Когда Владимир Ресин возглавлял столичный стройкомплекс в должности первого заммэра Москвы, где журналисты "РГ" с ним только не встречались. На крыше делового центра в Вознесенском переулке, откуда открывается великолепный вид на строящуюся Москву – там мы обсуждали проблемы развития столицы. В только что открывшемся после реставрации музее-заповеднике "Коломенское", где говорили о том, что еще в городе нуждается в сохранении и возрождении его исторического наследия. И вот новая встреча с Владимиром Иосифовичем, который уже два года, как депутат Госдумы РФ. На сей раз – в храме Христа Спасителя.
Кто не знает, напомню, одним из руководителей восстановления этой святыни был как раз Ресин. Не случайно в Верхнем Храме в списке людей, приложивших усилия для того, чтобы на месте открытого бассейна в центре Москвы вновь появился этот взорванный в 30-е годы храм, есть и его фамилия. Кроме того, именно Ресин сейчас курирует еще и программу создания в столице 200 православных храмов.
Храм на 40 тысяч прихожан Владимир Иосифович! В ХIХ веке оригинал храма Христа Спасителя строился 44 года: с 1839 по 1883-й. А вы восстановили на его месте новый храм всего за 5 лет: с 1995 по 2000-й. Впрочем, действовать он начал даже раньше – в 1999-м, а в 2000-м храм был уже освящен Архиерейским собором. Как вам удалось сделать это за такой короткий срок?
ВЛАДИМИР РЕСИН: 100 лет назад такой техники не было, какая была у нас. Ну, а главное – у большинства москвичей появилось огромное желание вернуть храм Христа Спасителя. Хотя, чего греха таить, были и противники. Вспомните 90-е годы с их разрухой. Звучало и такое: разве сейчас время для храмов? Лучше раздать деньги нуждающимся, обеспечить жильем ветеранов и инвалидов войны... Но мэр Москвы все-таки принял решение строить храм. И построили!
Но один храм, даже такой знаковый, не может утолить потребности всех верующих москвичей. К 2010 году Москва по обеспеченности храмами оказалась на самом последнем месте по России: если в среднем в стране приходился один храм на 11 тысяч населения, то в Москве – на 40 тысяч человек, в то время как в дореволюционном городе церковь была на каждые 1,5 тысячи верующих. Не случайно Москву называли сорок сороков. И это еще в старых границах столицы. Если же учесть жилые районы, построенные за последние годы не только в пределах исторической Москвы, но и за МКАД, то в некоторых из них и на 200 тысяч человек не было храма. Потому и решили построить к имеющимся 300 еще 200 церквей, чтобы на каждую из них приходилось не более 20 тысяч прихожан.
Три года прошло. Удалось продвинуться в этих планах?
ВЛАДИМИР РЕСИН: Считаю, что программа состоялась, хотя и идет, быть может, не теми темпами, которые всем нам хотелось бы видеть. Первые 8 храмов уже построены, к концу года добавится еще 10 – 12, работы на которых в основном также завершены. Почему спросите в основном? Храм по технологии нельзя сдать в привычном для нас понимании сразу под ключ. Его делают сначала без чистовой отделки. Потом нужно время, чтобы здание устоялось, а стены просохли. И только тогда можно начать расписывать стены и свод, обустраивать храм всей церковной утварью. Но это не беда. Ведь в большинстве случаев службы начинаются, едва на месте, отведенном под храм, появляется временная часовня.
И все-таки кто главный на этой стройке – строители, как везде, или прихожане?
ВЛАДИМИР РЕСИН: Конечно, прихожане. Но их надо еще собрать вокруг храма. Вот таким главным собирателем является настоятель церкви. Именно от него часто в первую очередь зависит вся стройка, от того, как он объединит народ, как организует сбор средств.
А что самое сложное в этой программе?
ВЛАДИМИР РЕСИН: Для такого плотно застроенного города как Москва – найти 200 свободных участков земли и оформить их, чтобы ни у кого не было к ним претензий. Правительство столицы нашло 203 участка, 61 из них, предназначенный для строительства храмов первой очереди, уже передан Церкви, 77 участков второй очереди – в работе, остальные – третья и четвертая очередь, соответственно, 53 и 12 – последняя в реорганизуемых промзонах.
А если москвичи возражают против строительства храма на предложенном властями месте?
ВЛАДИМИР РЕСИН: Значит, его тут не построят. По разным причинам сняты из программы 27 участков, из которых 19 – как раз по результатам публичных слушаний и 8 – по решению собраний муниципальных депутатов. Мы со своим народом не воюем, считаем, он всегда прав. Если, конечно, речь идет не о кучке крикунов.
Получается, за три года построено примерно два десятка храмов. Это когда же все 200 построят? За три десятка лет?
ВЛАДИМИР РЕСИН: У нас к счастью, нет политбюро, которое заявляет: к такому-то году все будут обеспечены квартирами! Думаю, оставшиеся храмы построим за ближайшие лет 10 – 15. Земля есть, проектная документация тоже. Вот подсоберут москвичи денег и построим. Напомню, храмы в Москве строятся исключительно на деньги прихожан.
На многих стройках можно в стенах храмов увидеть именные кирпичи: Анна, Любовь, Петр, Дмитрий... Это люди, которые занимались их кладкой?
ВЛАДИМИР РЕСИН: Москвичи помогают в строительстве храма по-разному. Кто-то приходит поработать и своим трудом продвигает стройку, а кто-то – жертвует деньги. Причем делают это не только люди богатые, но и очень скромного достатка, простые москвичи. Приносит, например, глава семьи тысячу рублей с получки и говорит: вот от всей нашей семьи: дочки моей Елизаветы и сына Александра, мамы Евдокии, жены моей Анастасии и меня, Николая... А потом кладчик запишет имя каждого жертвователя на отдельном кирпичике. Я часто вижу женщин, которые от своих пенсий, в среднем тысяч по 12 рублей, по 2 тысячи отдают в месяц на храм. Мне кажется, такой вклад дороже миллионов, по жертвованных иным богатым человеком.
Роскошный храм строится, например, в Некрасовке, на территории Новой Москвы, на границе с Подмосковьем. На тысячу прихожан, пятикупольный, в византийском стиле. Судя по соседним многоквартирным домам, народ в этой части столицы проживает небогатый, а храм возводится явно не бедный. Откуда такие деньги на стройку?
ВЛАДИМИР РЕСИН: Спонсоры там нашлись, помогают. Я помню, там только фундамент заложили, подходит ко мне женщина лет 90 и спрашивает: "Владимир Иосифович, сил у меня уже нет, чтобы далеко ехать в храм службу отстоять. Доживу ли, чтобы можно было здесь помолиться, в церкви рядом с домом?" Пообещал я ей постараться побыстрее храм построить, попросил предпринимателя Сергея Гляделкина помочь. Он откликнулся. Да и сама эта женщина, рассказывают мне, постоянно приносит деньги на храм. Хотели мы его уже к концу года построить, но не вышло. Но в первом полугодии 2014-го постараемся стройку закончить.
Рядом с Белорусским вокзалом раньше была районная поликлиника, сейчас там церковь, на которой висит табличка: "Купец такой-то для жены своей поставил храм". Случается ли сегодня, чтобы какой-то один жертвователь на свои деньги построил храм?
ВЛАДИМИР РЕСИН: Чаще люди образуют из личных средств фонды. На деньги одного из таких – "Фонда возрождения Старицкого Свято-Успенского монастыря", возглавляемого Виктором Борисовичем Христенко, заканчивается строительство храма на Можайском шоссе.
Вы как-то обмолвились, что тем не менее 15 участков, выделенных под храмы, пустуют, стройка там и не начиналась из-за отсутствия средств. Почему бы городу из своего бюджета не помочь?
ВЛАДИМИР РЕСИН: Но и социальных обязательств у Москвы тоже очень много. К тому же я должен напомнить, что город наш многонациональный. Сегодня Москва поддержит из своего кармана строительство православных храмов, а завтра на прием вмэрию придут евреи и скажут: почему христианам денег дали, а нам не дали? Потом мусульмане, буддисты и т.д. Государство у нас никогда храмы не строило, всегда их строил народ. Народ строит и сейчас.
Но евреи уже говорят, что Москве не хватает синагог. Что бы вы им посоветовали?
ВЛАДИМИР РЕСИН: Мне кажется, что синагог еще во время, когда я возглавлял стройкомплекс Москвы, мы построили вполне достаточно. Но, если такая нужда появилась где-то, нужно посчитать, сколько в данном месте проживает людей иудейской веры, сколько из них готовы пожертвовать на строительство и подать заявку в мэрию. Пока таких заявок, насколько мне известно, не поступало.
Легко ли строительную организацию подыскать на такие стройки? Ведь любая из них требует стабильного финансирования, а тут – сегодня пожертвования есть, а завтра их может и не быть...
ВЛАДИМИР РЕСИН: Не скрою, трудности есть. Легче решаются брать на себя такие объекты сильные строительные организации, у которых есть свои оборотные средства. Их они и вкладывают, когда вдруг возникает дефицит.
Проект один, а храмы – разные Владимир Иосифович! Многие московские храмы строятся по восьми типовым проектам. Вы не опасаетесь, что они будут похожи друг на друга как две капли воды, как походят один на другой в Москве спальные районы 70-х годов постройки?
ВЛАДИМИР РЕСИН: Не опасаюсь. Слава Богу, что строятся храмы не по восьми, а по десяткам проектов, в том числе и индивидуальным. Но, когда разрабатывалась программа, город определялся с примерной скоростью их строительства, качеством, стоимостью и размером участка, на котором каждый храм встанет. Вот под эти четыре параметра и были сделаны восемь проектов повторного применения. Причем не только для Москвы. После того как шесть из них были безвозмездно переданы Церкви, Церковь передала их российским регионам – во многих из них тоже храмов не хватает. Преимущество их состоит в том, что они основаны на индустриальном типе строительства. Но внешне все будут разными, так как одинаковый у них только конструктив, а отделка разная. Знаете, как у домов бывает каркас один, а обложены по-разному и не догадаешься об этом каркасе. Где-то облицовка кирпичом, а где-то натуральным камнем.
Мы заметили, что в храме Христа Спасителя везде ловится бесперебойно WI-FI. А насколько с технической точки зрения отвечают современным требованиям новые храмы и по другим параметрам?
ВЛАДИМИР РЕСИН: С точки зрения качества и удобства все проекты без исключения отвечают новейшим нормативам. Например, они приспособлены для инвалидов, везде есть широкие двери и пандусы для инвалидов, чего никогда не было в старых церквях. В каждом храме есть центральное отопление, канализация, водоснабжение. А посмотрите, какая прекрасная византийская мозаика в новом храме в Ясенево: нижний храм там уже работает, к концу года закончим и верхний. За все 866 лет существования Москвы таких удивительных храмов в российской столице не было! А строительство какого храмового комплекса заканчивается на Мичуринском проспекте! Это будет один из самых крупных и красивых храмовых комплексов в столице выполненный в традициях шатрового зодчества. Там и Дом притча с Воскресной школой, и небольшая трапезная, и хозяйственные, и служебные помещения храма, и общественные уборные. Также в состав комплекса войдут церковный киоск, Святые врата и даже автостоянка...
Словом, чувствуется, что строится на века.
Главное для храма, чтобы там уютно было душе. А для этого строить его должны талантливые люди. Как, по-вашему Владимир Иосифович, не утратили россияне таланты – плотницкие, каменщиков, мозаичников и т. д.?
ВЛАДИМИР РЕСИН: Не утратили. В большинстве храмов очень большую часть работ – и плотницких, и по мозаике, и по росписи делают сами прихожане. Часто потому, что нет у них денег нанять дорогую рабочую силу на это, а получается очень хорошо.
А церковь на Борисовских прудах входит в программу – 200 храмов?
ВЛАДИМИР РЕСИН: Входит. Это будет храм, построенный по индивидуальному проекту, и в соответствии с нашими планами в будущем году он уже начнет строиться. Его строительство курирует главный архитектор Москвы Сергей Кузнецов, который не оставляет Программу-200 без внимания. Ведь от главного архитектора во многом зависит принятие компромиссного решения о месте, где будет построен храм. Особенно, когда на этот счет существует несколько мнений, как, например, было на Ходынке, где в рамках Программы-200 планируется восстановление воинского храма Сергия Радонежского.
А что еще будет восстановлено из утраченных московских храмов?
ВЛАДИМИР РЕСИН: Сейчас идет восстановление бывшего Московского Епархиального дома с колокольней, в который входит храм Святого князя Владимира, в Лиховом переулке. Этот дом вошел в историю тем, что там в 1918 году был расстрелян весь Синод Русской Православной Церкви во главе с Патриархом Тихоном. Восстановить его планируем к тысячелетнему юбилею памяти Святого Равноапостольного Великого князя Владимира – Крестителя Руси, и можно смело сказать, первого главы Российского Государства. Торжества будут отмечаться 28 июля 2015 года. Как и остальные московские храмы, возрождается этот комплекс также на частные пожертвования.
Акцент Владимир Иосифович! Вот уже три года вы не глава стройкомплекса столицы, когда каждую субботу объезжали городские стройки. А сейчас как ваш рабочий график строится?
ВЛАДИМИР РЕСИН: С 2011 года я в первую очередь – депутат Госдумы, так что весь рабочий график строится исходя из моих депутатских обязанностей. Однако и сейчас каждую субботу еду по стройкам – только не жилья и дорог, а храмов. В понедельник в Даниловом монастыре, где у меня теперь тоже есть рабочее место, с представителями Церкви обсуждаем ситуацию на этих стройках и меры, которые нужно принять для того, чтобы помочь тому или иному объекту. В четверг – совещание уже здесь, в храме Христа Спасителя, по этой же теме. По опыту работы точно знаю: если не заниматься каждый день, ни одна стройка сама по себе никогда не закончится.
То есть ваш рабочий график стал еще более интенсивным?
ВЛАДИМИР РЕСИН: В свои 77 лет в таком ритме я живу уже более полувека. И если я о чем и жалею, так это о том, что раньше мало времени уделял разработке законов, хотя муниципальным депутатом не раз избирался и прежде. Но лишь сейчас понял, что если бы все народные избранники серьезно исполняли порученное дело, то таких дурацких законов, с которыми бывает, сталкиваешься потом на работе, было бы меньше.
Вы счастливый человек?
ВЛАДИМИР РЕСИН: Безусловно. Ведь я живу в эпоху, когда храмы восстанавливают, а не рушат, как это делали наши отцы и деды. И более того, могу еще и сам что-то сделать для их возрождения.
Источник: Российская газета
