлетелась по интернету, вызвала оживленные и радостные комментарии, и представителям Ватикана пришлось разъяснять, что это никак не имелось в виду.
На самом деле то, что Христос умер за всех, еще не означает, что все спасутся. Святой Апостол Петр, например, пишет про лжеучителей: "Были и лжепророки в народе, как и у вас будут лжеучители, которые введут пагубные ереси и, отвергаясь искупившего их Господа, навлекут сами на себя скорую погибель. (Пет .2:1)" – то есть Господь-то их, со Своей стороны, искупил, а они Его отвергаются и навлекают на себя погибель. Искупление воспринимается покаянием и верой и отвергается противлением и неверием.
Но тут я хотел бы поговорить не о том, кто спасется – а о том удивительном парадоксе, который часто демонстрируют неверующие (и даже активно враждебные вере) люди – как где-то подытоживает его о.Андрей Кураев, "В Бога мы вашего не верим, но вы нам скажите, что Он нас все равно спасет".
Но что значит "спасет"? В христианском контексте быть спасенным – значит быть восстановленным для вечных взаимоотношений с Богом и Его святыми. Стать членом бесконечно счастливой семьи, глава которой – Бог. Да, в жизни будущего века будет ласковое море и сочные фрукты – более ласковое и более сочные, чем мы в состоянии себе представить – но это еще не то, что делает рай раем. Рай – это Его присуствие и новые отношения друг с другом и всем творением, порожденные Его присутствием. Как говорит Пророк, "Тогда волк будет жить вместе с ягненком, и барс будет лежать вместе с козленком; и теленок, и молодой лев, и вол будут вместе, и малое дитя будет водить их. И корова будет пастись с медведицею, и детеныши их будут лежать вместе, и лев, как вол, будет есть солому. И младенец будет играть над норою аспида, и дитя протянет руку свою на гнездо змеи. Не будут делать зла и вреда на всей святой горе Моей, ибо земля будет наполнена ведением Господа, как воды наполняют море. (Ис.11:6-9)"
Вопрос "буду ли я спасен?" означает "войду ли я в эту семью, глава которой – Бог? Буду ли я в вечности там, где Он и Его святые?" А пожелание – скажите нам, что он нас все равно спасет – "скажите нам, что мы все равно будем приведены в общение с Богом и Его народом". И вопрос тут не в том, возможно ли это – если хотите, возможно. Вопрос в том, хотите ли вы этого.
Если хотите – так приходите, дверь Его дома открыта. Он действительно умер за всех, всякий, кто примет Его дар покаянием и верой, будет спасен. Если не хотите, то почему же вас раздражает, что вы этого не получите? И почему вы ухватываетесь за любой намек, что все-таки получите? Христианин исполнен трепетной радости при мысли, что наступит день, и Он увидит Христа, и его бесконечно ужасает мысль оказаться вне общения с Ним, во тьме внешней. Он хочет быть со Христом и Его святыми. Но если вы не хотите – то чего же обижаться на то, что вы и не окажетесь в компании тех, кого вы не любите, и чье общество вам скорее неприятно? Если ваше отношение к Богу и Его Церкви находится в промежутке между безразличием и открытой враждебностью, что же хорошего будет в том, чтобы водворить вас в Его присутствии? Это ничуть не лучше, чем силком загонять вас на Литургию. Ведь вас бы чрезвычайно возмутило такое насилие над вашим произволением – а тут насилие еще большее, на Литургии хоть можно присуствовать чисто формально, думать о своем – а рай заполнен присутствием Бога "как воды наполняют море".
Это будет даже не ситуация "без меня меня женили" а ситуация "меня женили против моей явно заявленной воли". Когда неверующие требуют "Скажите нам, что мы все равно спасемся" – это как если бы пламенная ненавистница мужчин требовала "скажите, что я все равно окажусь замужем", или человек, который терпеть не может море, и бежит подальше от любой открытой воды, требовал "скажите, что в итоге меня все равно поселят на берегу океана".
Как понять этот парадокс? Человеческая природа вообще парадоксальна, и часто мы просто не можем сказать, чего мы хотим. Как алкоголик может отчаянно, мучительно, неодолимо хотеть выпить, и с большим раздражением отвергать тех, кто призывает его бросить пить и вернуться к трезвой жизни – и в то же время, в глубине души, сознавать свою погибель и хотеть трезвости. Человек может хотеть "по-быстрому, без обязательств", как было написано в одной рекламе – но в сердце своем глубоко тосковать по подлинным, глубоким и доверительным отношениям. Он может хотеть, чтобы в его жизни не было "ни Бога, ни господина", чтобы никто не обличал его в грехе и не требовал хранения заповедей – и в то же время тосковать по Отчему Дому, и смутно надеяться на то, что как-нибудь, когда-нибудь, он все равно в него попадет.
Поэтому весть о том, что "все равно попадете", даже когда она основана на чистом недоразумении, и воспринимается с такими энтузиазмом. Но если в сердце своем вы хотите спасения – просто признайтесь себе в этом. Мы все созданы для рая – и как говорит блаженный Августин, "Ты создал нас для Себя, и мятется сердце наше, пока не успокоится в Тебе". Если вы хотите спасения – просто примите его. Христос действительно умер за вас, дар прощения и новой жизни дожидается всякого, кто захочет его принять, как говорит Он сам в притче о званых на пир, "вот, я приготовил обед мой, тельцы мои и что откормлено, заколото, и все готово; приходите на брачный пир. (Мф 22:4)"
Источник: Фома
