Переквалификация

Политолог Станислав Белковский в очередной раз предал секулярной анафеме Русскую православную церковь, а вместе с ней миллионы верующих. Предал в давно ставших привычными выражениях. Пересказывать содержание его филлипик нет особого резона по одной-единственной причине. Не один десяток статей Белковского в последние два года (то есть с момента информационной атаки на РПЦ олигархических СМИ) был написан – а точнее, составлен – с использованием одной и той же идиоматики, одних и тех же обвинений, столь же неконкретных, сколь и безадресных.

Легко разбрасываться уничтожающими тирадами, сопровождая их патетическим трясением рук, когда ни за одну из них всерьез не отвечаешь. Белковский туманно намекает на распил государственных средств и одновременно сетует на то, что на московских окраинах строятся новые храмы... хотя строятся они, как известно, на спонсорские, а не на бюджетные средства.

Суровый политолог клеймит высокопоставленных чиновников и денежные мешки, которым была бы угодна индульгирующая церковь, отпускающая любые грехи за громадные пожертвования.

Правда ревнитель светского благочестия забыл упомянуть о том, что именно он, Станислав Белковский, в начале нулевых прилагал титанические усилия, чтобы создать и возглавить при РПЦ респектабельный клуб с посредническими функциями – воцерковлением компрадорской буржуазии в обмен на денежные знаки. Он соблазнял церковных людей золотыми олигархическими потоками на миссионерские и образовательные программы РПЦ. Однако мгновенная безошибочная реакция Патриарха Алексия позволила похоронить эту гнусную идею в зародыше. Так что сокрушенная фразочка Белковского "а ведь еще лет 15 назад, я уверен, тема бы прошла на ура" – имеет ой какой интересный шелестящий подтекст.

Именно после этого "облома" воцерковитель олигархов и переквалифицировался в секулярные реформаторы.

И стал тем, кем он является сегодня.

Обо всём этом не стоило бы лишний раз заводить разговор, если бы не повод, который на этот раз выбрал Белковский для своих репетиций церковного раскола. А поводом стала трагическая гибель священника Павла Адельгейма. Да, имевшего особую позицию в РПЦ. Одного из тех, в чьём голосе нередко были слышны критические ноты. Но отнюдь не последнего свободного, вопреки тому, что заявляет Белковский вслед за Кураевым. Служение не исключает полемики, как и полемика – служения. На то ведь РПЦ и не ЦК.

Перед лицом смерти священника секулярный реформатор Белковский срывается на истеричный фальцет. Название его статьи говорит само за себя: "Душевная болезнь официальной церкви". Что это как не секулярная разновидность анафемы? Хотя порой при чтении возникает ощущение, что ещё чуть-чуть – и Белковский без обиняков обвинит Церковь в сатанизме. Что-то его ещё сдерживает. Отчего-то он не решается. Чего-то боится или ждёт чьей-то отмашки. А ведь было бы, пожалуй, эффектно. Получился бы смелый постмодернистский жест в стиле автора околонолей, эпигоном-неудачником которого является публицист Белковский. Ведь в полном соответствии с заповедями своего вероучения, он предпочитает жить в перевернутом мире, а точнее – в мире мерцающем и хаотичном, вращающемся внутри себя по множеству осей. "Да – да, нет – нет, а что сверх этого, то от лукавого" – не его кредо. Сегодня воцерковляем капитал, завтра обвиняем Церковь в капитализации...

Но сказано: "Кто же скажет брату своему: "рака", подлежит синедриону; а кто скажет: "безумный", подлежит геенне огненной" (Матф. 5:22). А если это говорится миллионам верующих... Неужели здесь только одно объяснение: политолог Белковский и христианская вера – две вещи несовместные?