Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл дал интервью главному редактору газеты "Смоленские новости" С. Новикову.
– Ваше Святейшество, 27 января 2014 года исполнится 5 лет со дня избрания Вас Патриархом. Что за эти неполные 5 лет Вы – человек и до этого знающий о жизни и церковной, и светской, казалось бы, все – открыли (может быть, с удивлением) для себя нового: в стране, в Церкви, в людях?
– Посещая города нашей страны и других стран канонической ответственности Московского Патриархата, общаясь с людьми, я убеждаюсь в том, что Слова Христовы "нивы побелели и поспели к жатве" (Ин. 4. 35) как никогда актуальны. Церкви действительно не хватает делателей на ниве благовестия.
Первосвятительские визиты укрепили мою уверенность в том, что внутрицерковная миссия, просвещение наших соотечественников – это то, на что нам следует направить наши силы в первую очередь. Сейчас по всей России создаются новые епархии, новые митрополии, учреждаются должности приходских работников, в частности, катехизаторов, миссионеров. Это призвано придать новый импульс церковной жизни, увеличить количество приходов, приблизить пастырей и архипастырей к народу, к пасомым.
Православную веру пытались выжечь из души нашего народа каленым железом в течение десятилетий. Чтобы исцелить духовную рану, нанесенную безбожием, мы все должны помочь людям пройти путем нового воцерковления. И я верю, что Господь с нами на этом пути.
– Академик Лихачев считал, что (цитирую) "это было бы несчастьем для христианства – воссоединение Церкви и государства; прогресс заключается в увеличении сектора свободы, а сектор свободы для Церкви в том, что она отрешается от своей зависимости от государства". Сейчас со всех сторон слышны упреки, с одной стороны, в огосударствлении Церкви, с другой – в клерикализации страны. Где, на Ваш взгляд, та грань, которая отделяет слияние Церкви и государства от партнерства?
– Разговоры о клерикализации или об огосударствлении Церкви не имеют ничего общего с действительностью. Это миф, не подкрепленный ни одним фактом.
Клерикализация в исконном смысле этого слова – это состояние государства и общества, при котором вся светская власть в стране сосредоточена в руках духовенства. Нет ни единого примера, который бы подтверждал подобное положение вещей в России. Более того, представителям духовенства строго запрещено принимать на себя любые властные функции, на всех уровнях. В том числе, им запрещено избираться в представительные органы власти (кроме исключительных случаев, рамки которых строго оговорены).
Не происходит и огосударствления Церкви. Государство не имеет прямых рычагов воздействия на Церковь. Церковь сегодня полностью свободна в своей внутренней жизни, в своей проповеди, в издательской, в информационной деятельности, в своем диалоге с обществом и государством.
Изучение церковной истории XVIII-XIX веков оставляет для исследователей смешанные чувства. В синодальный период Церковь была жестко встроена в государственную систему и называлась "ведомством православного вероисповедания". Мы не хотим повторения истории, потому что убеждены, что кровавые события начала ХХ века и последовавшие за ними гонения на Церковь явились во многом результатом ее порабощения государством.
Церковь защищает свою свободу, потому что уверена, что только ее независимость дает ей возможность в полной мере быть духовным авторитетом. Всякая форма слияния Церкви и государства опасна для дела Божиего. Только проповедь свободной Церкви звучит громко и убедительно. Потеря Церковью свободы значительно осложнит осуществление ею той миссии, которую ей заповедал Сам Спаситель: "Научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа, уча их соблюдать все, что Я повелел вам" (Мф. 28:19-20).
Сегодня ни Церковь не вмешивается в дела государства, ни государство не вмешивается в дела Церкви. Но при этом обе стороны осуществляют взаимополезное сотрудничество по целому ряду вопросов как на общероссийском, так и на местном уровне. Это не клерикализация и не огосударствление, это отношения партнерства.
Хотел бы еще раз подчеркнуть: Церковь не ставит перед собой задачу заполучить влияние на государственную политику. Она лишь обращается к обществу, к властям, к представителям науки, искусства, бизнес-кругов, свидетельствуя об Истине. Она лишь стремится донести до каждого человека, кем бы он ни был – рабочим или государственным чиновником – духовную аксиому: жизнь без Бога бессмысленна и бесполезна.
– В этом году празднуется 400-летие династии Романовых. Почему Церковь отмечает этот юбилей?
– 400 лет тому назад произошло одновременно два события: во-первых, была поставлена финальная точка в истории Смуты, которая до того на протяжении полутора десятилетий терзала страну, и, во-вторых, в 1613 году открылась новая страница в российской истории, связанная с именем Романовых.
Именно во многом благодаря усилиям Дома Романовых наша страна смогла преодолеть последствия затяжного социально-политического кризиса. За три века их правления Россия стала сильной державой, обладающей огромной территорией, многочисленным населением, крепкой и быстро развивающейся экономикой.
Успех Романовых доказывает, что Россия способна достигать очень больших высот, совершать грандиозные рывки в своем развитии, для чего у нее имеется огромный потенциал. Это не значит, что правление Романовых было идеальным, но из того исторического периода можно и нужно вынести важные уроки для России современной. Примечательно, что несмотря на значительный разрыв между образом жизни русской элиты и всего остального народа, именно исповедание православной веры позволило ощущать себя и тем, и другим единой нацией, которой Промыслом Божиим предначертан свой путь и особое место во всемирной истории.
Во всех сложностях и противоречиях эпохи правления Дома Романовых именно Православие оставалось для страны важнейшей духовной скрепой, без которой было невозможно созидание политически могущественного и духовно сильного государства – государства, простиравшегося от Балтийского до Черного моря и Карпатских гор до Тихого океана и принесшего свет веры Христовой и европейскую культуру многим народам.
– Все люди, достигшие высокого положения, жалуются на одиночество. Вам знакома эта проблема?
– Служение пастыря, а тем более архипастыря, – это всегда работа с людьми, с паствой. Но паства и друзья – это разные вещи. Паства – это духовно близкие люди, но отношения с ними слишком сложны и таинственны, для того чтобы вписываться в понятие обыкновенной дружбы.
Дружба в общепринятом смысле для Патриарха практически недоступна. Ведь иметь друзей – значит намеренно, руководствуясь при этом личными мотивами, отдавать предпочтение одним, какому-то ближнему кругу, в ущерб другим. Кроме того, служение архипастыря, а особенно Патриарха, подразумевает такую высокую загруженность – изо дня в день, без всяких выходных, – что просто физически нет никакой возможности встречаться с теми, с кем хотелось бы.
Это одна из тягот Патриаршего служения. Оно накладывает самые строгие обязательства, в том числе и в личных отношениях. Патриарх должен относиться к людям без каких-либо исключений или предпочтений.
– Знаю, Ваше Святейшество, что Вы почти не даете интервью, потому особо благодарю Вас за то, что нашли время.
– Вам Божией помощи и успеха.
Источник: Смоленские новости
